Ключ
Шрифт:
– Привет, кровавая гэбня, – в тон ему ответил Нефедов, ничуть не меньше обрадованный встрече.
– Садись.
Юрин подтолкнул друга в сторону машины, подхватил его чемодан и быстро определил в багажник, уже изрядно заставленный несколькими пакетами. Когда он устроился за рулем, Петр сел на пассажирском сиденье с сигаретой в зубах. Вообще-то Юрин не был сторонником курения в салоне автомобиля, но Нефедов являлся исключением из правил. С одной стороны, друг, с другой – курить в машине ему нравилось особенно. Он и в самолете всякий раз старался брать билет в салон для курящих.
Юрин плавно тронул автомобиль, направляясь на выезд со стоянки и вообще с территории аэропорта. Здание из стекла и бетона, весело сверкающего в солнечных лучах, осталось позади. Терминал съел пластиковую карточку, что-то там внутри щелкнуло, и шлагбаум пополз вверх, освобождая выезд на трассу. Все, теперь педаль газа в пол – и до самого места с ветерком.
– Куда сейчас? – поинтересовался Нефедов, наблюдая за тем, как друг обгоняет первую попутку.
– Ну если ты не горишь желанием немедленно усугубить и окунуться в наш родной Подкумок, то сначала в гостиницу.
– Не, ну ее, эту гостиницу. Давай сразу на речку. Там и ополоснусь, и взбодрюсь. Если ты, конечно, не занят.
– Шутишь? Ко мне приехал лучший друг, а я вдруг занят? Ты за кого меня держишь?
– За человека на службе государевой. И кстати, подобные прецеденты случались.
– Согласен. Но сегодня не тот случай.
– Кстати, а вода-то в речке, случаем, не мутная? – спохватился Нефедов.
– Не переживай, вода что надо. Дождей уже две недели нет, всю муть смыло как не бывало.
Через полчаса «мерседес» Юрина осторожно пробрался по неровностям подъездной дорожки и остановился на довольно живописной полянке. Нефедов с любопытством осмотрелся по сторонам. Именно здесь он был впервые. Нет, в детстве они где только не бродили, но с тех пор все успело сильно измениться. В особенности после наводнения, когда берега во многих местах стали совсем другими, буквально до неузнаваемости.
Так что, даже если он тут раньше и бывал, место явно не припоминал. Во всяком случае, будучи уже в зрелом возрасте, они тут точно никогда не отдыхали. Странно, такое хорошее место, и как только они могли его пропустить?
– Не мучайся. Не вспомнишь, – успокоил друга Юрин. – Место это получилось после наводнения. Только очень долго имело весьма неприглядный вид. Но ничего, как говорится, прошли года, и все изменилось. Выросла трава, коряги растащили на дрова отдыхающие, и вот результат.
Результат и впрямь радовал, хотя и вызывал недоумение. Вокруг были видны следы от нескольких кострищ, обложенных камнями. Но странное дело, не было никакого мусора, являющегося непременным антуражем мест отдыха россиян.
Нет, Нефедов вовсе не относился к той категории граждан, что так любят ругать собственный народ. Но из песни слов не выкинешь. Не любят россияне убирать за собой, предпочитая оставлять после себя горы мусора. Разумеется, не все, и подавляющее большинство станет уверять, что, мол, кто угодно, но только не они. Однако мусора отчего-то меньше не становится.
А здесь, странное дело, ни пакетов, ни бутылок, ни разовой посуды. Вообще ничего. Только темные пятна кострищ, зеленая трава и колышущиеся на ветру ивы. В сторонке, сколоченный из барабана для кабеля, круглый стол и скамьи вокруг него, из кривых стволов небольших деревьев. Рядом кострище, с вбитыми железными прутами, призванными играть роль мангала, и стопкой дров. Ай!!! Еще и памятные с детства оводы. Вот уж по ком не соскучился ни разу.
Правда, эту идиллию нарушало постороннее присутствие. За столом сидели четверо мужиков, ведущих неспешную беседу. В тени под деревьями примостился старенький ВАЗ четвертой модели, с ржавчиной, во многих местах проступающей сквозь белую краску.
– Ты чего замер, как не родной, – толкнув в плечо друга, поинтересовался Юрин.
– Да тут вроде как занято, а хотелось бы без соседей.
– А-а, вон в чем дело. Так тут все нормально. – Юрин направился прямиком к сидевшим.
– Здравствуй, Дмитрий Иванович, – поднялся ему навстречу один из мужиков. – Принимай работу.
– Вижу, и подчистили, и лишних нет. Уважил, Андрей. От души. Держи.
Юрин вручил человеку деньги, после чего компания быстренько засобиралась и ретировалась, подняв колесами своего авто легкое облачко пыли.
Ясно. Готовясь к встрече друга, полковник озаботился тем, чтобы прибрать место. Сомнительно, чтобы мужики вывезли весь хлам, скорее всего, спрятали за ближайшими кустами, так что туда лучше не соваться, ограничившись созерцанием красот и коротким маршрутом столик – речка.
Прошло не больше часа, как полянка преобразилась и наполнилась ароматом шашлыка. А еще пейзаж дополняли два мужика в мокрых плавках, которые попивали горячительное из термоса. Термосу ведь все равно, что горячее сохранять горячим, что холодное холодным. А спиртное все же нужно употреблять в охлажденном виде.
– Ну так что, Петя, может, все же объяснишь, что такое сдохло в лесу, что ты так рано появился в родных пенатах? Все же сейчас конец июня, а ты собирался только в конце августа.
– Да так. До меня один слушок дошел, что здесь неподалеку есть проход в новый мир.
– Х-ха. Слушок. Слушок мог быть, к примеру, чуть больше месяца назад, а сегодня они о себе во весь голос заявили. Приглашают всех желающих поселиться на этой самой Колонии. Только желающих не очень-то много.
– Почему так?
– А сам не догадываешься? Здесь оно, может, и хреново, и не так привольно, но давно все ясно и понятно. Наговорить-то можно все, что угодно, а как оно будет там, за гранью, поди еще узнай. На смотрины туда ведь не пускают, прямо говорят: дорога в один конец, только туда.