Ключи от ада
Шрифт:
— Можешь не сомневаться, Игорёк, — авторитетно заявил его старший товарищ.
— Ничего себе! О его жестокости к нарушителям закона ходят легенды!
— Преступники не заслуживают ничего иного, а честные маги спали спокойно, зная, что в Межземельи ни одна тварь не посмеет безобразничать пока он с нами!
— Да, крутой мужик наш Инквизитор! — вмешался в разговор ещё один Страж, — немного бешеный, конечно… Не хотел бы я попасться ему под горячую руку!
— А честным людям бояться нечего! Любой мог обратиться к нему за помощью и рассчитывать на справедливое решение своего дела! Потому и уважали его больше Старейшин!
В это время начальник Стражей, услышав шум на «галёрке», сурово посмотрел на подчинённых и разговоры сразу смолкли.
Андрей шёл по знакомым коридорам и прислушивался к своему состоянию. Когда-то он хотел сравнять Дворец с землёй, вместе со Старейшинами и Высшими магами. Хотелось наблюдать как символ правосудия вместе с законниками превращается в руины, такие же безобразные, как и сущность тех, кто здесь сидит. А сейчас не испытывал ничего, кроме досады. Возвращаться не хотелось, он неплохо устроился в том мире, и лишний раз видеть слащавые рожи охоты не было.
«Ай, ай, ай, Андрей Владимирович, — вмешался вредный внутренний голос, — неужели ничего не ёкнуло, когда вы увидели восхищение в глазах Стражей? Неужели не жалеете, что бросили дело, которому служили, и считали, что важнее этого нет ничего на свете? Не лучше было бы бороться, вместо того, чтобы уйти, хлопнув дверью?»
«Если я и хлопнул дверью, то очень громко!» — Андрей усмехнулся, вспомнив, что он сделал, прежде чем отречься.
Тем временем, весть о прибытии Инквизитора разнеслась по Дворцу Правосудия, словно запах жареной рыбы. Из всех помещений выглядывали маги. Так как прибывшего сопровождали Стражи порталов, логично было предположить, что Инквизитора арестовали, но Андрей шёл с гордо поднятой головой, от быстрой, величественной ходьбы белые волосы развевались, и столько достоинства было во всём его облике, что становилось непонятно, кто кого арестовал, то ли Стражи его, то ли он Стражей.
Маги смотрели на Андрея, кто с любопытством, кто с презрением и недовольством, но большинство не скрывало своей радости. Несколько человек хотели с ним заговорить, но знаменитое на всё Межземелье выражение лица Великого Инквизитора быстро остудило их порыв.
Когда он выносил приговор, некоторые преступники не могли держать себя в руках и начинали трястись — настолько жестокими становились его глаза, а сурово сжатые губы, казалось, сейчас разорвут сердце одним словом — «виновен»!
У входа в «святая святых» — резиденции Старейшин, уже топтались перепуганные охранники, видимо, получив приказ задержать Инквизитора любой ценой. Андрей лишь усмехнулся.
— Великий, — обратился к нему начальник Стражей порталов, — позвольте мне поговорить с этими людьми?
— Не вмешивайся, Алекс, — угрожающе сказал один из охраны, ты и так нарушил приказ — преступник спокойно разгуливает по Дворцу Правосудия, а ты его сопровождаешь! Думаю, тебя и твою команду ждёт судебное разбирательство!
— Я к этому готов! А вот как ты будешь смотреть в глаза своим подчинённым после всего?
Две группы воинов после этих слов, приняли боевые стойки, собираясь сражаться.
— Я думаю, нам не стоит вовлекать в конфликт охранные службы, — за спиной Андрея стоял Высший маг Борис, его давний враг из клана Хранителей.
Он подал знак, и охрана Старейшин удалилась, то же самое сделал и Андрей, взглядом поблагодарив Стражей.
— Я знал, что Стражи порталов тебя не остановят, поэтому решил лично выразить тебе своё почтение, — Борис попытался иронично улыбнуться.
— Неужели где-то стали продавать смелость? Или сила теперь общедоступна, как вода в колодце? — произнёс Андрей, не скрывая презрения.
Борис моментально взвился:
— Как ты посмел появиться здесь после всего, негодяй! Я сейчас отдам приказ, и тебя уничтожат, как врага Содружества!
— Борис, — Дмитриев прикрыл глаза, чтобы успокоиться и удержать желание размазать мага по стенке сию же секунду, — у меня дело к Старейшинам, очень важное, иначе меня бы здесь не было.
— Представляю, опять какой-нибудь псевдопреступник? Ты понимаешь, что в своём стремлении уничтожать зло, превратился в маньяка! Ты, не задумываясь, казнил лучшего друга, когда решил, что он виновен!
Дмитриев одним прыжком оказался возле Бориса и схватил его за горло:
— Не смей никогда рассуждать о вещах, о которых ты понятия не имеешь! Иначе клан Хранителей лишится одного из своих магов! — лицо Андрея настолько исказилось от ярости, что Борис подумал, что умрёт не от удушья, а от страха перед этим человеком.
Внезапно откуда-то сверху раздался голос:
— Бывшего Инквизитора ожидает Великий Старейшина Никандр. Поторопитесь, ибо милость его не безгранична!
Андрей с отвращением отбросил от себя Хранителя и, не оглядываясь, вошёл в Зал Старейшин.
Никандр сидел в кресле и читал какие-то бумаги, делая вид, что очень увлечён. За три года, которые они не виделись, Высший Маг одряхлел ещё больше. Казалось, жизнь в его теле поддерживает только неуёмное, просто космическое тщеславие и жажда власти.
Андрея трясло после слов Бориса, злость и ярость требовали немедленно разнести вдребезги «святая святых» вместе с обитателями. Рана, которую он считал затянувшейся, стала кровоточить с новой силой. Но дело, ради которого он вернулся сюда, не позволило дать волю эмоциям. Всё, что он мог себе позволить, это бесцеремонно развалиться в кресле одного из Старейшин. От такой наглости Никандр выронил листы, которые держал в руках. Кресла Старейшин неприкосновенны! В них заключена сила и энергия, предназначенная только Высшему, находящемуся сейчас у власти. «Чужих» эти «стульчики» не принимают, и могут даже убить.
— Добрый день, Старейшина Никандр, — Дмитриев, видя реакцию на свой поступок, открыто забавлялся, — рад, что вы заметили моё присутствие.
— Почему оно тебя приняло? — Никандр был так поражён, что стал тыкать пальцем то в кресло, то в Дмитриева.
— Если помните, именно я, как Инквизитор, проводил ритуал проверки и вынес вердикт, что вы достойны этих должностей. А для того, чтобы проследить слияние ваших аур, я должен был войти в контакт с объектом, поэтому в ваших креслах навсегда осталась частичка моей силы.