Книга демона

УДК 82-312.9

ББК 84(2Рос-Рус)6-4

ISBN 978-5-699-25756-0

Бурносов Ю.Н., Кликин М.Г., 2008 Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2008

Троллей было двое, и промышляли они на большой дороге явно не первый день. В темноте тролли вполне могли сойти за двух жирных оборванцев из числа лесной разбойничьей братии, но свет костра то и дело выхватывал из мрака их грязные плоские морды с вывернутыми ноздрями, узкими лобиками и торчащими из пастей клыками. С первого взгляда они были ну сущие близнецы.

На костре жарилась дичь – целый лесной олень, небрежно брошенный на уголья. Тролли даже не потрудились отрубить копыта, а шкура была содрана кое-как. Один из троллей развесил ее на дереве для просушки, замыслив, наверное, разнообразить свой нехитрый гардероб. Рядом лежали увесистые сучковатые дубины.

То, что они до сих пор не убили Гая, еще ни о чем не говорило. Добрых троллей, как известно, не бывает. Особенным умом они тоже никогда не отличались, но что-то, видно, замыслили. Поэтому и валялся Гай, связанный по рукам и ногам липкими веревками, в трех шагах от костра, а тролли деловито рылись в его сумке.

– Смотри, Борр, ножик, – сказал один тролль поавальдски, вынимая завернутый в тряпицу кинжал.

– Вижу, Хнаварт. Хороший ножик.

– Это будет мой ножик, Борр.

– А зачем тебе ножик, Хнаварт?

– Я буду этим ножиком резать.

– А-а! – уважительно протянул Борр. – Ну, тогда да. Бери, Хнаварт, ножик.

«Значит, их зовут Борр и Хнаварт, – подумал Гай. – Борр вроде повыше, а Хнаварт – погрязнее, и клыки у него больше торчат». То, что оба говорили по-авальдски, Гая не смутило: он и раньше слышал, что тролли болтают на всех северных языках, а свой, троллий, язык держат в секрете и даже наедине не всегда на нем разговаривают.

Борр тем временем нашел краюху хлеба и сыр.

– Смотри, Хнаварт, еда.

– Человеческая еда, – важно уточнил Хнаварт, ковыряя кинжалом Гая под когтями.

– Это будет моя еда, Хнаварт.

– А что ты хочешь с ней сделать, Борр?

– Я ее съем.

– Ого! Я тоже могу съесть человеческую еду! – возразил Хнаварт. – Давай-ка лучше съедим ее вместе.

– Правильно говоришь, Хнаварт, – согласился Борр. – Ножик нельзя разделить, а еду – можно. Вот мы сейчас разделим эту человеческую еду!

Он разломал краюху и сыр пополам. Тролли запихали снедь в пасти и, шумно чавкая, принялись жевать. Проглотив, Борр заметил:

– Вкусная еда.

– Ага, Борр, – закивал Хнаварт. – Больше нет еды?

– Больше нет, – с сожалением сообщил Борр, сунув морду в сумку. – Ничего больше нет.

– А давай посмотрим, что у человека в карманах! – предложил Хнаварт.

– Давай!

Хнаварт, кряхтя, поднялся и подошел к Гаю. За ним поспешил и Борр. Гай прикрыл глаза, прикинувшись, будто он без сознания. От троллей пахло костром, мокрой шерстью и сыромятной кожей. Как от лошади или собаки, попавшей под дождь, почему-то совсем не противно.

– Эй, Борр! – позвал Хнаварт. – Человек-то никак мертвый!

– Как он может быть мертвый, Хнаварт, если мы его даже не стукнули? – озадаченно пробормотал Борр. – Может, он притворяется?

– Сейчас я ткну его моим ножиком, – придумал Хнаварт. – Если он мертвый, он будет лежать, как лежал. А если живой – закричит. И кровь потечет.

– Если мертвый, тоже кровь потечет, – уверенно заявил Борр. – Я видал.

– Зато если мертвый, то не закричит.

– Да, если мертвый – не закричит, – согласился Борр. – Давай, ткни его скорее ножиком, Хнаварт.

– Эй, эй, не надо тыкать в меня ножиком! – завопил Гай, извиваясь всем телом. – Я живой! Я спал!

– Он спал, Борр, – доверительно сообщил приятелю тролль. – Человек спал.

– Теперь он проснулся, – согласился Борр. – А зачем мы его разбудили?

– Мы хотели посмотреть, что у него в карманах.

– Ага!

– Да у меня нет карманов, – сказал Гай. – Только сумка и была, а вы ее отняли.

– Говорит, нету у него карманов, – передал Борру Хнаварт. – Смотри, и точно – нету. Одежда у него какая интересная – без карманов!

Одежда была самая обыкновенная: холщовая рубаха, такие же штаны, подвязанные кожаным поясом, простенькие башмаки. Впрочем, троллям она могла казаться и впрямь интересной, благо они никакой одежды, за исключением замызганных набедренных повязок, не имели. Да и на что им одежда, таким косматым?

Разумеется, Гай не стал говорить троллям, что все самое ценное спрятано у него в поясе в специальных клапанах.

Тем более к чему троллям монеты и бумаги? Правильно: ни к чему.

– Что же с ним делать? – задумался тем временем Борр. – Съесть, что ли?

– Тролли не едят людей, -. предостерег его Хнаварт. – Помнишь Хварга, что у Трех Оврагов жил? Съел как-то грибника, едва не помер.

– А зачем съел?

– Говорит, сильно кушать хотел.

– Тогда давай отпустим человека, – предложил Борр.

– Не, отпускать нельзя. Побежит в город, разболтает. Придут дружинники, будут нас ловить.

– Не разболтаю, почтенные тролли! – поспешил заверить Гай.

– Говорит, не разболтает, – развел руками Борр. – Может, не врет?

– Люди всегда врут, – мудро заметил Хнаварт. – Давай я лучше его ткну ножиком, и он станет мертвый. А мертвый ничего не может разболтать.

– Ты точно знаешь, Хнаварт? – с сомнением спросил Борр, ковыряя в носу.

– Ага.

– Почтенные тролли, я ничего не буду никому разбалтывать! – завизжал Гай. – Я сам не люблю солдат! Вы мне ничего плохого не сделали! А дружинники, может, еще сделают!

Это утверждение повергло троллей в долгие размышления. Они пыхтели, сопели, ковырялись в носах и ушах, чесали макушки, топтались вокруг Гая, после чего Борр спросил:

– Мы тебе точно ничего плохого не сделали, человек?

– Нет-нет, совсем ничего.