Чтение онлайн

— Он про чуму не упоминал?

— Про чуму? — оскорбилась Мэри. — Только не говори, Джеймс, что и ты проникся этими дурацкими слухами — про холеру, про костоломную лихорадку, про вторую Пандемию...

— Нет. Это Бадри. Вчера он сказал: «Она погубила половину Европы» и «крысы виноваты».

— Он бредит, Джеймс. У него жар. Не бери в голову.

«Она права. Карантинная старушка тоже несла бред про индейцев с луками и стрелами, ты же не кинулся смотреть, откуда скачут воины сиу. Старушка вообразила, что объелась тортом, а Бадри придумал себе чуму. Не бери в голову».

Тем не менее он пообещал прийти как можно скорее и пошел разыскивать Финча. Хоть Эндрюс и не уточнил, в какое время позвонит, Дануорти не мог оставить телефон без надзора. Жаль, что не догадался задержать Колина, пока разговаривал с Мэри.

Финч скорее всего в столовой, защищает грудью бекон. Сняв трубку, чтобы никто не дозвонился в его отсутствие, Дануорти пошел туда.

В дверях его встретила мисс Тейлор.

—А я как раз хотела вас искать. Говорят, ночью увезли кого-то из карантинных?

— Да, — оглядывая зал в поисках Финча, ответил Дануорти.

— Боже мой! Значит, мы все могли заразиться?

Финча нигде не было.

— Какой у вируса инкубационный период? — спросила мисс Тейлор.

— От двенадцати до сорока восьми часов. — Дануорти вытянул шею, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь поверх голов.

— Какой ужас! А вдруг кто-нибудь из нас свалится во время концерта? Мы ведь традиционные, а не Совет. В правилах все четко расписано.

Дануорти не понял, почему традиционность (знать бы еще, что имеется в виду) предполагает четкие правила на случай заражения звонаря гриппом.

— «Правило третье, — процитировала мисс Тейлор. — Ни при каких обстоятельствах нельзя выпускать веревку колокола». То есть мы не можем посреди концерта взять и заменить человека, если он вдруг хлопнется без чувств. И ритм нарушится.

Дануорти представил, как звонарка в белых перчатках падает без чувств, и ее тут же выпихивают из круга, — чтобы ритм не нарушала.

— Неужели не бывает никаких тревожных симптомов? — не отставала мисс Тейлор.

— Нет.

— В той бумаге из Госздрава говорилось про дезориентацию, жар и головную боль. Чушь! Голова у нас постоянно болит от звона.

«Еще бы», — подумал Дануорти, оглядываясь в поисках Уильяма Гаддсона или кого-нибудь из студентов, чтобы посадить на телефон.

— Конечно, будь мы Советом, было бы не страшно. У них там исполнителей заменяют сплошь и рядом. Например, титтум в двенадцать колоколов они играли на девятнадцати. Девятнадцать! Это как называется?

Никого из студентов в столовой не наблюдалось, Финч не иначе как забаррикадировался в кладовой, а Колин где-то собирает одежду.

— Вам еще нужна репетиционная? — спросил Дануорти.

— Конечно! Если только и до нас вирус не доберется. Мы, правда, можем сыграть стедман, но это ведь будет совсем не то...

—Я пущу вас к себе в гостиную, если обещаете отвечать на телефонные звонки и записывать сообщения. Должен позвонить межгород — то есть должны позвонить из другого города, поэтому нужно, чтобы в комнате все время кто-то был.

Дануорти проводил мисс Тейлор к себе.

— Ох, тесновато тут. Не размахнешься. Можно мы слегка подвинем мебель?

— Делайте что хотите, главное — подходите к телефону и записывайте, что передать. Должен позвонить мистер Эндрюс. Скажите, что ему не нужен пропуск для въезда в карантин. Пусть отправляется прямиком в Брэйзноуз, я его там встречу.

— Ладно, думаю, сойдет, — сделала одолжение мисс Тейлор. — Все лучше, чем в столовой на сквозняке.

Он оставил ее передвигать мебель, начиная, впрочем, сомневаться, что поступил правильно, доверив мисс Тейлор телефон, а сам поспешил к Бадри. Зачем-то ведь он его звал. «Она погубила всех. Половину Европы».

Дождь стих, превратившись в мелкую морось, и перед входом в лечебницу толпились пикетчики. Теперь к ним добавились мальчишки возраста Колина, которые, заклеив лицо черным, кричали: «Отпусти народ мой!»

Один из них ухватил Дануорти за руку.

— Правительство не имеет права удерживать вас здесь насильно, — заявил он прямо в медицинскую маску Дануорти.

— Не валяй дурака! — ответил профессор. — Хочешь устроить вторую Пандемию?

Мальчишка озадаченно отпустил его руку, и Дануорти скрылся за дверью лечебницы.

Приемный покой был забит больными на каталках, один стоял на ногах у лифта. Над ним нависала дородная медсестра в необъятном СЗК, зачитывая что-то из обернутой в полиэтилен книги.

— Вспомни же, погибал ли кто невинный? — прогремела она, и Дануорти с ужасом осознал, что это не медсестра, а миссис Гаддсон. — И где праведные бывали искореняемы?

Сделав паузу, она принялась листать тонкие страницы в поисках еще какой-нибудь вдохновляющей цитаты, и Дануорти нырнул в боковой коридор, а оттуда на лестницу, безмерно благодарный Госздраву за маски.

— Поразит тебя Господь чахлостью, — неслось вдогонку ему по коридору, — горячкою, лихорадкою, воспалением...

«И нашлет он на тебя миссис Гаддсон, — мысленно продолжил Дануорти, — и будет она читать тебе Библию, дабы поднять дух твой».

Он вступил в инфекционное отделение, которое теперь, судя по всему, разрослось на весь второй этаж.

—А вот и вы! — приветствовала его сестра. Снова дежурила та симпатичная практикантка-блондинка. Может, предупредить ее насчет миссис Гаддсон? — Я уже решила, что вы не придете. Он вас все утро зовет.

Она вручила ему комплект СЗК, и Дануорти, облачившись, проследовал за ней в палату.

— Полчаса назад он вовсю к вам рвался, — прошептала сестра. — Твердил, что должен с вами поговорить. Сейчас получше.