Чтение онлайн

Собрание знатных людей быстро сменило нашего городского управляющего, который ничего не сделал во время Прорыва, и оперативно избрало нового.

По городу поползли слухи, что маги убивали людей, но их быстро кто-то прекратил.

И вот, наконец-то настал долгожданный момент.

— Всем студентам, кроме выпускников, можно расходиться по домам, — объявил ректор. — Выпускники остаются на ночное дежурство, а всех остальных ждем завтра.

В чьей-то куртке — ту, которую мне дал ректор еще в Академии, мне не удалось отыскать, — я покинула колледж. Холодный ветер приятно прикоснулся к разгоряченному лицу. Я вышла за ворота, отыскала более-менее чистый сугроб и с наслаждение растерла лицо колючим снегом.

Ориентируясь по свету уцелевших фонарей, я отправилась домой.

Прорыв закончился.

Серьезные решения, или О начале

Мой дом уцелел. И вообще весь квартал был на удивление целым — наверное, потому что находился в южной части города. в окне нашей кухни был виден слабый мерцающий огонек. Неужели братья вернулись?

Перескакивая через несколько ступенек, я помчалась наверх и ворвалась в квартиру.

В жарко натопленной кухне сидел Тарас и чистил овощи на суп.

Я замерла в дверях, медленно снимая с себя куртку.

— Здравствуй, Таша, — Каким-то жалким голосом сказал Тарас. — А я тебя вот тут жду… печку растопил. Ты не против?

Я пожала плечами. Что ни говори, а возвращаться в теплый дом было приятно. Помыла руки и села рядом чистить овощи.

В молчании мы приготовили продукты, сварили суп, поели. От тепла и сытной еды меня начало клонить в сон, но я заставила себя сходить в душ и хорошенько вымыться.

Когда я вернулась, Тарас подвинул мне кружку с горячим, ароматным чаем. Я прислонилась к притолоке, и, прихлебывая сладкую жидкость, вопросительно посмотрела на кузнеца.

— Я хотел поговорить с тобой, — серьезно сказал он. — Точнее, задать тебе вопрос, ответ на который для меня очень важен: у меня есть хоть один шанс, что ты добровольно выйдешь за меня замуж?

Я бы могла рассказать Тарасу о том, что я вообще не хочу замуж, о том, что у меня есть цель, которой я мечтаю достичь, о том, что он, в сущности, хороший и заботливый человек. Но я ограничилась один словом:

— Нет.

— Я так и думал, — вздохнул Тарас. — Ты собираешься быть подстилкой этому магу, Эрнесто?

— Нет.

— Ты обираешься выйти замуж за своего сокурсника?

— Нет. Я вообще не собираюсь замуж, — объяснила я. — Мне нужно доучиться. Я хочу быть независимой. Хочу сама себе создать такой мир, который бы не рухнул в один день из-за внешних обстоятельств. Хочу быть уверенной в завтрашнем дне.

— Ты считаешь, что это возможно? — спросил Тарас.

— Да, — улыбнулась я. если у меня будет моя собственная аптека с красными стенами, то уже ничего меня не сломает. Ни болезнь близкого человека, ни Прорыв, ни государственные катаклизмы — ведь мне всегда будет то, что всегда поддержит и к чему можно будет возвращаться. К любимому делу. К своей собственной аптеке. А люди всегда болеют, что бы не происходило вокруг. И всегда в мои двери будут стучаться те, Ому нужна будет моя помощь. А значит, моя жизнь зря не пройдет.

— Ты изменилась, — вздохнул кузнец. — Я не могу тебя понять. Но я постараюсь. И я буду ждать. Ведь я люблю тебя, Таша.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарила я. — Спасибо тебе за любовь. Но я не могу ее сейчас принять.

— Я это уже понял, — криво улыбнулся Тарас. — Мне очень хочется спросить тебя о твоих отношениях с моим… братом, но, наверное, не стоит?

— Не стоит, — согласилась я.

— Что ж. Удачи тебе, Таша.

— И тебе.

Проходя мимо, Тарас поднял руку, замер, а потом бессильно уронил ее и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь.

Я была очень рада тому, что мы разобрались в наших отношениях, и что это больше не будет меня мучить. За эти дни я окончательно решила то, какой будет моя жизнь. И никому не позволю в нее вмешиваться.

Допив чай, я завалилась спать.

Утром я проснулась от холода — специально, чтобы проснуться, я не стала накрываться одеялом и топить на ночь. Все тело болело, я была еще более разбитая, чем когда ложилась. Дойти до колледжа и отработать свою смену с больными стоило мне огромных усилий. Слава Подкове, куратор Лиза дала мне несколько выходных, опасаясь, чтобы я не пополнила собой ряды лежащих со стонами на койках.

Как же мне хорошо спалось! Какие же замечательные сны мне снились! Как же мне было тепло и уютно!

Тепло?

Тепло???

Если учесть, что я пять суток почти не спала и работала на износ, то к моменту моего пробуждения в доме должна была царить жуткая холодина, потому что дрова так долго не горят. Приехали родные?

Я поднялась на локте и увидела, как в очаге весело пытает жаркое пламя. А потом перевела взгляд вниз.

Тот, кого я спросонок приняла за брата, по привычке забравшегося в мою кровать, оказался ни кем иным, как господином магом Эрнесто. Он крепко спал, и на лице его царило такое умиротворенное выражение, что я невольно залюбовалась. Сейчас он был действительно красив, так красив, что даже сердце замирало. Да и какая женщина не дрогнет, увидев у себя в постели такого мужчину? Обнять и не отпускать его — вот что я хотела.

Мысленно выругав себя за такие мысли, я строгим голосом спросила:

— Господин маг, что вы делаете у меня в кровати?

— Что? — сонно переспросил Эрнесто. — Что ты хочешь, Кнопка? Дай поспать! Лучше поесть приготовь.

С этими словами он повернулся на живот, уткнулся носом в подушку и снова сладко засопел.

Мне оставалось только гадать, что я пропустила во время сна и насколько это нормально, когда глава Академии Духа обнаруживается у тебя в кровати. И главное — что я должна делать?

Так ничего и не решив, я просто аккуратно перелезла через спящего мага и принялась готовить нам еду — на столе каким-то волшебным образом очутилась сумка с продуктами. Да нет, вовсе не волшебным, ее наверняка принес маг. Наверное, решил, что питаться простолюдинской едой — это не для него.

Как только по кухне пошел вкусный запах, Эрнесто тут же проснулся, взъерошил волосы, потянулся и сел за стол. Как только он потянулся за мясом в подливе, я хлопнула его по руке черпаком.

Он с таким изумлением воззрился на свою руку, потом на черпак, а потом на меня, будто мы втроем обросли фиолетовой шерстью.