Чтение онлайн

– Сейчас не это главное, - Князь обхватил мое лицо обеими руками.

– Что с твоим глазом? – я сглотнула, увидев, что правый глаз залит кровью.

– Птаха, забудь обо мне хоть на секунду, - тон ровный, уверенный. – Хорошо?

– Да, - я сжала пальцами предплечья Князя.

– Хмырь к тебе добрался?

– Да. Его подстрелили, но он вроде бы держится. Сейчас дома у меня, - быстро ответила я, боясь, что всё напрочь забуду.

– Хорошо. Михалыч помог?

– Да.

– Так. Мне дело уже шьют по всем возможным и невозможным пунктам. На нары никак нельзя – потушат свет мне там. Пусть Хмырь берет Михалыча за шкирку, нужно выстроить нормальную защиту. Процесс идет быстро, скоро уже устроят слушанье. Надо всё делать быстро. Дайте Михалычу столько лавэ, сколько захочет.

– Влад, - я прикусила губу. – Обащака нет. Разворован. Следовательно, и денег на адвоката тоже нет.

– Суки, - Князь отвел взгляд в сторону и тяжело вздохнул.

– Мы с Хмырем, чтобы устроить это свидание заложили всё, что только можно. Барон тоже залег на дно, у него проблемы.

– Ладно, - Князь снова посмотрел на меня. – Иди к Падишаху. Помнишь, куда мы ездили на его день рождения?

– Да, да, конечно, - торопливо ответила я.

– Только он сможет помочь. Раз и Барона прижучили, то мусора плотно за нас взялись. Падишах в плане связей покруче нас будет.

– А если и с ним что-то случится?

– Будем думать, что делать. А пока, слушай меня внимательно, иди к Падишаху, он поможет, не откажет. Хмырю лучше пока не высовываться, иначе ты совсем останешься беззащитной. Падишах сможет разрулить ситуацию. Главное – надо всё провернуть до того, как меня на нары отправят. Свои люди есть, уже знаю, что там мне никакой авторитет не поможет.

– Это из-за вашей политической дряни, да?

– Походу.

– Хорошо, я всё сделаю. Как только всё решится, я сразу же дам знать, ладно?

– Да, конечно, - Князь нежно улыбнулся и коснулся сбитыми костяшками моей щеки. Я сухими губами поцеловала руку Влада.

– Я так тебя люблю, - задушено шепчу и утыкаюсь носом Князю в шею. Отросшая щетина колит лоб и висок.

– Знаю, пташка, знаю, - Влад обнял меня и зарылся носом в мои волосы.

– Я всё сделаю, чтобы вытащить тебя. Можешь даже не сомневаться, - слезы выступили на глазах и скользнули по щекам.

– Не плачь, пташка, - Князь стер большим пальцем слезинку с моего лица. – Не рви мне душу. Всё наладится.

В комнату внезапно вошел полицейский.

– Время подошло к концу.

Я была еще не готова расставаться с Владом. Пальцы крепче ухватились за родные ласков-грубые руки.

– Тебе надо идти, - прошептал Князь, целуя в висок.

– Не хочу, - шепчу.

– Иди-иди, - Влад достал из-за пазухи маленькую конфетку «Мишка на Севере». – Держи, пташка.

– Откуда ты…? Откуда? – я взяла конфету.

– Не бери в голову.

– На выход, - скомандовал полицейский.

– Я тоже люблю тебя, птаха, - в спешке произнес Князь, когда его уже схватили за руки и застегнули браслеты наручников.

Я всхлипнула и вздрогнула, когда дверь хлопнула, отрезая для меня путь к Владу. Зачарованным взглядом я глянула на конфету и не сразу поняла, что буквально секунду назад Князь признался мне в любви. Признался в любви человек, для чьей натуры такие сантименты противоестественны.

Плелась на остановку на негнущихся ногах. Голова шла кругом и так невыносимо сильно хотелось плакать. Но я до боли прикусила губу, стараясь не разреветься как последняя малолетняя девчонка. Он весь в побоях… Над ним издеваются… От этого слезы душили только сильней.

Развернув блестящую синюю упаковку, я закинула в рот конфету. Это была единственная моя еда за последние дни. Не знаю, что со мной творилось, но конфета казалась мне невероятно сладкой и самой вкусной. Проглотив ее, я стала под навес остановки, дожидаясь автобуса. До казино можно вполне спокойной дойти пешком, но я боялась ходить сама среди плохо освещенных улиц. Этот страх уже стал хроническим. Никогда прежде не замечала, что город с наступлением сумерек становится таким… страшным. Все эти застывшие по углам тени, мерное гудение старых уличных фонарей, что навевает тоску…

Скрестив руки на груди, я опустила голову, рассматривая свои грязные кроссовки. На остановке появилась та самая компания парней, с которой я ехала сюда. Меня всю передернуло, и я отошла чуть назад. Они смеялись как ненормальные и постоянно косились в мою сторону. Может, знали, что я с Князем, а возможно, подумали, что я могу стать для них легкой наживой. Если бы не подъехал автобус, эти отморозки непременно пристали ко мне, я даже краем глаза у одного из них заметила нож-бабочку.

Хорошо, что автобус был заполен людьми, наверное, многие возвращались с работы. Поэтому шайка за мной не последовала. За те несколько секунд, что я стояла на улице, показались мне вечностью. Но от сердца мгновенно отлегло, когда городской транспорт тронулся с места.

Я молилась всем, кому только можно, чтобы Падишах принял меня, чтобы хоть у него всё было в порядке. Но когда я оказалась у самых дверей казино, то никого кроме молчаливого охранника больше не нашла. Прежде яркие вывески сейчас не горели, людей не было. Кажется, сегодня заведение не работало.

– А хозяин есть? – осторожно спросила я у охранника.

– Нет, - тут же получаю неутешительный ответ.

– А когда будет?

– Не знаю.

– Мне очень нужно с ним связаться.

– Не положено.

– Когда он хоть будет?

– Неизвестно.

– Вы могли бы передать ему, что я от Князя? Нам срочно нужна его помощь. Князь сказал, что к Падишаху можно обратиться.

Охранник измерял меня своих немигающим взглядом, будто что-то решая для себя.

– Нет его сейчас в городе, - теперь тон стал лояльней. – Проблемы возникли. Связи с хозяином пока тоже нет. Ничем помочь не могу. Когда вернется, действительно, никто не знает.

Это был конец. Казалось, что сердце в груди сделало кульбит и рухнуло на землю, умирая в агонии, а я вместе с ним. Это край. В смысле, Падишаха нет и когда он появится – неизвестно. А Князя в самые ближайшие дни уже отправят на нары. Первое, что я испытала – отрицание. Я не верила в то, что ничего нельзя больше сделать. Не верила, что единственный шанс, который дал мне надежу на положительное урегулирование проблемы, просто испарился. Затем я начала злиться и бороться с подступающим приступом полного бессилия.