Чтение онлайн

— Поместье Чернышёвых-Апраксиных. Боюсь, что вы ошиблись, молодой человек. Здесь проживают только слуги.

— Что значит ошибся? Раз это поместье Чернышёвых-Апраксиных, то я как раз там, где и должен быть. Вот приехал осмотреть наследство, доставшееся от родителей.

Дворецкий пошатнулся и едва не упал. Его поддержал мужчина, всё это время стоявший за дверью.

— Отец, с тобой всё в порядке? Может, вызвать скорую?

— Не нужно скорой. — отмахнулся от сына дворецкий. — А затем он склонился в глубоком поклоне. В том месте, где находилось его лицо, на плитке начали появляться мокрые следы от слёз.

— Рад приветствовать вас дома, господин. Мы ждали этого дня тринадцать лет. — а затем дворецкий обратился к сыну. — Чего замер? Быстро собирай всех.

Вот так и никаких сомнений в моих словах. Как-то даже странно.

— Мы ждали вас, господин. Видели выступление на приёме у императора, но до сих пор не могли поверить в подобное счастье. Меня зовут Альберт Викторович Кройский, дворецкий и старший среди слуг вашей семьи. Нас мало, всего девять человек, но можете не сомневаться в нашей преданности. Ваши родители были очень хорошими людьми.

— Альберт Викторович, разогнитесь уже, и больше никогда не нужно кланяться предо мной. И перед братом не нужно. — скривился я. — А теперь не покажите мне мой дом? И конечно, познакомьте с людьми, которые всё это время хранили для нас с братом поместье.

Короткая экскурсия останавливалась несколько раз по мере того, как появлялись жители поместья. Женщины, как одна начинали плакать. Впрочем, и двое мужчин позволили себе столь бурное проявление эмоций. Было видно, что мне здесь действительно рады. И я даже не знаю, что произошло, но где-то внутри стало так тепло, так хорошо, что улыбка не сходила с моего лица.

Я просто смотрел на этих людей, на поместье и улыбался. Должно быть, так чувствуют себя люди, когда возвращаются домой после длительного отсутствия. У меня оно затянулось на долгих тринадцать лет. И теперь мне совершенно не хочется отсюда уезжать. Хотя я и дал слово Григорию Константиновичу, что до конца недели буду жить на базе. Понятия не имею для чего, но он попросил меня об этом.

А затем раздался радостный крик Арсения. В этот момент я находился на втором этаже, поэтому высунулся в окно, чтобы посмотреть, чего он там такого интересного нашёл.

— И чего ты так разобрался? — спросил я, наблюдая, как парень старательно разглаживает капот какой-то синей машины. Красивая, но чего из-за этого так орать?

— Как чего? Это же «Енисей 61». Таких машин было выпущено всего двадцать три штуки. Это настоящее сокровище. Коллекционная модель и в гараже стоит ещё пять таких.

Ну, коллекционная и коллекционная, мне то, что с этого? Я точно не собираюсь машины коллекционировать. Да и в документах, что мне передал Кац, вроде что-то упоминалось о машинах, числящихся за родом Чернышёвых-Апраксиных.

— Возьми себе одну, если хочешь, только не нужно поднимать такой шум из-за ерунды.

Арсений замер с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

— Правда? Вы не шутите?

— С чего бы мне шутить? Я тебе МД отдал, неужели какую-то машину пожалею? — закрыл окно и повернулся к Альберту Викторовичу и его семье. — Арсений будет отвечать за любой транспорт, что у нас имеется и появится в будущем. Он отличный водитель. А ещё и пилот МД. Познакомлю вас немного позже, сейчас он слишком занят. Приходит в себя от моего подарка. А теперь давайте немного поговорим о самом поместье. Ресурсах, которые нужны на мелкий ремонт, охране и так далее. Сегодня я вас покину, но совсем скоро вернусь на ПМЖ. Максимум через неделю. К этому времени всё должно быть в лучшем виде.

Слуги оставили у меня самое лучшее впечатление. Хоть я и не знаю, какого это возвращаться домой, но ощущения были очень приятными и ассоциации возникали именно с домом.

Вот так увидев это место в первый раз, я уже начал считать его своим домом.

Альберт Викторович ответить на все интересующие меня вопросы, предоставил документы и даже план охраны поместья, который был разработан ещё моим отцом. Отдал его Сапфиру, пускай разбирается. И дальше мы просто разговаривали с его семьёй. Они рассказали мне немного о родителях, а я им о своей жизни в детском доме. Конечное, охватил всё максимально поверхностно, но и этого хватило, чтобы жена дворецкого Валентина Александровна пустила слезу и прижала меня к груди, начав гладить по голове и говорить успокаивающие слова. Было приятно, но всё же прошлось отстранить её и попросить так больше не делать.

Я князь, глава рода и не могу позволить себе быть слабым. А в моём понимании любое утешение — это проявление слабости. И в первую очередь я не должен этого показывать своим людям. Они должны быть уверены, что их господин сильный. Сможет разобраться с любой проблемой и ничего его не сломит.

Даже сам не знаю, откуда это пришло мне в голову. Наверное, опыт прошлых поколений, что передала мне сила крови.

Когда ехали домой, очень сильно захотелось поговорить с братом. Выходит так, что он единственный человек, которому я могу показать свои слабости.

— Здравствуйте, Ольга Леонидовна. Рад вас слышать. Должно быть, вы там уже соскучились без меня? — выпалил я, когда секретарша ректора подняла трубку.

Из империи дозвонится до академии можно было только таким образом.

Конечно, мобильная связь на её территории была. Вот только сеть эта работала исключительно в академии, позвонить за её пределы и принять звонок снаружи не получится. Вот и выходит, что сперва необходимо позвонить в приёмную ректора, а уже он решит давать добро на общение, или посылать просителя лесом.

— Приёмная, Петра Алексеевича Годунова. Кто вы? — сперва выдала стандартное приветствие секретарша, а только после этого задала вопрос. Не узнала меня. Жаль.

— Ваш бывший ученик, который покинул академию совсем недавно.

Дальше я услышал, как открылась дверь.

— Оля, переведи звонок на меня. — распорядился Пётр Алексеевич.

Мог бы и предупредить секретаршу, чтобы у неё не возникало подобных вопросов. Всё же провидец и наверняка знал, что я позвоню.

Послышался лёгкий треск, и через пару мгновений услышал в трубке голос Годунова.