Чтение онлайн

Удильщик.Не торопитесь, Сова, сейчас все расскажу по порядку. Прошу внимания. Блок памяти собран по схеме, невиданной и неслыханной в мировой практике.

Человек.Я, во всяком случае, ничего подобного не видел и не слышал.

Удильщик.Спасибо, уважаемый Человек, мне очень лестна такая оценка — любой специалист по вычислительной технике меня поймет. Я продолжу, с вашего разрешения. Основным элементом запоминающего устройства служит светящийся анчоус. Как известно, в семействе светящихся анчоусов около двухсот видов — от самого крупного, длиной в тридцать сантиметров, до самого мелкого, длиной в два с половиной сантиметра. Перед вдумчивым конструктором, то есть передо мной, естественно, встал вопрос: какой из них выбрать. После тщательных расчетов я пришел к единственно правильному выводу: блок памяти получится наиболее компактным, если собрать его не из самых крупных, а, наоборот, из самых мелких светящихся анчоусов.

Разработанная Удильщиком световая вычислительная машина экономична вдвойне: она не только сама на автономном питании. но способна обеспечить питанием и сотрудников вычислительного центра.

Гепард. По-моему, гениальный вывод!

Кашалот. Вне всякого сомнения, Гепард.

Удильщик. Рассмотрим подробнее работу блока...

Сова.Да я уж и так и эдак рассматриваю: фонарики на боку у рыбок больно хороши — махонькие, а лучики от них так и бегают — туда-сюда... Ну прямо люминация!

Удильщик. Эти фонарики, Сова, именуются по-научному фотофорами. Точное их число у каждой рыбки — приблизительно несколько десятков. Фотофор представляет собой, в сущности, миниатюрный прожектор, в нем имеются: светящиеся клетки, линза и рефлектор, то есть слой зеркальных клеток. Снаружи фотофор оборудован шторкой — слоем черных клеток. Когда шторка задернута, фотофор гаснет, открыта — зажигается. В повседневной жизни светящиеся анчоусы используют фотофоры для сигнализации по принципу «свой — чужой», а в данной схеме фотофоры применены для записи информации в виде сигналов «да» или «нет», соответствующих двоичному коду, как это принято в большинстве современных вычислительных машин.

Живые светильники», как и обычные, должны конструироваться с учетом требований моды.

Гепард. А если шторка задернута наполовину — какой тогда сигнал? Ни «да», ни «нет»?

Удильщик. Да, Гепард. То есть нет.

Кашалот.Если я не ошибаюсь, Удильщик, основное преимущество этой схемы — доступность деталей, не так ли? Ведь светящиеся анчоусы, насколько мне известно, — одни из самых многочисленных рыб мирового океана, они водятся от Арктики до Антарктики — и на поверхности и в толще воды. Я, например, встречал их на Глубине в два с половиной километра. Это для нас очень важно, потому что объем памяти мы сможем увеличивать практически неограниченно.

Человек. А мне кажется, дорогой Кашалот, что главное достоинство данной схемы в другом: она поразительно экономична — совсем не требует питания.

Удильщик. В том-то и дело! Эти рыбки сами добывают себе пропитание — едят всякую мелочь... одним словом, планктон. Между прочим, то же самое относится и к световоду, который соединяет блок памяти со световым табло... (Демонстрирует световод.)Вот он — я собрал его из полупроводниковых... э-э, то есть из полупрозрачных рыб, их называют белыми циклотонами. Белые циклотоны тоже на автономном питании — они едят светящихся веслоногих рачков, благодаря чему световые импульсы, проходя через желудок рыбы, усиливаются.

Сова. Вы на брюшко-то этих... циклотонов гляньте — фонарики разноцветные, в четыре ряда — синие, красные, лиловые... ну прямо елка новогодняя, а не рыба!

Гепард. Скажите, Удильщик, а не могла ли какая-нибудь из этих циклотон проглотить по ошибке нашего Рака? Он не явился на заседание...

Со стороны озера приближается взволнованная Стрекоза.

Стрекоза (запыхавшись).Рак сидит дома!

Все.Заболел?

Стрекоза.Хуже! У него в подъезде трое, физиономии — ужас: у всех троих здоровенные фонари под глазами! Рак боится выйти — высунет нос, и тут же пятится назад в нору. Я ничем не могла ему помочь — не связываться же с этими...

Сова.Да с кем «с этими», Стрекоза?

Стрекоза. Ну с этими ужасными типами, которые торчат в его подъезде.

Удильщик. Постойте, постойте... это наверняка фонареглазы! Ну конечно, их как раз трое — Большой и Малый фонареглазы живут вблизи островов Малайского архипелага, у коралловых рифов, Ямайский фонареглаз — в Карибском море. У всех троих под глазами фонари... Собственно, это пучки трубочек, в которых живут светящиеся бактерии, как и у меня, в пузырьке на конце удочки. Большой фонареглаз даже и шевелить фонарями умеет — на сто восемьдесят градусов их поворачивает, световым лучом внутрь головы. А вообще-то они безобидные рыбы.

Вероятно, большой зал Океанографического института в Париже изображен здесь не с фотографической точностью, но что он освещался «живыми лампами» — исторический факт!

Сова. Видать, по объявлению к нам плыли, да испугались в последний момент — привыкли уж, что их за бандитов все принимают.

Стрекоза. И я приняла... Надо же, как обманчива внешность!

Кашалот. И все-таки эта история заставляет о многом задуматься. Почему, например, в нашем озере до сих пор не освещены подъезды домов подводных жителей?

Удильщик. Что подъезды — вы на дно опуститесь. Темень — глаз выколи! Раздолье для всяких прохвостов.

Стрекоза. Мы всё на фонарях и на лампочках экономим... Вот оторвут Раку клешню — это нам дороже обойдется. Рак на работу в КОАПП ни за что не выйдет, пока новую не отрастит.

Удилыцик. Да, проблема настолько серьезна, что для ее изучения стоит создать специальную комиссию, которая всесторонне осветит этот вопрос.

Гепард. Мне кажется, Удильщик, проще и быстрее осветить не вопрос, а озеро.

Кашалот. А как это сделать?

Гепард. Вот письмо москвича Миши Вишневского... Собственно, даже не письмо, а настоящий трактат под названием «Живой свет и его природа». Миша сравнивает обычную электролампу с живой лампочкой: электролампа преобразует в свет всего лишь три-четыре процента энергии, остальное расходуется на бесполезное тепло, а живая лампочка превращает в свет почти всю энергию!