Чтение онлайн

С тем чтобы стать умелым руководителем народа, занятого преимущественно сельским хозяйством. Дед Алани просчитал все надолго вперед.

– С факультативным курсом по методам ведения партизанской борьбы?

Алани улыбнулась.

– Это специальность Асгара. Когда Советы вошли в Афганистан, ваше ЦРУ стремилось дать военную подготовку всем среднеазиатским мусульманам, чтобы оказывать сопротивление СССР, и Асгар вступил в войска НАТО. Американцы не могли отличить нас даже от таджиков.

Две художницы наконец завершили работу и отступили от Смита, горделиво посмеиваясь над результатами своих трудов и улыбаясь Алани. Она кивнула и сказала что-то – судя по тому, что женщины продолжали улыбаться, это была похвала. Они собрали свои тюбики, бутылочки, горшочки и кисточки и двинулись к стене, то и дело оборачиваясь, чтобы еще раз посмотреть на лицо Смита. Одна из них ударила по кирпичам рукояткой ножа, извлеченного откуда-то из-под одежды.

Алани подала Смиту зеркало с ручкой:

– Взгляните.

Смит с изумлением воззрился на свое лицо, покрытое липкой и очень неудобной маской. Его глаза приобрели что-то вроде складки, кожа потемнела до орехового оттенка, на ней появились морщинки, будто оставленные солнцем и ветром. Прищурив глаза, он мог сойти в полумраке за уйгура.

– В нашей компании вас не заметят, – сказала Алани.

– Будем надеяться, что нас не остановят.

– Обязательно остановят, даже не сомневайтесь. Но, взглянув на документы, которыми располагаем я и Асгар, а также на те фальшивки, которые мы изготовили для остальных, на нас вряд ли обратят особое внимание. Надеюсь, нас не заставят выйти из «Лендровера». – Алани вновь посмотрела на часы. – Остальные скоро вернутся. Наденьте костюм, который я принесла для вас.

В ее голосе зазвучало нетерпение, словно ей казалось, что время летит слишком быстро, а мужчины медлят с возвращением.

Беспокойство Алани передалось Смиту.

– Чем вы занимаетесь в Шанхае? Я имею в виду – официально? – спросил он, переодеваясь.

– Мы с Асгаром получаем преподавательское образование, чтобы готовить новых учителей. Другие готовятся стать руководителями сельскохозяйственных общин либо агентами Пекина. Остальные работают в нашей подпольной организации.

Смит натянул поверх своих черных джинсов мешковатые вельветовые брюки.

– Это чертовски опасная игра, Алани. Для всех вас.

– Мы сознаем опасность. Власти уже арестовали тысячи наших товарищей и казнили около сотни. – Алани посмотрела Смиту в глаза. – Может быть, для вас и ЦРУ это игра, полковник. Но не для нас.

Смит с трудом натянул на свитер поношенную мятую футболку, но фланелевая рубаха оказалась достаточно свободной.

– Я не из ЦРУ, – сказал он. – И никогда не считал это игрой.

Алани окинула его задумчивым взглядом:

– Да, вижу.

– До сих пор никто не спрашивал меня, зачем я приехал сюда и что ищу. Впрочем, я и не собираюсь об этом рассказывать.

– То, чего не знаешь, не выдашь. Вы либо работаете против китайцев, либо способствуете подписанию договора по правам человека. Для нас этого вполне достаточно.

Их разговор прервал скрежет кирпича о кирпич. Еще до того, как отверстие полностью открылось, в комнату пробрался Асгар. На нем была грубая одежда крестьянина и пастушьи башмаки. Из-под соломенной шляпы виднелась белая шапочка с орнаментом.

Он осмотрел Смита на расстоянии, потом подошел ближе.

– При плохом освещении сойдет. – Он кивнул сестре. – Мы готовы.

– Куда мы направляемся? – спросил Джон.

Асгар приблизился к кухонному столу, за которым они ужинали, расстелил на нем карту шанхайского муниципального района и прилегающей местности и указал точку к югу от города.

– Сюда, к заброшенной пагоде на холме у широкой части залива Гуанчжоу, между Цзиньшанем и Чжапу. Побережье в том месте напоминает сад камней, но есть несколько более удобных пляжей. Правда, они галечные, но совсем недурны. Один из них, чуть просторнее прочих, подойдет в самый раз.

– Какая там глубина?

– Точно не знаю, Джон. Но Токтуфан утверждает, что маленькая лодка сможет подойти достаточно близко к берегу. Ему доводилось плавать в тамошних водах.

– Отлично. – Смит достал из рюкзака черный пластиковый мешок и вынул оттуда подробную топографическую карту Шанхая, напечатанную поверх спутниковой фотографии. Изучив промеры глубин, он попросил Асгара точно указать местоположение пагоды и пляжа и записал координаты в маленький непромокаемый блокнот. Закончив работу, он свернул карты.

– Не забудьте головные уборы, – напомнила ему Алани.

Джон натянул уйгурскую шапочку и надел широкополую соломенную шляпу. Женщины двинулись к проему в стене. Смит отправился следом.

Асгар остановил его:

– Мы выйдем другим путем.

Остальные ушли, вставив на место кирпичный блок. Асгар провел Смита по комнатам к дальней спальне. Отодвинув в сторону складную кровать, он приподнял линолеум и указал на узкое темное отверстие, которое находилось под ним:

– Нам сюда.

– Я смогу пробраться? – с сомнением спросил Джон.

– Внизу туннель расширяется. Надеюсь, вы не страдаете клаустрофобией.

– Нет, – заверил его Джон.

– Я полезу первым, старина. Не бойтесь. Это легко и просто. – Асгар сел, свесил ноги в узкое отверстие, посмотрел вниз и спрыгнул.

Джон последовал за ним, едва протиснувшись в отверстие пола. Внутри пахло, словно в склепе, – сырой землей и камнем. Обдирая плечи, он спустился до дна и оказался в темном сыром туннеле с деревянными подпорками. Впереди туннель опять сужался. Там мерцал огонек. Смит увидел ноги и подошвы Асгара и услышал его приглушенный голос:

– Здесь без труда пробирались люди и покрупнее вас. Только не спускайте глаз с моих ног и фонаря. Длина туннеля – около двадцати пяти ваших американских ярдов.

Огонек шевельнулся, и ступни Асгара исчезли в сумраке. Джон пополз следом, впервые в жизни почувствовав, что такое боязнь замкнутых пространств, каково это – дышать, когда чудится, что дышать нечем, и ожидать, что в любую секунду ты можешь оказаться погребенным заживо. Легкие Смита напряглись, в висках молотами застучала кровь.