Чтение онлайн

— Иван Сергеевич, вы, наверное, не поняли: я больше на вас не работаю! Не являюсь явным или тайным агентом Приюта, не выполняю ваши поручения и не выхожу на контакт! Забудьте о моем существовании, а я забуду о вашем!

— Умерь юношеский пыл и накал праведного гнева! — шепчет мне Шеф в самое ухо, в его хриплом голосе звучит неприкрытая угроза. — У тебя нет выбора, Симпа!

Мне в спину снова упирается острие ножа. Страха я не чувствую, хотя при желании Шеф может убить меня голыми руками. Всегда думал, что он бесцветный, но теперь сомневаюсь даже в этом.

— Ты всерьез считаешь, что можешь уйти так просто? Переметнуться на сторону врага совершенно безнаказанно?

— Еще куском хлеба попрекните! О душе напомните, которую в меня вложили! О том, что относились ко мне, как к собственному сыну!

Тяжелое дыхание Шефа учащается, кожу вновь обжигает боль, и струйка крови, текущая по спине, становится обильнее.

— Заодно поведайте: зачем растите нас и отправляете на верную смерть?! — я начинаю закипать. — За что погибли Карась, Цаца и многие другие?

— А ты поразмысли на собственном примере!

— Я отупел без зубов мудрости — даже два плюс два сложить не могу!

— Их взрыв инсценировал Шувалов, чтобы переманить тебя на свою сторону — такая версия тебя устроит? — усмехнувшись, спрашивает вмиг успокоившийся Шеф. — Могу озвучить еще одну: это наша страховка на тот случай, если ты попадешь в безвыходную ситуацию, и тебя будут пытать.

— Мне больше нравится третья: мини-бомбы в наших зубах необходимы, чтобы уничтожать ненужный отработанный материал! — перед глазами встают фотографии изуродованных лиц выпускников Приюта.

— Я обещаю, что выложу все карты на стол, если ты продолжишь работать на Приют!

— Вы предлагаете мне стать двойным агентом?

— Да! — резко отвечает Шеф. — Но если твоя двойная игра вскроется, тебя лишат самого дорогого!

— Это была ваша традиционная шутка о моих гениталиях? — с усмешкой спрашиваю я. — Буду по ним скучать!

— Во-первых, это была не шутка, а во-вторых…

Острие кинжала колет в основание моего черепа, и я вздрагиваю от неожиданности.

— Во-вторых, речь идет о твоей голове!

— Заманчивая перспектива! — заключаю я и ощущаю, что меня обуревает истерическое веселье. — А если я откажусь, то вы меня убьете?!

— Ты очень прозорлив, мой дорогой Симпа…

— Сначала вы пытаетесь меня убить, затем предлагаете сотрудничество, а в случае отказа снова обещаете убить?!

— Риск твоего убийства в Ауруме был просчитан — одаренного твоего уровня невозможно застрелить из обычного оружия! — раздраженно отвечает Шеф. — Было необходимо реальное покушение, чтобы Шувалов поверил, что ты больше не с нами, и путь назад для тебя закрыт окончательно!

— А на самом деле он открыт?

— Это тебе решать, — тихо произносит Шеф, и я слышу в его голосе усталость. — Я буду ждать ответ ровно неделю…

Встреча закончилась, можно расходиться. Я смотрю в бездонные глубины Светлого Кристалла и понимаю, что Приют меня еще не отпустил. Можно изгнать мальчика из Приюта, но как изгнать Приют из мальчика?

— Мина знала, что я выживу после покушения? — озвучиваю я вертящийся на кончике языка вопрос и закусываю нижнюю губу в ожидании ответа.

— Нет, она шла тебя убивать…

Я стремительно оборачиваюсь, уходя с линии возможной атаки, и вижу перед собой пустое пространство.

Шеф исчез. В некотором отдалении бродят одинокие верующие, и любой из них в теории может оказаться им. Можно, конечно, оббежать всех посетителей, ловя ноздрями аромат кофе, но попасть в руки храмовой охраны мне не улыбается.

Сжимаю Осколок на груди, но не ощущаю ничего: потоки Силы не наполняют мое тело, а скорость течения времени остается неизменной. Теперь я аристо, да еще и одаренный. В потенциале. Куда до меня персонажам из детской карточной игры — Князю Грому или Человеку-Амфибии! Я даже Князя Морока уложу одной левой! Детская мечта приобретает гипертрофированную форму, и интуиции подсказывает, что это не сулит мне ничего хорошего.

К выходу из Храма иду, преодолевая себя: желание спуститься в Приют почти физическое. Вот он, под ногами, а тайный проход — в одной из исповедален. Я хочу увидеть приютских и преподавателей, хочу обнять Мину… Но это опасно. Смертельно опасно.

Пятое правило «Кодекса Агента» гласит: «Никогда не влюбляйся!», но…

Перед глазами уже в который раз возникает ненавидящий взгляд Мины, а в ушах звучит ее прощальное: «Предатель!».

Яков Самуилович Розенкранц, потомственный портной Рода Шуваловых, придирчиво осматривает мою фигуру. В глубоко посаженных маленьких глазках за толстыми стеклами очков читается плохо скрываемое разочарование. Лента сантиметра в тонких старческих пальцах натянута, словно струна, губы двигаются беззвучно, а густые седые бакенбарды топорщатся, как шерсть на морде матерого кота.

Я стою перед стариком в одних трусах, закатив глаза к потолку, и стараюсь не встречаться взглядом с Трубецкой. Ольга расположилась в кресле у окна и внимательно рассматривает новейшие каталоги модной одежды, которые привез с собой Яков Самуилович.

— Ваша фигура, молодой человек, не соответствует принятым в высшем обществе аристократическим канонам! — наконец, заключает старик. — Слишком широкие плечи и слишком узкие бедра и талия! Мы разработаем нестандартные лекала, чтобы деловые костюмы и смокинги не выделяли вас из общей массы ваших сверстников…

— В чем заключается их необычность? — уточняю я. — Мне нужна максимальная свобода движений для максимальной же эффективности в бою!

— Молодой человек! — с укоризной обращается ко мне старик и снимает очки. — Мое ателье обшивает ваш Род уже много лет, и поверьте, что я прекрасно знаю все нюансы создания высококлассной одежды для высших одаренных!