Чтение онлайн

Ррухи недоуменно проследила за их тройкой и, пожав плечами, развернулась в сторону своего общежития. Неожиданно донесшийся до нее разговор заставил прислушаться:

— И с кем из них Горр спит?

— Да то ли белобрысая, то ли синевласая. Она же и татуху брачную в отместку наложила…

— Это как?

— Хной же.

— Дебильная шутка…

Резко обернувшись, Ррухи попыталась увидеть, кто говорил, но рядом никого не оказалось.

«Белобрысая» и «синевласая» уже на всех парах неслись за неуправляемой пациенткой в административный корпус…

— Я вам покажу татушку хной, — процедила Ррухи и бросилась за ними следом, быстро нагоняя.

Где-то впереди резко остановилась Камилла и потянула Велену за волосы, что-то вещая о Владе. Оторвавшаяся было от них Линн неожиданно наткнулась на выходившую из административного корпуса Хадису и с протяжным «Самсон только мой!» налетела на нее на всех парах.

А тем временем невидимые голоса, посмеиваясь, продолжали шептать, подогревая девичью перепалку.

* * *

— Что я могу сказать… Раз Служба безопасности молчит, значит, так оно и должно быть, — протянул декан инженерного факультета Кризопраз Волосянов, которого за глаза его студенты-подмастерья называли Кризис-фактором. Старому мастеру уже перевалило за восемьдесят, и он по праву считался одним из старейших в своем деле.

— Здесь не помешает консультация Комарова, — заметила Гипотенуза Волосянова, его бывшая жена и по совместительству заведующая инженерным. — А он, как и всегда, в пятницу на рыбалку укатил?

Была эта дама лет на пять старше своего бывшего и находилась к черной колыбели Многоликого на столько же лет ближе.

— Да, на леща, — задумчиво ответила Эвереста. Откинувшись на спинку кресла, она от нечего делать перебирала пальцами по столу. Мерное перестукивание разбавляло тишину и вносило легкие краски в давящую атмосферу.

С улицы начал доноситься шум. Выкинув сигарету, Гемарта прикрыла окно и вернулась за стол. Октопус продолжал вертеть ручку в пальцах. Ананьев хмурился.

— Служба безопасности отреагирует только в том случае, если им сообщение пришло, — заметил он. Октопус усмехнулся, недобро стрельнув в него глазами:

— Не приравнивай Хранителей к Раздорцам. Если Кирин получил сообщение, значит, передаст его дальше.

— А ты, по-видимому, не знаешь о такой вещи, как человеческий фактор?

— Мужчины, думаю, вы уже наворотили достаточно, — заметила госпожа Гипотенуза, смотря на них из-под обвисших век. — Так оставьте в нашей памяти о себе хотя бы подобие джентельменов.

— Я хотя бы не прикидывался парализованным, — словно не слыша ее, прошептал Звездунов.

— О, уверен, тебе понравилось, и ты прочувствовал немало сладких моментов, — усмехнулся Анонис.

— Хватит, — рявкнула Эвереста, ударив кулаком по столу. Стол жалобно скрипнул. — Совещание окончено, — процедила она. — Тему барьеров прошу сейчас не поднимать. В любом случае, что бы ни выдала служба безопасности, в первую очередь отвечать мне… Так что ведите себя достойно, особенно сейчас…

— А нововведения когда огласим? — поинтересовалась Гемарта.

— Перед танцами, — решила Эвереста. — А там будь что будет.

Вызвав по коммутатору Мариту, Борин отдала ей энергетическую копию указа и велела размножить к вечеру на обычной бумаге.

— Введем в курс дела, так сказать, в праздничной обстановке…

Следующую фразу она даже сказать не успела, так как дверь ее кабинета неожиданно издала громкий хруст и прогнулась внутрь. После об нее опять что-то ударилось извне, и она просто развалилась на две части, пропуская в святая святых академического городка кучу разъяренных девчонок, что сплелись в цепкой хватке. Стоявшая в это время у двери Марита едва успела отскочить в сторону, Эвереста, которая в этот момент сидела за своим столом, от удивления разинула рот. Собственно, остальные деканы тоже не ожидали такого поворота событий. Дерущихся было четверо, и их монологи как-то вообще между собой не вязались.

— Максимилиан мой!!! — визжало всклокоченное синевласое чудище, отдаленно напоминающее Велену Липку. Лицо все было в кровоподтеках, волосы стояли дыбом, под левым глазом уже разливался синяк, губы — разбиты, одежда — лохмотьями, вместо грудей — аквариумы…

— Да нахрен ты нужна ему, склянка ходячая?! — шипела вторая фурия, мастерски проходясь хорошо заточенными коготками по щеке конкурентки. Фиолетовый бюстгальтер и трусики поверх ярко-зеленого тела, а также растрепанная блондинистая шевелюра выдавали в своей хозяйке не кого иного, как Камиллу Рылову. Эта девушка выглядела намного целее полупрозрачной Липки, но тоже весьма потрепанно.

— Вы, курицы! Самсон круче!!! — пищало третье существо, хватая обеих оппоненток за волосы и ударяя друг о дружку головами…

Существо имело розовые патлы и было облачено в больничную рубаху с завязочками на спине… В прорези хорошо виднелись белые трусы в красный горошек.

Ананьев недовольно поджал губы, узнавая в этом чуде свою адептку Линн, которой этим утром вроде бы все магические каналы обчекрыжили. Дралась она, несмотря на последний факт, очень самозабвенно и энергично… Дич этот факт тоже отметила и теперь невольно обдумывала новую научную статью.

Стукнувшиеся лбами девчонки дружно свалились на пол, невесть как затесавшаяся в их компанию послушница Ррухи, недолго думая, начала пинать Камиллу, визжа что-то о долбанной несмываемой хне, и не заметила, как Липка схватила ее за левую ногу и дернула на себя. Но удивительнее всего в этой компании смотрелась вошедшая следом за ввалившейся четверкой послушница Кирин, которая не постеснялась встать над дерущейся сворой и вытащить оттуда Линн за ухо.

— А тебя, шлюха, люблю особенно!!! — чеканила она, одной рукой продолжая удерживать девчонку за ухо, а второй махать перед ней пальцем. — Еще раз попробуешь залезть мне в голову — и я не постесняюсь…

— Да пошла ты в жопу… — Линн со всей дури вцепилась зубами в махающий перед глазами палец. Камилла в то же время кулаком въехала завизжавшей брюнетке по лицу.

— Блядь, еще раз увижу Влада рядом с тобой — убью!

— Да подавись им!!!

— Ты задурила голову Самсону!

— Максимилиан будет мой!!!

— Сволочь!

— Падла!

— Прасти-тут-ка-а-а…

Они охали, ахали, взвизгивали, катались по полу, выворачивали друг другу руки и ноги, душили, толкались. Осыпали друг друга проклятиями, рвали волосы и впивались друг в друга зубами. Сначала взрывная волна спалила штору и снесла часть стены, потом водой смыло документы со стеллажа. Выбитый из чьих-то рук скальпель вообще улетел в окно вместе со стеклом, второй с таким же успехом воткнулся аккурат в письменный стол, пригвоздив к столешнице Указ Главного Репетитора. Эвереста некоторое время смотрела на этот указ, который перед этим держала в руках, после перевела взгляд на молчаливых деканов… и, пожав плечами, тихонько прошептала: