Чтение онлайн

Отрезвленные гибелью товарища, воины поспешили дальше. Астерет все это время лихорадочно искала на берегу кусочки глины и наконец что-то нашла. Она подбежала к каждому и дала по небольшому липкому комочку.

— Дева, будешь нашими ушами, — произнес элементалист, залепляя себе уши. — На женщин, хвала Всевышнему, колдовство русалок не действует.

И отряд поспешил дальше.

— Гил! А где Гил? — воскликнула Астерет, но ее уже никто не слышал.

Огонек посоха элементалиста удалялся, и вдруг провидица в последних алых отсветах вечерней зари увидела юношу, склонившегося к самой воде. Русалка оплела руками его шею и уже тащила к себе. Выхватив кинжал, Астерет метнулась вперед, почти не глядя, ударила мерфолка. На нее брызнула голубая кровь. А русалка, выпустив Гила, с шипением нырнула в воду.

— Гил! — Астерет потормошила юношу. — Гил! Да очнись же!

Она замазала ему уши глиной, дала несколько пощечин. Но юноша так и застыл на коленях у самого края озера с блаженной улыбкой на лице. И с новой силой послышалось пение. Астерет в отчаянии огляделась. Огонек колдовского посоха едва виднелся, а в отряде до сих пор не заметили их отсутствия.

— Гил! — Слезы хлынули из глаз Астерет, и она коснулась губами щеки юноши.

Задеревеневшие, холодные, как у утопленника, губы Гила дрогнули.

— Астерет? — прошептал он. — Что… что ты делаешь?

— Спасаю тебя. — И провидица отвесила ему со всей силы пощечину.

Гил подскочил на месте, окончательно придя в себя.

— Я тебя не слышу. — Его рука потянулась к ушам, но Астерет перехватила ее, показала в сторону готового совсем потеряться синего огонька и потянула Гила за собой.

Они побежали, спотыкаясь в темноте. Астерет больно ударилась о скалу, содрав кожу на коленке. Слезы брызнули у нее из глаз, но она не замедлила бега, сжав губы и чувствуя, как кровь течет по ноге. Через несколько долгих минут, показавшихся вечностью, они наконец нагнали отряд.

Но мерфолки, потерпев неудачу с русалками, предприняли еще одну попытку остановить беглецов. У Астерет едва не остановилось сердце от ужаса, когда черные воды озера засияли голубоватым светом. Десятки тритонов поднимались из пучины, освещая дорогу магическими, не гаснущими в воде факелами. Высунув из воды торсы в доспехах, покрытых зеленоватой пленкой мельчайших водорослей, мерфолки направили на имперцев обнаженные мечи. Ударили о воду чешуйчатые хвосты, вспенив озеро, и выбросили своих владельцев на берег. Все новые и новые мерфолки окружали замерший в растерянности отряд.

— Принимаем бой, но продолжаем прорываться к выходу из ущелья! — прокричал Белгор в ухо Нордеку.

Тот расслышал, кивнул и передал по цепи дальше. Первые ряды мерфолков ринулись в бой и сшиблись с вызванными Верденом элементалями. Белгор, Нордек и Гил рванулись вперед, прокладывая отряду дорогу. Четверо стражников во главе с Барном прикрывали отступление. В центре отряда Верден, в котором словно открылось второе дыхание, управлял элементалями и разил синими молниями все новые и новые ряды тритонов. Казалось, бесконечные ряды тритонов стали редеть, волнами откатываться от атак имперцев и каменных элементалей. Послышались всплески — кое-кто из врагов предпочел вернуться в озеро.

— Кажется, прорвемся! — прошептал Белгор.

Но тут еще ярче осветились озерные воды. Сверкнул золотом появившийся над водой шлем, бирюзовые искры пробегали по воздетому мощному двуручному мечу. Сам Офин вновь повел своих воинов в бой.

— За нашу богиню Солониэль! — шипением расползся по рядам мерфолков призыв их короля.

— Ваша богиня давно мертва! — вскричал Верден и воздел посох.

Но ударили алые молнии и в крошку разнесли его элементалей, больно ударив в незащищенные места воинов. Астерет едва успела отвернуться. Каменный осколок обжег ей щеку. Закричал один из стражников, упал, прижимая руку к вытекающему глазу — из глазницы торчал каменный шип. Верден застыл, так и не создав других элементалей. Поток тритонов оживился, хлынул в образовавшуюся брешь. Верден взмахнул посохом, сметя первые ряды ярко-синей молнией, но следующие ряды нахлынули на него.

— Верден! — заорал Нордек, потом, вспомнив, вынул из ушей глиняные затычки.

— Астерет! — Гил рванулся вперед.

Поток тритонов поглотил элементалиста. Посох вспыхнул и погас, затерявшись среди чешуйчатых тел. Провидица отступала, выставив кинжал, пока не уперлась спиной в стену скалы. Сверху на нее широким потоком падала ледяная вода. Кольцо мерфолков сужалось. Гил тщетно пытался прорваться к девушке. И вдруг порыв гнилого ветра дохнул на них. Из тьмы вырвался Джарус. Лишенная одного когтя лапа подхватила прорицательницу. Дракон захлопал крыльями, окатив всех брызгами, рванулся ввысь и растворился в ночи.

— Астерет! — в отчаянии закричал Гил.

— Командир! — заорал Барн. — Уходите! Мы задержим их!

— Барн! Прорывайтесь к нам!

— Уходите, Бетрезен вас побрал! — рявкнул Барн. — Имперская стража еще и не на это способна!

И его меч закрутился сверкающим диском. Нордек ринулся было туда, но толпы мерфолков отделили его от сгинувшего элементалиста и отчаянно бьющихся стражников.

— Нордек, у вас есть цель поважнее! — крикнул Барн и упал, сраженный мечом вырвавшегося вперед Офина.

Армия мерфолков издала победный клич. Волна тритонов одного за другим поглотила стражников.

Белгор, Нордек и Гил из последних сил заработали мечами. И вот перед ними оказалась каменная лестница. Отбив атаку, они бросились к пещере. Волна тритонов накатилась на лестницу и отхлынула — Офин дал приказ отступать. Мерфолки, позабыв об имперцах, нырнули в озеро.

Трое воинов застыли у Подгорных ворот, тяжело дыша, едва сдерживая ярость и боль потерь. С этой высоты они взирали, как угасают в глубинах озера синие огни. Обессилевший Гил сполз по стене, устремив застывший взгляд в черное небо. Белгор и Нордек опустились рядом, закутались в плащи. Идти дальше ни у кого не было сил.

— Он унес ее, Белгор, — прошептал юноша.

— Эльф ничего ей не сделает…

— А если он обратит ее в нежить?

— Вряд ли это ему нужно, — успокоил его Белгор.

— А что ему тогда нужно?

— Ваш темный спутник мастак на сюрпризы, — мрачно произнес Нордек. — Эх, будь я на твоем месте, Белгор, да зная, чем все кончится, я бы плюнул на благородство да прирезал бы эльфа, когда тот был ранен.

— Как бы там ни было, прошлого не вернешь. Дождемся рассвета и продолжим путь.