Чтение онлайн

— Ты в уме? — хмыкнул Дин. — Я же не имень.

— Так я и поверил. В деревне все знают, что ты именьский сын.

— Тьфу ты, да неужто?..

— Давай я поклянусь, — сказала Дана. — Демоны, да вы, я вижу, по позорному столбу скучаете, и ты, и папаша твой! Но я поклянусь, а Провидение само рассудит.

И как она появилась, неслышно, как тень? Это при том, что за дверью, я видела, улегся верный Фор — караулить.

— Сказал же тебе… — буркнул Дин, но и только.

— Я поклянусь, — повторила Дана, кладя на грудь левую руку. — Я, Дана Керра, старшая дочь именя Керра, приношу тебе, Эвер, клятву моей семьи, освященную кровью моих благородных предков…

Клятва была длинной — Дана говорила, не торопясь, минуты три, Эвер потел и тяжело дышал. А едва она умолкла, сразу стал рассказывать, несколько сбивчиво, но, в общем понятно и правдиво.

Когда он закончил, Дин какое-то время молчал, осмысливая, потом спросил у меня:

— Все правильно?

Я кивнула.

— Отпустите теперь, а? — проскулил Эвер.

— Проваливай, — велела Дана.

Эвер метнулся к двери, выскочил, чтобы тут же наткнуться на угрожающе рычащего Фора. Дин выглянул, тихонько свистнул — пес тут же умолк, а Эвер убежал — мы слышали дробный стук его подметок.

— Надо бы с Митриной повидаться, — Дана задумчиво кусала губы. — Поехать бы к ней прямо сейчас, да нас без толпы охраны ни за что не выпустят, и объяснений спросят, надо нам оно? Сюда позовем. Это ничего, я и раньше с Митриной виделась, отец знает. Матушка к ней часто обращалась, потому отец ее и терпит, хоть сам и невысоко ставит, — она усмехнулась, — думает, что деревенская знахарка только отвары от кашля варит да гадальные камни рассыпает. Митрина таким, как мой отец, свои умения не сильно показывает, говорит, для них ученые маги есть…

— Думаешь, разрешит имень?

— А как же. Я поклялась все по его сделать, а прочее его не волнует вроде бы. Вот хочу я со знахаркой потолковать, почему бы не побаловать меня напоследок. А откажет — такое устрою! Там еще тарелок много осталось. А маг-лекарь мена огорчать запретил…

— Э, ты осторожней. А то велит имень магу тебя успокоить…

— Нет, он меня перед свадьбой обижать не рискнет, я же княжеская невеста.

Дана все это сказала совершенно спокойно, словно обсуждала с Дином, не попускать ли им бумажные кораблики.

— Все равно, сначала по-хорошему попроси, не дразни собак, — настаивал Дин.

— Да понимаю я! Ждите меня наверху, пойду отправлю наездника за Митриной! Может, отцу это и неинтересно, он и внимания не обратит. А вот если бы мы таились — обратил бы! — и она убежала, а мы с Дином вернулись в ее покои.

Впрочем, долго дожидаться ленну нам не пришлось, и вернулась она довольная, сообщила:

— Все хорошо. Я отца встретила, у него и спросила, какого наездника послать за знахаркой. Он сам и указал, какого, да еще велел ему поторапливаться.

Ее взгляд задержался на моих руках — дожидаясь ее, я почти почти бездумно сгибала и разгибала лист бумаги, и только сейчас заметила, что сложился бумажный кораблик. Тогда я доделала кораблик и с улыбкой протянула его ленне.

Она с таком потрясении уставилась на бумажную игрушку, что мне стало не по себе.

— Что… как это?.. Откуда ты это умеешь?

Я даже растерялась. Да всю жизнь умела, с далеких моих дошкольных лет! Кто же не умеет кораблики складывать?..

Впрочем, здесь ничего подобного я, и впрямь, не встречала. Здесь бумага дорогая, ее хранят в ящичках и на такие забавы не тратят.

— Мне такие дед делал, выдохнула ленна. — И показывал, как, но я не запомнила. А ты, кто тебя научил?! Ну скажи, кто?!

— Тихо, Дана, Дана, — Дин обнял ее. — Не твой дед, конечно, но… послушай. Мы тебе еще кое-что рассказать должны, — он посмотрел на меня виновато, — ты же поняла, что Камита нездешняя, да?

— Я поняла, что ее какой-то магией в лес забросило, а вот откуда она… Эх, Камита, ну ты же вроде совсем не дура, почему такая неграмотная, пишешь еле-еле? А раньше утверждала, что вообще не умеешь…

— Так она нашим буквам всего несколько дней учится, Дана. А так она вполне грамотная, те каракули, что твой дед писал, легко читала, по-моему. Она его книгу одну нашла, ту, в коричневой коже.

Я так и замерла. Он знает мой секрет? Но ведь при нем я никогда не читала ту тетрадь!

— Прости меня, Камита. Я видел, как ты читала. Это же понятно, когда человек читает, а не просто смотрит. У тебя такое лицо было, словно там что-то необычайное написано. А книгу ту я сразу узнал, много раз ее смотрел, знаю, что там. Ну, да, получается, я подглядывал. Не сердишься?

Я вздохнула, улыбнулась, покачала головой. Не сержусь, к чему? Может, оно и к лучшему. Только лучше бы сразу все мне сказал…

— Погоди-ка, — Дана широко распахнула глаза. — Ты из той же страны, что и мой дед? Правда?

Я кивнула.

— И до нее нельзя долететь, верно? Дед говорил, что его страна очень далеко, очень!

Я опять кивнула. И Дана, хохоча, закружилась по комнате.

— Здорово, здорово, замечательно! Какое счастье! Ну почему ты молчала, почему, я же сказала тебе про пророчество, а ты молчала!

Ну что за чудесный вопрос — почему я молчала…

— Дана, уймись, — попросил Дин, — на драконе зато можно долететь куда угодно. Так же говорят? Значит, вовсе не существует стран, до которых долететь нельзя.

— Чушь. Как будто на драконах кто-то летает, кроме соддийцев!

— Но ведь можно? Не верь каждому глупому пророчеству.

— Тебе же ниберийка сказала!

— И что? Знаешь, сколько фальшивых гадалок по стране бродят? Зато она диррем получила.

Они оба даже не подумали про другой мир. И правда, кому такое вот так сразу в голову придет?