Чтение онлайн

— Говори, — не произнося ни слова, «подумал» он в нейросеть после того, как принял вызов и осмотрел представшую пред ним красотку, уже в парадном облачении и со шпажонкой на боку.

— Любовь моя, к нам прибыли гости. Ты же не забыл, что сегодня у нас бал в честь твоего дворянства.

— Уже? Ладно, лечу.

— С нетерпе…

Оборвал эти излияния строптивый раб.

«Эх, жаль, что эта колымага больше не выжимает», — не довольно скривился познавший скорость Михаил.

Против бала Миша не возражал, когда счастливая Медара сообщила о необходимости провести сие мероприятие. Он подробно расспросил и понял, что предстоит по большому счету фарс, где будут все свои, и можно даже побезобразничать. Поэтому и не переживал по поводу предстоящего выхода в свет.

Лихо приземлившись в паре метров от толпы похотливых клуш и мутных франтов в разнообразных вычурно разукрашенных комбезах, свежеиспеченный кавалер соскочил на землю и нагло прошествовал, толкнув плечом парочку павлинов и ущипнув за мягкое тройку распустивших пёрышки куропаток. Ну а остановившись у Медары, сграбастал ее и начал прям по-быдлански мять ее за жопу, навалившись на нее в жадном аж до похабности поцелуе.

Миха намеренно нарывался, так как знал, что все тут — только личные вассалы из двора графиньки. А о себе следует заявить и пресечь все поползновения.

— Похоже, рув забыл своё место, и… — попался на крючок какой-то лощеный «камер-юнкер» или хрен его знает кто.

Миша ж так и не удосужился поставить на изучение базу по придворным малых и больших дворов. А выдаваемое нейросетью Карциноль 3 класса ни о чем ему не говорило.

— Дуэль! — заорал вдруг Миша, отрываясь от графиньки, что уже и позабыла о присутствии здесь, на лужайке близ малого сада, ее гостей, ибо поплыла на волнах похоти.

— Ч-что? — сдал этот фраер.

— Ты, чушка, на ее сиятельство посмел рот свой открыть?

— Но позвольте…

— Молчать! К барьеру!

— Куда?

— Зассал?

— Ах, это шарман*, — проворковала какая-то конопатая великосветская потаскуха, которая, видимо, имела свои счеты с фанфароном, посмевшим раззявить свой рот на любимую зверушку графиньки. — Вильнун, имейте смелость отвечать за свои слова.

* Напоминаю, некоторые понятия, устоявшиеся выражения, специфические словечки, жаргонизмы, сленг, а также меры, пусть даже и из уст аборигенов, даются в понятных нам, привычных аналогах.

— Да какие слова? Я ж его, а не её сия…

— Условия дуэли, кавалер Вильнун? — включилась в игру пришедшая уже в себя от Мишиного толчка локтем её сиятельство, честь которой сейчас и будет отстаиваться.

— Ваше сият…

— Условия! — надавила неумолимая Лидан на растекающегося в заверениях своего почтения выскочку.

— Что ж, до… первой крови, — поправился в последний момент прожженный интриган, поняв, что его, похоже, поиспользовали в какой-то еще не ясной ему игре, и если вдруг он грохнет этого шута графини, то ему не сдобровать, а так — ещё будет возможно выйти почти сухим из воды.

— Принимается, — всё еще не выключив гусара, прогорланил Миша.

Что он вообще такое творит, и что за тупейшая ситуация сложилась? Тут чистой воды экспромт. Мишу изрядно взбесили рожи и смешки, которыми его одаривали, когда он подлетел, поэтому-то он и взбрыкнул, решив вот без особых последствий для себя покуролесить. И, как оказалось, жертва нашлась моментально, а всё это змеиное кубло не преминуло воспользоваться ситуацией да подкинуть дров и раздуть пустяшную искру в неслабый пожар, старательно теперь наблюдая за развитием ситуации и выискивая выгоды для себя и проблемы для конкурентов за внимание ее сиятельства.

Заодно Селину и свои навыки фехтования хотелось проверить. Дело в том, что у разных Домов эти базы одинаковые лишь до 3 уровня. А после идут уже наработки поколений. Причем, Мише досталась база основной ветви Бордового Дома, а не какой-нибудь там побочной. Она покруче будет. Вот это ему и не терпелось опробовать.

— Ан гард! — начал выкаблучиваться Миша, манерно махая в приветствии шпагой, как он в каком-то кино видел.

— Что? — опешил закономерно не понявший французского Вильнун и охреневая теперь от непонятных самообмахиваний шпагой его противником. — Да ты сумасшедший!

Однако эта хитрая тварь пусть и скорчил негодующую рожу, но, не закончив свою призванную отвлечь внимание реплику, уже сорвался в выпад, которым едва не лишил Мишу его левого уха.

— Каналья!

— Больной урод! — усердно наносил укол за уколом, мастерски меняя направление движений, играя ритмом и завораживая нелепой пластикой этот, как оказалось, опасный гад.

Миша поначалу даже слегка струхнул, но очень скоро уяснил. Он быстрее. Его тело морфа — тупо лучше. И каким бы там опытным ни был его далеко не простой противник, но как и Мишины знания из базы позволяли ему легко читать оппонента, предугадывая или прямо на лету определяя все ухватки да финты того, так и, что важнее, превосходящее его тело позволяло Михе использовать такое преимущество, уверенно реализовывая возможности.

И вот, наигравшись уже, пока выяснял потенциал соперника и свои на его фоне перспективы, Селин решил заканчивать это. Стремительный укол в предплечье и уход в сторону. Вильнун проносится мимо и, получив поджопник, улетает куда-то в кусты.

— Ваше сиятельство, ваша честь защищена. Кровь этого недостойного тому подтверждение. Пойдемте уже к столу, пока я не заколол еще какого-нибудь пустобрёха! — кровожадно обведя глазами попритихших мажоров, продолжил церемонию «входа в хату» наш новоявленный аристократ.

ГЛАВА 5

Бал. Это было несколько не то, что Мише доводилось видеть в кино. Даже ни одной кареты, блин, не было, а вместо эполет с аксельбантами у кавалеров и пышных платьев у дам были дорогущие комбезы всевозможных бордовых оттенков, со множеством узоров от простеньких до невероятно мудреных. Причем, при разных обстоятельствах внешний вид менялся.

Ну например, в малом саду, где происходила встреча гостей и состоялась эта нелепая, но такая нужная дуэль, так вот, там на одежде золотых узоров был минимум, и лишь позволял подчеркнуть статус прибывшего. Далее же, когда переместились в парк с фонтанами, и где были летающие столики с явствами, такой себе фуршет, только ты не подходил, а к тебе всё подлетало, так вот, уже тут дамы преобразились. Некоторые участки их комбезов стали прозрачными и явили всем заинтересованным завлекательности роскошных фигур, а буйство орнаментов выросло кратно.