Чтение онлайн

Он вспомнил о собственной молодости… о том, сколько раз управлял лошадьми, едва держась на ногах от спиртного… сколько раз вырывал вожжи у кучера почтовой кареты и несся по дороге, не обращая внимания на крики испугавшихся пассажиров, размахивая бутылкой бургундского, а то и стреляя из пистолета в воздух.

Боже милосердный, вот и пришел час расплаты.

— Я поеду на Кёрзон-стрит, — сказал Хьюго и бросился одеваться, перепрыгивая через ступеньки лестницы. Несколько минут спустя он вернулся в холл, натягивая перчатки, на плечи было наброшено пальто с пелериной.

Самюэль, который так и не закончил обедать, уже ждал его, застегивая пальто.

— А чего там, на Кёрзон-стрит?

— Дом матери де Лейси, — коротко ответил Хьюго, открывая дверь. — Просто не представляю, где ее искать. — Он быстро вышел на улицу, и Самюэль, тяжело дыша, последовал за ним.

— Обойди дом, загляни в конюшню и посмотри, там ли коляска с запряженными двумя серыми жеребцами, — распорядился Хьюго, когда они добрались до дома де Лейси. Самюэль отправился выполнять приказ, а Хьюго постучал в дверь.

Дверь открыл дворецкий. Он поклонился:

— Хозяева обедают, сэр. Могу я попросить вашу визитку?

— Я войду, если Дэнис де Лейси дома, — коротко ответил Хьюго.

— Господина де Лейси нет, сэр, — дворецкий почтительно придерживал дверь, но в его тоне чувствовалось нетерпение.

— Он был дома сегодня после полудня?

— Нет, сэр. Насколько мне известно, господин де Лейси собирался провести вечер за городом с друзьями.

— С какими именно?

— Не имею чести знать, сэр, — дворецкий отступил, намереваясь закрыть дверь.

Хьюго вставил ногу в проем.

— Не стоит так торопиться, милейший.

В его тоне и в сверкнувших зеленых глазах было что-то такое, что заставило дворецкого стать еще более почтительным.

— Сэр? — сдержанно спросил он, уже не пытаясь прервать беседу.

— Господин де Лейси после полудня отправился на прогулку в своей коляске. Когда вам стало известно, что он не намерен сегодня возвращаться домой?

— Мы получили записку от него, ее принесли не так давно, сэр.

— Когда же?

— Полагаю, около шести часов, сэр.

Два часа назад. Значит, с ними все в порядке, никакого несчастного случая не было. Но что же, черт возьми, тогда происходит? Взмахом руки Хьюго отпустил дворецкого и вновь выбежал на улицу.

Самюэль появился из-за угла, он уже побывал на конюшне.

— Два серых жеребца на месте, — сказал он, пристраиваясь к Хьюго. — Кто-то здорово погонял их. Главный грум ругался хуже, чем девочкин попугай. Говорит, что прошло два часа с тех пор, как какой-то чужой конюх пригнал их. Он исчез, как только спрыгнул с козел. Грум до сих пор не может успокоить лошадей.

— Два часа, — повторил Хьюго. — Значит, жеребцов вернули и одновременно доставили записку о том, что их владелец не вернется. Самюэль, что ты об этом думаешь, черт побери?

— Сдается мне, — ответил Самюэль медленно, — кое у кого входит в привычку увозить девочку.

— Джаспер! — Хьюго остановился как вкопанный посреди улицы. — Иисус, Мария и Иосиф! Конечно, Конгрегация! Как же я не догадался об этом сразу?

Если Дэнис де Лейси вслед за своим отцом был вовлечен в Конгрегацию, как и Криспин за Джаспером, то это значит: юноша связан клятвой верности лидеру тайного общества и обязан ему подчиняться. Хьюго так переживал, что Хлоя узнает правду о его прошлом от своего неутомимого поклонника, что совершенно не предусмотрел другой вариант: опасность мог представлять любой человек, связанный с Конгрегацией. Парадокс заключался в том, что этим человеком оказался все тот же де Лейси, такой на первый взгляд безобидный парнишка…

— Конгрегация? — Самюэль отскочил в сторону, едва не попав под экипаж; он увлек за собой и Хьюго, ничего не замечавшего вокруг. Возница разразился целым потоком ругательств.

— Это длинная история, — сказал Хьюго мрачно. — Длинная и старая. — Он нахмурился, пытаясь разгадать замысел Джаспера.

Где бы мог Джаспер спрятать ее? В Лондоне им пришлось бы искать священника, который согласился бы закрыть глаза на то, что молодую девушку венчают против ее воли… а Хлоя наверняка заявит об этом. Им потребуется время, чтобы она покорилась, по крайней мере, казалась покорной. У Джаспера же времени нет, и он знает об этом. Ему необходимо немедленно выдать ее замуж и уложить в постель с Криспином. Как только это будет сделано, контроль над ее состоянием автоматически перейдет к мужу. Таков закон. Что произойдет с Хлоей потом, вряд ли будет особенно волновать ее брата, но остается Криспин…

Хьюго вспомнил злобный взгляд Криспина, когда в Манчестере Хлоя спасала Росинанта и ничего не заметила. А позже, после исчезновения девушки из поместья, как он, Хьюго, выдавил из Криспина, трусливого и подлого, признание! От бессилия тот исходил злобой, но не отважился на отпор. Такая презренная личность непременно будет наслаждаться местью беспомощной пленнице. А если он еще и член Конгрегации, а в этом Хьюго был почти уверен, то он уже участвовал в оргиях в подземной часовне, где дурман стирает все грани дозволенного. Там наверняка бывал и Дэнис. Их, знакомых с нравами Конгрегации, даже если они еще не столь развращены, как их предводитель, ничто не остановит, . если они решат отыграться на невинной девушке. Значит, ее ждет худшее.

Конечно, они повезут ее в Шиптон. Хьюго теперь знал это совершенно точно, как будто сам Джаспер сказал ему об этом. У Джаспера там везде свои люди, которые умеют держать язык за зубами и знают, что случится с ними, если они только откроют рот. В Шиптоне он сможет держать Хлою взаперти, вдали от любопытных глаз. Джаспер широко распространил свое влияние, используя оружие, которое лучше всего действовало в каждом конкретном случае, — страх, запугивание, подкуп. Он, несомненно, знает священника, который закроет глаза на что угодно. И у них есть часовня…

Он снова представил Элизабет в часовне… одурманенную, с глазами, полными ужаса, когда она, наконец поняла, какую роль отвел ей муж. Он видел Элизабет… нет, это уже была не Элизабет, а ее дочь, Хлоя, у возвышения в свете свечей. Дочь вместо своей матери… Круг смертельной вражды замкнулся. Как же, должно быть, торжествует Джаспер! Какое огромное удовольствие доставит ему возможность отомстить за отца таким образом.

Волна тошноты подкатила к горлу, на какое-то мгновение он ощутил полную беспомощность… Затем ее сменило убеждение, что, если понадобится, он совершенно хладнокровно убьет Джаспера, как когда-то — Стивена.