Чтение онлайн

Для чего они это делают, я не знаю, но вряд ли хотят признаться перед как можно большим числом людей, что все происходящее — затянувшийся пранк. Возможно, они собираются использовать живых для каких-то своих целей, о которых мы даже не можем догадываться. Или же обращение в тварей — часть более масштабного замысла, который пока что скрыт от нас.

Люди, загнанные в центр площади, сбиваются в группы, пытаясь найти хоть какую-то защиту или способ выбраться из этого кошмара. Но выхода нет — зомби окружают их со всех сторон. Короче, ребята, я видел это и хочу развидеть. Эта сцена до сих пор стоит перед глазами и напоминает кошмарный сон. Но это реальность, и никто не знает, что будет дальше. Зачем зомби сгоняют людей на площадь Революции? Что они собираются делать? Ответы на эти вопросы ищите сами, а я попилил нахрен из города. Чувствую, что грядет что-то недоброе, и я тут лишним буду.

Впервые в чате открыто отметились вояки с номерами-никами. Они собирали искателей в другой части города, возле пятого отделения полиции, на Проспекте Металлургов. Туда я точно не собирался.

До вечера я успел помедитировать, помогая телу заполнять резерв внутренней энергии — тот казался бездонным. Потренировался с копьем и кинжалом в своем спортзале.

Посмотрел на улучшенный облик через подзорную трубу, только описание почти не изменилось:

Облик мумии. Направление — скорость, укрепление. Ранг — железо (2/10).

Поэкспериментировав с бинтом, понял, что укрепление касалось тех частей тела, которые оплетены бинтами. Вроде как защита, но слабенькая. Лучше искать для защиты какую-нибудь технику.

Ладно, а теперь — спать. Надеюсь, что я проснусь там, в мире Земли. Будет неловко понять, что меня уже успели сожрать.

— Ты кто? Что здесь делаешь?

Вопросы, заданные мне по пробуждению, были не тем, что мне хотелось бы услышать с утра.

Я взирал на пенсионера, замершего на пороге чердака. Не знаю, зачем дед решил проверить крышу, но хорошо, что он не застал меня полчаса назад, когда я ничего бы сделать не смог.

— Смотрели фильмы Тарковского?

— Чего?

Я и сам не смотрел, но эту цитату почему-то помнил.

— Есть такая история: один человек спасает другого из огромной глубокой лужи. Спасает с риском для собственной жизни. И вот они оба лежат у края этой лужи, тяжело дышат: устали. Наконец спасенный спрашивает:

' — Ты что?

— Как что? Я тебя спас!

— Дурак! Я там живу! Я там живу.'

Я щелкнул пальцами и открыл появившуюся коробку. Достал орс и с усилием проглотил — запить было нечем. На случайного свидетеля было плевать — вчера и так раскрылся, насколько мог.

Дед уставился на коробку в моих руках с опаской.

— Вот и я сегодня тут живу, — закончил я, ощущая тепло, разлившееся по телу.

— Так ты из этих, — пробормотал пенсионер.

— Не знаю, о ком ты, но вполне возможно, что из них.

Старик все смотрел на меня, что-то прикидывая.

— Ладно, пошли, детина-дружинник, — мотнул он головой. И прежде, чем я возразил, мол, мама запретила куда-либо ходить с незнакомцами, добавил. — Чаю тебе налью, в душ сходишь. Одежду сына тебе дам — он в плечах помельче будет, но от тебя сейчас так несет, что ты вряд ли против будешь.

Заляпаная чужой кровью одежда мне и правда не слишком нравилась. Брюки задубели, ходить в них было неудобно, да и брезгливость никто не отменял.

В квартире старика не прятались полицейские, и последние сомнения в том, не ловушка ли это, развеялись. Я помылся и надел на себя клетчатую рубашку вместе с камуфляжными брюками. Штаны жали в бедрах и в поясе, рубашка сидела в обтяжку, но переодеться в чистое было куда приятнее. Я даже обувь протер — смыл кусочки мяса, чьи-то волосы и засохшую кровь. Правда, яркие красные пятна очистить не получилось.

— А с чего такая доброта к незнакомому человеку?

Я попивал чай с дедом, активно закидывая в себя сушки, печеньки и все, что дед выставил на стол, и все никак не мог поверить, что абсолютно незнакомый мне человек может пойти на акт бескорыстной доброты.

— Я видел, как ваши ребята тварей бьют, — отмахнулся он. — Считай, с балкона почти каждый вечер через бинокль на такое смотрю. Да и у тебя джинсы не в соплях замараны были. Так что чай и вещи — меньшее, что я могу тебе предложить. Будет время — заходи, и друзьям своим передай, что здесь им рады. Даже имени не спрошу — напою, накормлю и благословлю напоследок.

Я достал из шкатулки желтый кругляш и катнул его навстречу деду. Тот хмыкнул и щелчком ногтя отправил кругляш обратно ко мне.

— Что я с ним делать буду? Лучше проводи меня за продуктами.

Защищать деда, пока тот будет неторопливо затариваться, я не желал. Вместо этого я спросил, что именно нужно, узнал адрес ближайшего продуктового, которым оказался супермаркет, и отправился навстречу новым приключениям.

Супермаркет сегодня работал, что меня удивило. Кассирш было две, был охранник или администратор зала — не разбираюсь в сортах наблюдателей. Не знаю, каким чудом их заставили выйти на работу, но благодаря им сегодня запуганные покупатели затаривались тележками продуктов.

Я взял большую корзинку и пошел между полок, удивляясь, как в городе могли остаться такие спокойные места.

Крик в дальней части магазина оказался настолько громким, что его услышали все покупатели. Люди замерли, ничего не понимая, и смотрели друг на друга, силясь найти ответ на вопрос — что происходит? Но ступор длился недолго — едва за криком последовало низкое горловое рычание, люди срочно ломанулись к выходу, бросая корзинки с покупками, а кто-то мчался прямо с ними.

Я ускорился, и когда добрался до киоска с аптекой, увидел серокожего мужчину, все лицо которого было в свежей крови. Зомби набросился на первую попавшуюся женщину, вцепивший ей в шею зубами. Жертва уже не кричала — булькала.

А покупатели всё кричали, толкались и бежали к выходу. Идиотов с телефонами не появилось — обострившийся за последние недели инстинкт самосохранения оказался сильнее жажды получить эксклюзивный ролик со «снафф муви».

— Да, уберите вы телефоны, дебилы! — орал кто-то. — Дайте пройти!

А, нет, все-таки снимают.

Я на ходу подсек ноги серокожему, а когда он рухнул — пробил ему ногой по затылку, где позвонки были особенно хрупкими. Вроде бы сработало — шевелиться он перестал. Но я все равно приподнял тяжелую стойку с фруктами и обрушил ее на голову серокожего, а потом и его жертвы.