Чтение онлайн

В первые полгода этот сон о прошлом преследовал меня почти каждую ночь. И каждый раз, засыпая, я молил, чтобы моё сознание увело сновидение по другому сценарию. Сука! В любой другой день нашей счастливой жизни. Мечтал хоть раз. Хоть один. Грёбаный. Раз. Увидеть её живой! Но ночи сменялись ночами, и ничего не менялось.

Первое время видел Рину во всех. В каждой долбаной блондинке. Знал, что не она, но мечтал… представлял… Что она жива. И где-то существует.

Рина ненавидела наш с Владом бизнес. Плакала, когда я приезжал побитый. И каждый раз умоляла остановиться… Порой, мы хотели. Правда. Мечтали о спокойной и тихой жизни. Но недолго. Проходило несколько дней, и мы вновь загорались новой идеей. Одна из которых, стоила ей жизни.

Я готов был сдохнуть с ней, но не мог. Не мог убить себя сам! А валить меня никто не спешил.

Всё стало неважным. Ни семья. Ни дружба. Ни деньги. Вода не утоляла жажду. Еда голод. Дым сигарет наполнял лёгкие лишь наполовину. И жизнь – не жизнь, существование.

Лишь алкоголь помогал забыться, но не помогал забыть…

В один из дней после случившегося, сидя на грязном полу в чужой прокуренной квартире, сквозь пелену небытия и сизого дыма я вдруг увидел Стаса. Как же он похож на неё… Пшеничные волосы… голубые глаза…

Зачем?.. Зачем она привела его сюда?

Сын смотрел исподлобья. Волчонок… В глазах слёзы. Пыхтел и дёргался в попытке приблизиться, но руки моей матери крепко удерживали его за плечи.

Зажмурился, зажимая руками голову, и завыл:

– Уйди… Уведи его…

Мгновение, топот маленьких ножек. И я почувствовал, как детские ручонки обвились вокруг моей шеи.

– Папочка, папочка, – заревел Стас.

Вздрогнул, как от пощёчины. Сука! Что же ты творишь? Ведь это твой сын! Живой. И в ту же секунду прижал его к себе, комкая в кулаках яркий пуховичок.

– Мой Волчонок… – прохрипел.

Это был последний день моего безумия.

Сегодня, как и всегда в разлуке с сыном, моё утро началось с видеозвонка. И на этот раз он меня настиг в душевой кабине. Пришлось выключать воду. Ведь где бы я не находился в этот момент, я обязан ответить Стасу. Как и он мне. Такой уговор.

– Привет, Волчонок, – улыбнулся я, устанавливая телефон на полку над раковиной.

– Привет, пап! Представляешь, Ба говорит, что в четверг вечером мы с Бородой уже будем в Москве?! Я не могу дождаться, когда мы полетим! А ты же нас встретишь в аэропорту?

Борода – это Кирилл Сомов. Личный водитель и охранник моего сына. И думаю, не трудно догадаться, почему он дал ему именно такое прозвище.

– Встречу. Пришли мне сегодня фото билетов.

– Ага! Пап… – замешкался Волчонок, опуская глаза. – А мы будем отмечать Новый год опять с Владом?

– Стас, во-первых, я просил тебя никогда не называть Игоря Владом, – сказал я, выдавливая зубную пасту из тюбика на щётку. – А во-вторых, говори прямо, что ты хочешь.

– Я хочу отметить его с тобой. Вдвоём, – тихо ответил сын, взглянув исподлобья.

– Волчонок, давай поговорим об этом, когда ты прилетишь.

Закрыв эту тему, попытался выпытать у Стаса, что бы он хотел получить на день рождения. Ответ – никакие подарки ему не нужны. Ясно, хочет совместный новый год.

Ещё минут десять сын с упоением рассказывал о посещении с бабушкой зоопарка «Роев ручей». Разговор заканчивать не хотелось, но время уже поджимало, поэтому пришлось быстро его свернуть.

В темпе собрался и, не пересекаясь с Игорем, уехал в офис.

Уже по дороге набрал знакомого риэлтора. Пусть займётся поиском квартиры для меня, подберёт несколько вариантов в центре, а я выберу.

Очередная оперативка, как обычно, заняла не больше десяти минут, и у меня появилось свободное время. До встречи с девчонкой оставалось ещё больше часа – отлично, успеваю по пути заехать, позавтракать.

Всю дорогу до ресторана, в голове крутилась навязчивая мысль. Интересно, она закрыла вчера за мной входную дверь?.. Так и подмывало съездить прямо сейчас и проверить.

Выругался, проезжая мимо «Бульвара».

Звонить Арсении не стал. Приехал, поднялся на третий этаж, секунда, и ручка поддалась нажиму. Дверь бесшумно распахнулась. Оху*ть можно!

В первый раз она кого-то ждала. Допустим. Во второй выбежала на минуту отдать деньги. Предположим. А на этот раз – что?

Заглянул в комнату. На кровати лежала спящая красавица, мать её. И тут я врубился. Она ждала принца, который её расколдует, поэтому и не закрыла дверь. Ухмыльнулся.

Малышка сопела лёжа на животе, укрытая тёплым одеялом и обняв руками подушку. Встал вопрос, как её разбудить, чтобы не перепугать до смерти. Но она, вдруг будто почувствовав мой пристальный взгляд, перестала сопеть. Размеренное дыхание девчонки сбилось. Проснулась.

Смешная, сначала не могла подняться с кровати, потом долго соображала, как я попал к ней в квартиру. И в итоге пришла к выводу, что проспала.

Одёргивая свою одежду, Малышка привлекла мой взгляд к своему телу. Короткие шортики, открывали вид на охренительные ноги, а тоненькая маячка, настолько плотно её облегала, что я даже смог разглядеть напряжённые соски. Бл*дь.

Дал ей немного времени на сборы и вышел из квартиры.

В машине ехали молча. А подъехав к ювелирной мастерской, девушка испугалась. Чем сбила меня с толку. Чего боится? Ведь не одна идёт, со мной. Услышать правду?

Хозяин был прямолинеен и не сильно выбирал выражения, вспоминая те события. По реакции Малышки убедился, что ей точно ничего неизвестно о махинациях брата.

В середине разговора она неожиданно сорвалась и выбежала на улицу. Поблагодарив за информацию и попрощавшись, вышел следом. Боковым зрением уловил прислонившуюся к стене девушку и, остановившись напротив, внимательно присмотрелся к ней. Стало плохо? Арсения рвано выдохнула, слегка приоткрыв рот, а я не мог отвести взгляд от её пухловатых губ. Внутри будто война. Война, которая мне на хер не нужна.