Колония Альфа

Единство подобно живому организму.

У него есть плоть: земля, моря и горы, леса и бесчисленные Круги, где под животворящим светом Игг-Древ живут и умирают разумные. У него есть кровь — огненная, водяная и воздушная, текущая по великим жилам волею Искуснейшего. У него есть несокрушимые кости, что старше Вечности, старше Раскола и старше самих Единых, ибо ковались в те времена, когда предтечи Кел только создавали великую сферу. Прежде чем потекли реки и подули первые ветра, Искуснейший — или те, кто в конце Восхождения стали им, — выковал несокрушимый каркас из иллиума и разделил будущий мир на бесчисленное множество октагонов. Великие Стены, подобные горным хребтам, рассекли внутреннюю поверхность сферы, а на их стыках выросли Башни — узлы, скрепляющие мир воедино.

Внутри них, подобно нервным средоточиям в живом теле, сходятся бесчисленные жилы, опутывающие древние кости. По одним струится вода, наполняющая источники, озера, река и моря Единства, по другим — небесный огонь, несущий тепло, питающий разделяющие щиты и великие механизмы. Третьи несут чистый воздух, четвертые связывают октагоны подземными путями, пятые — нити, что способны менять рисунок равнин и гор, поднимая и опуская твердь, а назначение шестых, седьмых и восьмых неизвестно даже тем, кто коснулся неба. Даже усердные ученики Того-Кто-Искусен не были способны до конца постичь хитросплетения жил и назначение всех древних конструкций. Говорят, некогда для этого сотворили Наблюдателя — и древний разум остался единственным хранителем Единства, когда мудрость покинула дайсон-сферу.

Мудрецы рассказывают, что каждый октагон был отдельным миром. В иных царило вечное лето, в других — зима, в третьих бушевали океаны, а в четвертых раскинулись необозримые пустыни, чей песок сиял в лучах древнего солнца подобно расплавленному золоту. Говорят, существовали и такие октагоны, что были построены по образу и подобию иных звездных сфер и населены Народами, что пришли оттуда, спасаясь от Тварей Извне. Говорят, что были октагоны, созданные как полигоны, на которых Восходящие учились в настоящих битвах, и подобные великим мастерским, и иные, где ученики Единых пытались проложить новый путь по ступеням Восхождения…

Между Стенами горели завесы чистой энергии: разделяющие щиты и небесные купола. Ничто не могло пройти сквозь них без дозволения. Ни человек, ни зверь, ни ветер, ни даже свет. Многие октагоны были замкнутыми вселенными, и, чтобы перейти из одного в другой, требовалось разрешение тех, кто выше всех.

Тех, кто управлял Башнями.

Они стояли на перекрестке четырех граней, превосходящие Стены и высотой, и глубиной, и сами подобные небольшим мирам со своими законами. Из них Единые, Наблюдатель и представители древних кел-иерархий правили дайсон-сферой: повелевали ветрами и водами, воздвигали горные хребты и рушили их, меняли ход рек и границы океанов, направляли по небесным путям летающие острова и несли свет или тьму.

Так было задумано. В Башнях находились врата между спиралями, там поднимались и опускались разделяющие щиты, там определялись пути и судьбы Народов. Говорят, зоркие очи Наблюдателя обозревали с вершин весь октагон, в подземельях дремали экзо-ткачи материи, на причалах — экзо-левиафаны, а недра скрывали существ и призрачных духов, созданных Кел по своему подобию. Не живые и не мертвые, не рожденные, а сотворенные, они были той частью Единства, что никогда не спала.

Мудрые говорят, что число октагонов не поддается исчислению, а протяженность Стен превышает расстояние до ближайших звездных сфер. Стены невозможно обойти, невозможно пробить, невозможно сломать — так считалось до Раскола. Они были задуманы вечными. Даже Руны небесного ранга не способны повредить им — ибо иллиум, из которого выкованы Стены и Башни, неподвластен ни энергии, ни времени, ни иной силе.

Так было.

Но то, что не смогли разрушить Твари Извне, сделали сами Единые и те Кел, что верно служили им. Страшные раны, нанесенные Единству во времена Раскола, невозможно залечить — они навсегда оставили шрамы, обратив множество октагонов в черную ледяную пустоту. Братоубийственные войны, небесные стрелы астролитов, предательство и вражда проникли внутрь Стен и Башен, в глубинные горизонты, в самое сердце старых иерархий. Башни стали целями — они давали власть над октагонами, а разрушить Башню — означало ослепить врага и погрузить его владения во тьму и хаос.

И многие Стены и Башни пали. Были разрушены и уничтожены. Вместе с куполами и щитами, вместе с октагонами, что хранили, с миллиардами разумных и неразумных. Иные, брошенные во Тьме, стали рассадником Червей, что заполнили их, как насекомые обживают поваленные стволы гигантских деревьев. Некоторые пострадали частично: очи Наблюдателя погасли, обитатели ушли, но древние механизмы продолжали работать, а стражи — отгонять всех, кто осмеливался приблизиться.

Для тех, кто выжил, Стены стали краем мира. Большинство Башен скрылось во Тьме, ибо Круги Жизни, возрожденные светом Игг-Древ, занимают лишь малую часть прежних октагонов. Лишь когда Великие Древа разрастутся, их свет вновь озарит древние границы. А пока для многих разумных Стены — черная полоса на горизонте, конец мира, грань между жизнью и смертью.

Мудрые говорят, что не стоит касаться Стен и приближаться к Башням. Даже к тем, что кажутся мертвыми. Они запретны для обитателей Единства, и лишь небесные господа, изредка нисходящие вовне, могут посещать их. Но обитателям Вечности нет дела до старых руин. Говорят, что в Башнях бродят старые духи, древние хранители и слуги Наблюдателя, что ткут материю и свет, пытаясь залечить старые раны. Тех, кто осмеливается приблизиться, — ждет величайшая награда, но чаще — мгновенная смерть.

Иные легенды гласят, что в Башнях хранятся древние сокровища Народа Кел. Золотые арсеналы, фабрикаторы Наблюдателя, тайное оружие, что ждет достойных. Многие храбрецы отправляются на их поиски — но возвращаются единицы, ибо Башни не любят незваных гостей. Те любимцы Незримого, что смогли проникнуть на их ярусы, рассказывают о стражах, древних духах и печатях, что открываются лишь избранным. И странных обитателях, что порой населяют заброшенные этажи Башен…

Мудрые спорят. Одни говорят, что Наблюдатель давно забыл о Башнях — его взор устремлен на Круги, где кипит борьба с Червями, а не на мертвые руины во Тьме. Другие — что он видит все, просто ждет и копит силы. Третьи — что некоторые Башни его волей пробуждаются, став маяками, вновь горящими спустя тысячи циклов. Говорят, их огни опять мерцают во тьме и неведомая сила возрождается в самом сердце Башен…

Но это лишь слухи.

Кто осмелится проверить?

— Приветствую тебя в Колонии Альфа, — сказал координатор с лицом и улыбкой Хитрейшего и нашивкой «Олег Рашидов».

Колония Альфа.

— Где… — губы, рот и язык оказались сухими, будто я неделю жевал песок, а голос — сиплым и надтреснутым, — … мои люди?

— В целом… с ними все в порядке, — мне не понравилась заминка во фразе координатора. — Как и ты, они в результате нашей спасательной операции перемещены в Альфу и сейчас находятся в других блоках.