Колония
Шрифт:
Здесь мысль останавливалась, будто перед внутренним взором вставала чёрная, непреодолимая стена.
Кто вернёт ему душу? В чём найдёт смысл жизни молодая телесная оболочка с заключённым в ней разумом старика? Он достиг всех мыслимых вершин, и карабкаться дальше, прибавить ещё пару миллиардов к своему состоянию не казалось ему достойной целью, тем более что с определённых пор капитал корпорации прирастал автоматически, сообразуясь с законами современного рынка и математическими прогрессиями удачных инвестиций.
«Любовь?..» — проскользнула на границе сознания шальная мысль, уводящая в сторону от сиюсекундных проблем.
Он уже почти не помнил, что это за чувство. Майлер всю жизнь использовал людей, и подобную привычку теперь не сломишь, да и не мог он позволить себе размениваться на любовные отношения — молодой или старый, он всё равно оставался на том вожделенном, но уже мысленно проклятом пятачке недосягаемой для других вершины, где нельзя совершать резкие, необдуманные телодвижения.
Конечно, существовал ещё путь бегства.
Он мог отойти от дел, пройти курс интенсивной генетической терапии и исчезнуть, раствориться, улететь на Марс, как делали это тысячи клиентов «Фон Брауна», — поселиться в собственном доме, окружённом невыразимо прекрасной лесопарковой зоной, спрятаться за табличкой с надписью «Private» и…
Он поперхнулся дымом и с раздражением погасил окурок в золочёной пепельнице.
Майлер всего дважды бывал на Марсе, но это не мешало ему со всей отчётливостью представлять существующее положение вещей.
Четыре сектора освоения Красной планеты, изначально расположенные вдалеке друг от друга, в последние годы значительно сблизились, обрели общие границы, вползая длинными, узкими клиньями в пространство предгорий. Марс не Земля, в колонии царят иные законы, знаки и акценты там расставляются совсем по-другому… Американский сектор освоения постепенно мельчал пропорционально тому, как правительство Объединённой Америки теряло интерес к колониальной программе. Русские не делали резких шагов в освоении новых земель — они вели грамотно спланированную перспективную политику, рассчитанную на массовое заселение терраформированных территорий, когда знаменитые российские просторы станут тесны для нации. Пока ничего подобного не происходило, и вряд ли подобное переселение будет осуществлено в ближайшее десятилетие, но Российский сектор освоения успешно развивался, к тому же русские обладали мощным космическим флотом, гарантирующим неприкосновенность существующих границ колониального владения.
Майлер привык рассматривать Россию как надёжный буфер, предохраняющий частные владения клиентов «Фон Брауна» от наглых, напористых и плодовитых азиатов. Политика концерна «Новая Азия», проводимая на Марсе, мало чем отличалась от земной, за некоторым исключением — в колонии азиатов сдерживали три фактора: отсутствие мощного космического флота, прямое соседство России и частная армия корпорации, способная дать отпор любым поползновениям стремительно развивающихся «соседей».
Фон Браун прикурил новую сигарету, продолжая мысленный диалог с самим собой.
Что случится, если он решит отойти от дел?
Конечно, мир от этого не рухнет, но у него не было прямого наследника, такого же трезвомыслящего и решительного, как он сам. Этот факт приводил к неизбежному выводу — совет директоров корпорации не сможет избежать внутренних разногласий, и скрытая закулисная борьба примет откровенную, открытую форму. Это будет сказываться постепенно, но последствия интриг и амбиций в конечном итоге окажут разрушительное воздействие — так вода точит самые твёрдые породы камня, постепенно разрушая неколебимые на первый взгляд скалы…
Майлер понимал, что не сможет полностью отрешиться от дела всей своей жизни, спрятавшись в тихой усадьбе на терраформированных равнинах колонии. Ему будет невыносимо жить, наблюдая, как медленно разваливается созданная им структура, теряя целостность, распадаясь на отдельные бизнес-проекты, что в конечном итоге приведёт к удручающему финалу: сектор освоения корпорации будет в буквальном смысле разорван на части, изменятся принципы, в колонию начнут проникать не респектабельные граждане Земли, решившие удалиться от дел и провести остаток жизни в тишине и покое, а разного рода шваль, имеющая деньги, но ещё не набившая себе шишек на лбу, с которыми приходит изрядная доля взвешенности и жизненного опыта.
«Всё полетит в пропасть, и я стану свидетелем катастрофического развала корпорации. — Внутренний вывод Майлера был, как всегда, сжат и категоричен. — Не знаю, как поведут себя русские, но азиаты не преминут воспользоваться случаем, — пояс астероидов ничему не научил их, лишь показал всему миру, с какой жадностью и лёгкостью они идут на откровенный захват чужих ресурсов…»
Взгляд на только что полученное электронное сообщение лишь подтвердил справедливость последних выводов. Испытания, проведённые в кибернетических лабораториях концерна, — это первая ласточка, предвестник скорых событий, и, улетев в колонию, он рисковал оказаться в эпицентре скоротечной войны.
Если корпорация не нанесёт упреждающий удар, клан Ляо может рассчитывать на успех, подсказывало Майлеру внутреннее чутьё.
«Марс — не Земля…» — вновь мысленно повторил он. Семьдесят с лишним миллионов километров, разделяющих два мира, способны развязать руки кому угодно. Что может противопоставить метрополия внезапно вспыхнувшему территориальному конфликту в колонии? Пару боевых крейсеров? Но они не станут подвергать Марс орбитальным ударам — такая вопиющая глупость не придёт в голову ни одному из самых тупоголовых политиков или военных, а десантные подразделения, базирующиеся на борту космических кораблей, едва ли наберут две-три сотни бойцов, при условии объединения усилий всех мировых держав. По сравнению с сегодняшним населением Марса это даже не горстка, меньше. Никто не сможет радикально повлиять на ситуацию. Как только в целостности «Фон Брауна» возникнет хотя бы одна трещина, извечные конкуренты не упустят шанс — они, вероятнее всего, не рискнут тронуть Россию, но тесное соприкосновение секторов в передовой зоне освоения позволит им осуществить вторжение на земли «Фон Брауна», минуя русских. Здесь, на Земле, конечно, поднимется солидный шум, полетят ноты протеста, но кто рискнёт развязать третью мировую войну из-за передела собственности в колонии, ведь речь пойдёт не о вторжении на территорию суверенного государства, — аннексии подвергнутся земли корпорации, которая многих попросту раздражает своей нарастающей мощью.
«Выходит, „Фон Браун“ — это колосс на глиняных ногах? — невольно задал себе мысленный вопрос Майлер и тут же ответил на него: — Ничего не произойдёт, пока моя воля скрепляет отдельные структуры, нивелирует амбиции подчинённых и не даёт поднимать головы крупным акционерам. Но если я уйду, не оставив преемника, всё рухнет».
А как хотелось уйти…
Цели достигнуты, сосущая пустота грядущего уже прочно поселилась в груди, и нет способа повернуть вспять безжалостное время, снова стать юным и дерзким, опять почувствовать резкий солоноватый вкус крови на треснувших губах, втянуть трепещущими расширенными ноздрями тонкий аромат горячего металла с примесью ионизированного воздуха и режущего нервы запаха отработанных пороховых газов…