КОМ 3
Шрифт:
А там шкандаль!
Какой-то большой чин трясёт нашего Кузьмича, как тузик фуфайку. Витгенштейн сначала бросился вроде как на защиту, а потом, смотрю, увял. Чего это он?
— Где князья, сучья ты морда? — орал офицер в дорогой шинели.
— Так ить не имею… знать…
— Папа! — папа?! — Отпусти его. Тут мы.
Пётр вышел вперёд, словно прикрывая нас.
Старший Витгеншнейн, а это, я так понял, был именно он, рывком развернулся, глазами сосчитал нас и словно выдохнул.
— Живы! Гос-споди, живы все!
— А чего нам не живыми-то быть? — удивился Петя.
— А то что на ваших невест было совершено нападение!
— Чего это — нападение? Когда?! Полчаса назад еще всё нормально было! — высунулся вперёд Иван.
— Диверсанты на дирижабле!
— Цветами забросали?
— Цветами… так, а вы откуда знаете?
— Так это мы и были, — как-то неловко сказал Пётр.
— На дирижабле? — старший Витгенштейн наконец выпустил Кузьмича, и тот осел наземь.
— Ну да! Тут, в твоём гараже взяли. Мы его вернули, пап! Вот там стоит, привязанный!
— А у меня есть дирижабль? — генерал Витгенштейн развернулся к технику: — Кузьмич, сучья морда, встань, когда я с тобой разговариваю! Это ж сколько ты выжрал, а?
— Отмечали будущую свадьбу Ивана Кирилловича! — слегка индифферентно сообщил Кузьмич, поднимаясь на карачки. — Из самих рук великокняжеских были удостоены…
— Есть, есть дирижабль, папа. Пойдём покажу. Да брось ты Кузьмича. Они, правда всем гаражом выпили, мы им там оставили, когда полетели. Великий князь распорядился пить…
— Так! — папа-князь встряхнулся, словно терьер. — Выдохнули все! Теперь с самого начала! Отвечать на мои вопросы коротко и по существу! Ясно?
— Так точно, вашсиятельство!
Смотрю у нас маленький строй образовался. Иван, Серго, я Пётр и Кузьмич.
— Начнём. Из расположения общежития ушли сами?
— Так точно, ваш сиятельство! — гаркнул строй. И даже, почему-то Кузьмич.
— Продолжим. Чья была светлая идея использовать списанную катапульту?
— Моя, ваш сиятельство! — опять рявкнули все. И Кузьмич тоже, кстати.
— Ясно всё с вами, — Пётр Христианович оглядел нас. — Ты! — он ткнул в Кузьмича. — Живо домой, чтоб глаза мои тебя не видели! И чтоб появился, только тогда, когда перегаром нести перестанет! Это ж просто оружие массового химического поражения!
Кузьмич, пошатываясь, удалился.
Князь заложил руки за спину и прошёлся мимо нашего строя.
— Так. Я понимаю, господа, что традиции разгульного мальчишника — это святое. Но зачем портить девичник девушкам? Вы представляете, что там сейчас творится? Третье отделение всех построило вдоль стеночек и носом землю роет: «А кто же это на княжон и их гостей покушался? А может среди гостей или охраны сообщники?» А оказывается и никого искать не надо, да? Женихи цветочками с неба засыпать решили? Романтики добавить? А вы в курсе, что все цветы изьяты и отправлены в химические лаборатории на предмет возможных ядов или магической порчи, я уж не говорю о возможных заразных болезнях… Понятно, что теперь это не актуально… — он ладонью остановил вскинувшегося Петра. — Теперь ещё вопрос: что делать с подразделением охраны? Двести рыл не смогли остановить… хрен с ним, задержать — просто остановить возможных диверсантов! А если бы это были не четыре обалдуя, а настоящие профи? Что молчите? Что мне с охраной делать?
Он ещё раз прошёлся. Чем-то он мне грифа напоминал, головой вертит, словно ему воротник жмёт, смотрит так, нацеливается… как бы не на наши тушки…
— Полёт оформим как внезапное внеплановое учение. Наградим проверяющих — вас! — так: каждый напишет доклад на пять листов, тема: «идеи по реорганизации охранной системы». И через неделю мне на стол! Любые идеи, даже самые туполобые. Хотя я так думаю, у вас большинство будет… Красиво летали? Извольте соответствовать!
Иван изумлённо посмотрел на меня. Осталось только пожать плечами.
— Что-то не так, хорунжий? Вас что-то не устраивает?
— Никак нет, ваш сиятельство! — я вытянулся перед князем. — Простите великодушно, просто эту фразу мне уже говорили. Практически дословно. Очень удивлён совпадению!
— Ясно! — старший Витгенштейн, постоял, покачался с носков на пятки и продолжил променад вдоль строя. — На сегодня всё. Пётр останься, остальные свободны! С невестами сами разберётесь. Сами кашу заварили, сами и расхлёбывайте! И не забудьте в хоз-части университета за порушенные стены оплатить!
— Будет исполнено, — за всех отрапортовал Сокол.
— Свободны!
И мы поплелись на выход.
У ворот гаража Серго оглянулся, убедился, что нас никто не слышит, и почти простонал:
— Вай ме, что делать то будем? Сестрёнки Гуриели вспыльчивые, да отходчивые! А Дашка мне все мозги проклюёт… Это ж надо, а?
— А мы скажем: тебя не было! — предложил я.
— Илья! — изумился Иван. — Ты как скажешь тоже! А где он был?
— Пьяный в гараже валялся? — нашёл творческое решение я.
— Ты меня сейчас обыдэть хочешь? Я? Пьяный? Да я больше вас выпить могу! Мэтаболизм оборотней…
— Если не с нами, то где он мог быть, Илья? Дашка ни в жизнь не поверит.
— Ну а что… Серго, ты не обижайся! Просто, что в голову пришло, то и ляпнул.
— В слэдующий раз думай, э?
— Я же извинился. Ещё раз говорю, прости, брат. И вообще, пошли назад. Я же у них, — я махнул за сппину, — живу.
— Ой брат, попал ты.
— Да и вам тоже со мной надо бы…
— Это зачем? — подозрительно поинтересовался Иван.
— Ты свою рожу в зеркало видел?
— А что с ней не так?
— Зэлэнокожий, красноглазый вурдалак! Столько пить, это добром не кончытся!
— Спасибо Серго, ты себя-то видел?
— У мэня мэтаболизм…
— А твоя рожа этого не знает. Так что, ехать к Витгенштейнам — это единственная правильная идея за всю ночь. Может, их доктора нас поправят к венчанию? — Иван помолчал. — Опять же, спрятаться от невест, хоть пока…
— Тогда надо Пэтра забрать!
— Не надо никого забирать, я уже тут! Что ещё удумали? Продолжаем веселиться? Я — за! — Петя был такой отвратительно сияющий, что хотелось его стукнуть.