Чтение онлайн

– Динна? – Марку не хотелось спрашивать напрямик, но внезапно он почувствовал, что просто обязан это сделать. Слишком уж много всего он прочел в ее взгляде. – Ты несчастлива?

Динна посмотрела на него в упор. Ей хотелось ответить «да», но она боялась. Если она скажет «да», то потеряет Марка, он уйдет, и что тогда? Она не хотела его терять, наоборот, ей хотелось, чтобы он принадлежал ей больше, чем сейчас.

– Так ты несчастлива? – повторил Марк.

Он вдруг с болью осознал, что знает ответ. Динне не нужно было облекать его в слова, все и так стало ясно. Даже ему.

– Иногда – да. Иногда – нет. Большую часть времени я об этом просто не задумываюсь. Но я скучаю по прежним временам, по тем дням, когда мы только познакомились, когда мы были молодыми, – наконец очень тихо проговорила Динна.

– Динна, мы повзрослели, этого не изменишь. – Марк наклонился к ней и коснулся пальцами подбородка, как будто собирался ее поцеловать. Но оставил эту мысль и убрал руку. – Ты была очаровательным ребенком. – Он вспомнил, что чувствовал много лет назад, и улыбнулся своим вост поминаниям. – Я ненавидел твоего отца за то, что по его вине ты оказалась в таком положении.

– Я тоже. Но такой уж он был человек, по-другому он не умел. Я давно примирилась с этим.

– Правда? Динна кивнула.

– Ты уверена?

– А почему ты в этом сомневаешься?

– Потому что иногда мне кажется, что ты до сих пор на него в обиде. Думаю, именно поэтому ты продолжаешь рисовать. Только для того, чтобы доказать самой себе, что ты способна делать что-то самостоятельно, если вдруг возникнет такая необходимость. – Марк присмотрелся к Динне повнимательнее и нахмурился. – Но тебе не придется зарабатывать на, жизнь самой, ты же знаешь. Я никогда не оставлю тебя в таком положении, в каком тебя оставил отец.

– Об этом я не беспокоюсь. И ты ошибаешься, я рисую, потому что мне это нравится, потому что живопись – это часть меня.

Марк никогда не верил, что для Динны искусство – часть ее души. Некоторое время он молчал, глядя в потолок и прокручивая мысли в голове. Наконец он спросил:

– Ты очень сердишься из-за того, что я уезжаю на все лето?

– Я же тебе сказала, что не сержусь. Я буду заниматься живописью, отдыхать, читать, встречаться с друзьями.

– Ты собираешься вести активную светскую жизнь? Казалось, Марк встревожился, и Динну это позабавило.

«Кто бы спрашивал!»

– Не знаю, глупенький. Я дам тебе знать, если меня куда-нибудь пригласят. Наверняка будут званые обеды, благотворительные вечера, концерты и прочее в том же духе. – Марк кивнул, ничего не говоря. – Марк-Эдуард, неужели ты ревнуешь? – Глаза Динны заискрились смехом. Всмотревшись в его лицо, она расхохоталась. – Так и есть, ты ревнуешь! Но это же глупо! После стольких лет!

– Более удобного случая не придумаешь.

– Дорогой, не говори глупости. Это не в моем стиле. Марк знал, что это правда.

– Я знаю, но, как говорится, on ne sait jamais – никогда не знаешь заранее.

– Да как ты можешь такое говорить!

– А что, у меня красивая жена, в которую нормальный мужчина просто не может не влюбиться, если он не полный идиот. – Давно уже, многие годы, Марк не обращался к Динне со столь развернутой речью. Она не скрывала своего удивления. – Ты думала, я этого не замечаю? Динна, ты – молодая и прелестная женщина.

– Хорошо, тогда не улетай в Грецию.

Динна снова улыбалась ему, как молоденькая девушка. Но на этот раз Марк не улыбнулся в ответ.

– Не могу, ты ведь знаешь, что я должен.

– Хорошо, тогда возьми меня с собой. – В голосе Динны появились непривычные нотки, полушутливые-полусерьезные. Марк не отвечал очень долго. – Ну? Можешь взять меня с собой?

Он отрицательно покачал головой:

– Нет, не могу.

– Ну что ж, тогда, наверное, тебе просто придется ревновать. – Уже много лет они вот так не поддразнивали друг друга. Предстоящий отъезд Марка на три месяца пробудил к жизни целую гамму очень странных чувств. Но Динна не хотела перегибать палку. – Если серьезно, дорогой, тебе не о чем беспокоиться.

– Надеюсь, что так.

– Марк! Прекрати! – Динна подалась к нему и взяла его за руку, он не возражал. – Я тебя люблю, ты это знаешь?

– Да. А ты знаешь, что я тоже тебя люблю? Динна посерьезнела и посмотрела ему в глаза.

– Иногда я в этом не уверена.

Очень часто Марк бывал слишком занят, чтобы показать свою любовь к ней, да это было и не в его стиле. Но сейчас что-то подсказывало Динне, что ее слова попали в цель, и, наблюдая за мужем, она была ошеломлена. Неужели Марк не понимал, что он сделал? Неужели не замечал, что он возвел вокруг себя стену из бизнеса, работы и прочих дел, уезжая от Динны на недели, а теперь и на месяцы и видя своим единственным союзником Пилар?

– Извини, дорогой. Наверное, ты меня любишь. Но иногда мне приходится напоминать себе об этом.

– Но я действительно тебя люблю! Ты должна это знать.

– Наверное, в глубине души я это знаю.

Чтобы поверить, что Марк ее любит, Динне нужно было вспоминать счастливые моменты, которые они пережили вместе, какие-то жизненно важные вехи из прошлого, подтверждавшие его любовь. Наверное, из-за этих воспоминаний она и любила его до сих пор.

Марк вздохнул.

– Но тебе нужно гораздо больше, правда, дорогая? – Динна кивнула, вдруг сразу почувствовав себя молодой и смелой. – Тебе нужны мое время, мое внимание. Тебе нужно... enfin [3] , тебе нужно то, чего у меня нет, чего я не могу тебе дать.

– Неправда, ты вполне мог бы уделять мне больше времени. Мы могли бы что-то сделать вместе, как это было раньше. Серьезно, могли бы!

Динна чувствовала, что стала похожа на жалкого ноющего ребенка, и ненавидела себя за это. Она сейчас снова была похожа на девочку, которая упрашивает отца взять ее с собой. Но ей была ненавистна сама мысль, что она вновь может так сильно в ком-то нуждаться, неважно в ком. Динна много лет назад дала себе клятву, что такое больше не повторится.

– Извини, я все понимаю.