Чтение онлайн

— Язык Феодории? Ты кто такая? — пробормотал я, хотя мозг уже понял всё, но я не мог поверить в подобное совпадение, граничащее с чудом.

Моё бормотание она не услышала за своими криками.

Я всегда не понимал смысла гаремов.

Хотя нет, вру. До встречи со своей женой Лилией в далёкие подростковые и юношеские годы я подумывал о том, что неплохо бы иметь много жён.

Однако стоило мне встретить драгоценность моей жизни, я, как Ткач, навсегда перестал воспринимать других женщин.

Сейчас же я не мог поверить, что огромный кулёк волос с маленькой девочкой на их конце пытался откусить мне палец, периодически переходя на мат на многих языках прошлого и этого миров. Вперемешку были русский, феодорийский, нихжанский, тибан, гномий, китайский, снова русский, эльфийский и многие другие.

Узнаю свою принцессу. Как только она начинала паниковать, её рот становился столь же грязным, как разум её родни или сельская дорога в распутицу.

Ну, её попытка раскусить мой палец выступила некоторой цензурой.

Телепорт сработал верно, не разделил меня и мою новую ношу.

От шока я отошел, только прилетев в подмосковный особняк, где остановился.

— … грязный торопыш! Никчёмный трутень! — охрипшим голоском продолжала девочка, временами снова вгрызаясь в мой палец.

Сказать ли ей, что я Ткач?

Я так хотел это сделать… но сейчас я Олег. А у меня есть Снежинка.

Я даже стал подумывать о двоежёнстве, вот только сам же только что отодвинул его возможность минимум на полвека. Гномы могут омолаживаться яблоками бесконечно и без последствий, но период потребления будет зависеть от их собственной силы. Кроме того… я не хочу отнимать второе или третье детство у неё.

А что, если бы я опоздал? Фрукт не сработал или я с ней не встретился?

Мои мысли бегали и путались.

Я вошёл в особняк. Учеников рядом не было, похоже, не вернулись сюда из Москвы. К кому определить Лилию… то есть Золотую Тень?

Ту Ле? Снежинке? Виолете Владиславовне?

К зданию подъехала машина, и оттуда сюда отправились ученики.

Вся троица обсуждала какое-то кино, называя его бредом, песни скучными, а актёров деревянными.

Я молча их ждал, а пальцегрызка перестала ругаться, снова кусая мою руку.

Странно, вроде же она не настолько уменьшилась, чтобы зубки резались?

— Ну, кто номер пять? — спросил появившийся мальчик подросток и быстро оценил ситуацию. — Да, блин. Снова девчонка! Ну, почему?

— Это Золотая Тень, ученица номер пять, — представил я свою пленницу. — Знакомьтесь.

— Феофан Непреклонный, ученик номер два. Был похищен вместе с домом и страной громилой без стыда, без совести, но с непомерной силой, — представился юноша. — Она гном или совсем в детство впала после яблок. Стой, ты сказал «Золотая Тень»? Что-то знакомое, в отчётах так одну организацию звали. Вернее их лидера, но я давно о них не слышал. Да и упоминали её только покупатели. Ни один предполагаемый участник не сознался, на всех была клятва верности, словно Сказовым. Мне казалось это какой-то отговоркой или мифом.

— Непреклонный? Чушь собачья. Эта старая развалина давно опарышей кормит. Что за тараканий цирк? — раздалось из кулька.

— Она гном и под яблоком. Ещё не отошла от стресса и не смирилась. Да и не представлялся я ей, — поведал я.

— Просто похитил, что ли? — уточнила подошедшая мошенница.

— Да, просто похитил. Представься новенькой, — ответил я.

— Ученица номер три… в смысле «да»?!!! Тупо похитил и ничего не объяснил? — вытаращила на меня Ольга.

— Я же сказал, что так и сделал. Кто знает, сколько ей оставалось? Сильна, в яблоке нуждается, вот и забрал, — проворчал я. — Представляйся уже.

— А, мне надо бы уже привыкнуть к тебе, безусый, но ты творишь всё новую дичь. Я ученица номер три — Оля Кузьмичёва.

— *Цензура*, что ли? Создательница КМИ? — возмутился тонкий голосок. — Моя помощница спёрла и вложила в эту пирамиду двести червонцев! Отпустите меня, я её придушу! Это самые большие убытки за всю мою жизнь!

— Да, не случайный младенец, а бабка под яблочком, — проворчала мошенница. — И вообще, людей надо верно выбирать и не доверять им такие большие суммы денег! Это не я виновата, а сами жертвы!

— О чём речь? Что за ХМИ? — вклинилась Пелагея.

— КМИ. Потом спросишь у номера три. Представься, — сказал я.

— Ученица четыре. Юная певица под псевдонимом Ящедевьр-рь! Подписывайся на мой канал на Складе! Йо-й! — состроила странную гримасу девушка-дракон и пропищала слова куда более тонким голосом, чем обычно говорит в человеческом облике.

— Что ещё за «яващедверь»? — Проворчал я.

— Ящер и шедевр равно Ящедеврь! Это в рамках трендов. Ты древний, ты не сечёшь! — покачивая головой и остальным телом, заявила дракониха.

От меня отделилась воздушная лента и погладила её по затылку.

Девчонка сразу перестала кривляться и протараторила:

— Псевдоним в рамках современных течений. Я ученица номер четыре — Пелагея! Специализируюсь на речитативе переходящем в фолк!

— Ничего не понял, но главное забыла сказать, — напомнил я.

— Я — дракон! — выпалила ещё одна жертва похищения.

— Брешешь. У драконов фигура всегда не уступает гномам. А ты не доска, но и ничего выдающегося собой не представляешь. Так, почти эльфийка! Да и голос противный. Похоже, я попала под гипноз и меня держат в какой-то иллюзии, что я омолодилась. А в это время снова мои склады и тайники обносят. Эх, а говорила мне мама: «Не прячь всё в одном месте», — проворчала Золотая Тень.

— Так-то ты не в иллюзии, этот светлокожий орк реально похищает детей и обучает извращённой магии, которая полностью отличается от нормы! — Заявила Кузьмичёва.

Я же услышал какое-то жужжание.

— Ну, концептуально она права, хотя с формулировками я бы поспорил, — признал я. Внутри же было отчётливое желание дать кое-кому подзатыльник.

— Вот, признаёт! Ай?! — заявила мошенница и всё же получила щелбан воздушной лентой.

— Комар, — проворчал я. — Кровь пил.

— … Ложь! Повод к рукоприкладству! Раз ответить не могу, так как слаба, ничего не выскажу? Так считаешь? — взвизгнула Кузьмичёва.