Чтение онлайн

— Я верю, — ответил Грегуар. — Для меня большая гордость, что вы занялись этим, а не опустили руки, как многие фермеры старой закалки. Пусть даже вы и неосмотрительно поступили с ГМО… Ладно, проехали. Чин-чин!

Все подняли бокалы и чокнулись.

— Надеюсь, я буду хорошо спать, — произнес Грегуар. — Из-за смены временных поясов я плохо понимаю, где нахожусь. Уже не помню, когда спал в кровати! У меня такое чувство, будто я давным-давно проснулся в своей комнате в Нью-Йорке и с тех пор без конца кручусь как юла!

— Выпей еще немного, — посоветовал отец. — Тогда ты будешь спать как убитый. Я остановлю часы, чтобы их бой не мешал тебе спать.

Они хорошо поужинали и сказали друг другу все, что хотели. Они были настоящей семьей, готовой сплотить свои ряды, чтобы встретить завтрашний день с надеждой, что самое плохое уже позади. Но, увы, их оптимизм был наивен.

За следующие два дня Грегуар оправился от своего путешествия в Америку. Он удостоверился в том, что молочное производство на ферме было рентабельным, эффективным, таким же надежным, как дорогая машина. Молодой человек подумал, что, приехав в Милан, свяжется с Дженкинсом, который за последнее время ни разу не объявился. Когда Билл был в Штатах, Грег пытался встретиться с ним. Но ему никак не удавалось поговорить с американцем. Теперь стало понятно почему.

Перед отъездом Грегуар собирался нанести визит Летисии. Но потом, после долгих раздумий, отказался. Встреча с ней могла послужить доказательством слабости или волнения. Он решил, что лучше будет ее игнорировать, не показывать, что был тронут ее письмом. Для чего оно было отправлено: чтобы предупредить его, оказать ему услугу или чтобы посеять в нем сомнения относительно отца и братьев?

Зная Летисию, Грегуар думал, что она руководствовалась добрыми намерениями. Может, она снова хотела сойтись с ним и использовала этот случай как повод для возобновления прежней связи. В этом случае Грегуар тем более предпочел бы сохранять дистанцию. Конечно, он с каждым днем все больше любил Орнеллу, но Летисия всегда оказывала на него какое-то чарующее влияние, притягивала его, и он сам боялся своих порывов, поскольку не хотел осложнять себе жизнь отношениями с двумя женщинами.

Грегуар покинул Крез, не встретившись с Летисией, а когда прилетел в Милан, с облегчением упал в объятия Орнеллы, которая с нетерпением встречала его в аэропорту.

Грегуар оставил спокойствие Креза ради оживления Милана. Дона Мельчиорре даже не пришлось убеждать в том, что сахарный комплекс «Gill & Duffus» представляет собой выгодное вложение инвестиций. Грегуар заметил, что его будущий тесть слишком быстро поверил ему на слово, даже не задавая привычных вопросов о рентабельности.

Этим утром, когда дон Мельчиорре отправился в Милан, никого не предупредив, Грегуар нос к носу столкнулся с Альдо Лермини. До сих пор мужчины старались избегать таких встреч, чувствуя, что должны держаться на отдаленном расстоянии на орбите патрона. Грегуар зашел в кабинет дона Мельчиорре, чтобы взять бумаги, которые оставлял ему старый итальянец. И неприятно удивился, увидев эти документы в руках у Лермини. Речь шла о многочисленных анализах и исследованиях американского сахарного комплекса, которые патрон «Verdi» должен был просмотреть, а затем отметить там интересующие его моменты.

— Мне кажется, что у вас в руках именно те документы, за которыми я пришел, — поприветствовал Грег банкира быстрым кивком головы.

— Я верну их вам через пять минут, — произнес Лермини, не поднимая глаз. — Дон Мельчиорре спросил мое мнение, и, если вы соизволите немного подождать, я смогу ему дать ответ. Как бы там ни было, — добавил банкир, — мне кажется, что сахарная отрасль не представляет для нас интереса.

Грегуар сразу же почувствовал раздражение. А слова «наш интерес» вообще вывели его из себя. Ведь именно он отправился в Америку, чтобы досконально изучить потенциал американской компании и надежность ее филиалов в Европе.

— Что позволяет вам говорить таким образом? — спросил он сухо, испытывая недовольство от того, что документы все еще не у него в руках.

— Это элементарно, — ответил Лермини, все еще не глядя на Грега. — Сахар — продукт регламентируемый, полностью контролируемый. В таких условиях я плохо представляю себе, как мы сможем получить хорошую прибыль.

— Вы ошибаетесь, — возразил Грегуар. — Конечно, рынок контролируется квотами и цены гарантированы Евросоюзом. Это означает, что мы на правильном пути и никаких сюрпризов не будет, плохих сюрпризов. К тому же это смело.

— Смело? — повторил Лермини, вытаращив свои темные круглые глаза.

— Если мы купим «Gill», господин Лермини, то завладеем не только тростниковыми плантациями и свекольными полями, не говоря уже о суперсовременных заводах. Мы сможем контролировать торговлю продуктами, содержащими сахар, и пользоваться выгодными связями с Кубой, что большая редкость, особенно для американской компании.

— Согласен, — произнес Лермини. — И что вы собираетесь делать с этой выгодной связью, когда доллар уже почти ничего не значит по отношению к евро, который становится валютой будущего, надежной валютой, в которую центральные банки переводят свои основные запасы?

— Я думаю, что еще рано хоронить зеленые купюры и выдавать желаемое за действительное. Я убежден, что такая компания, как «Gill & Duffus», может послужить идеальной опорой для изготавливаемой с использованием сахара продукции группы «Verdi» на американском континенте.

Лермини вздохнул, потом протянул Грегуару пачку документов.

— Знайте, я не считаю вас предателем, но смогу убедить дона Мельчиорре не прислушиваться к этой идее. Это будет самоубийством для нашей группы, я хочу сказать для группы «Verdi».

— Я понял, — произнес Грегуар, вырывая документы из рук Лермини. — А что предлагаете вы?

— А это, мой юный друг, — ответил итальянец с явным презрением, — не ваше дело. Это касается только дона Мельчиорре. Если не ошибаюсь, вы не являетесь сотрудником компании «Verdi», а проникли сюда путем соблазнения.

Кровь бросилась Грегуару в голову. Он в бешенстве устремился к Лермини, который, казалось, только и ждал, чтобы подраться с этим французишкой, который мало того, что завоевал уважение дона Мельчиорре, так еще и завладел Орнеллой, за которой он сам, Альдо, так долго ухаживал. Лермини таил в себе ревность, однако умел сдерживать свои чувства, если они могли помешать его профессиональным делам.