Конкурент
Шрифт:
– Именно поэтому я и сказал, что рад познакомиться и сожалею, что мне придется сделать то, чем я явно не буду гордиться в будущем.
Недоумение, отразившееся на лице девушки, говорило больше слов. Что он имеет в виду?
– Заранее прошу меня извинить, Виктория. – Майкл открыто ухмыльнулся и, подмигнув, провернул этот фокус. Вика не успела даже понять, как оказалась запертой в женском туалете. Он просто втолкнул ее в двери и резко захлопнул их прямо перед ее носом.
– Вы в своем уме? Выпустите меня отсюда. Майкл!
Но вместо ответа за дверью послышались удаляющиеся шаги.
«Вот дерьмо. Гад. Если не успею в процесс – проиграю» Паника охватила все тело, вот уж точно играет не по правилам. В груди клокотала ярость, презрение и шок. В такую ловушку она попалась впервые за всю свою карьеру.
Конечно, ей и раньше угрожали, но, чтобы запереть в туалете перед самым процессом и при этом заранее извиниться, это уже верх бестактности и наглости.
До слушания меньше пяти минут. Вика хаотично долбила в закрытую дверь руками, подпирала ее плечом, даже разбежалась пару раз, все тщетно.
Оглядевшись вокруг взгляд, остановился на окне.
«Не-ет» – завыла логика, сердце и желудок.
«15 этаж!»
Вика посмотрела на часы, не время тормозить и бояться. Она перекинула сумку через шею, сняла каблуки. Немного промешкавшись, решила оставить их в туалете. Выдохнула.
– Ничего сложного, пройдусь по карнизу. Всего то. Я не я, если дам этому говнюку выиграть!
Окно открылось на удивление легко, Вика выглянула на улицу, внизу стояла толпа журналистов с прикованным взглядом к дверям суда.
– Вот я им сенсацию подкину, если сорвусь. Представляю себе… – продолжая бубнить, действовала она, осторожно вылезая на внешний подоконник и тихонько ступая в сторону соседнего окна спиной к улице. Сердце выстукивало галоп, дыхание перехватило, но Вика, вцепившись в карниз, заставляла себя дышать и двигаться, двигаться, двигаться.
Оказалось, что соседнее окно принадлежало мужскому туалету. Сердце сделало бешеный кульбит в груди, Вика заставила себя протянуть руку к решеткам, и потянула их на себя. Решетка поддалась. Осталось открыть окно.
– Но как? Оно же открывается изнутри.
Паника накатывала и, кажется, скоро Вика может просто сорваться и упасть в обморок, или сначала упадет в обморок, потом упадет.
«С другой стороны, если я упаду в обморок то, наверное, не почувствую падения…. Дыши, Вика, дыши. Думай»
Дверь мужского туалета открылась, и ее взору предстал представитель мужского пола, который круглыми глазами смотрел на окно, за которым по ту сторону здания стояла Вика.
Облегчение, которое она испытала при виде незнакомца невозможно описать словами. Жестом она попросила открыть окно, что незнакомец и сделал.
– Что? Что вы там делали? – Спросил он, помогая, ей влезть в уборную.
– Гуляла. Спасибо за помощь.
Вика уже бежала босиком по коридору к залу заседаний.
Не было времени, чтобы прихорошиться, заседание началось с минуту назад. Все действия девушки за последние пять минут были на каком-то безумном автомате. Сердце бешено колотилось до той самой минуты, как она толкнула двери зала заседаний.
– …ввиду отсутствия представителя Истца, прошу… – говорил свою речь Майкл, когда Вика открыла дверь и вошла в зал, на ходу поправляя выбившиеся локоны из прически, игнорируя оторопелый взгляд Майкла, устремленный в ее сторону. Ее клиентка Анжелика буравила напряженным взглядом двери в зал суда.
«Выкуси»– посылала она мысленный порыв.
– Мисс Виктория Левентайл, заседание уже началось, почему вы опоздали – Грозно спросил председательствующий судья, наблюдая за ее приближением и оценивая внешний вид. – И почему вы босиком?
Майкл Ориент потерял дар речи, он смотрел на нее одновременно восхищенно и с долей ужаса, которую, впрочем, быстро замаскировал под безразличие и неприязнь.
– Уважаемый суд, прошу меня простить за опоздание, у меня произошло чрезвычайное происшествие в женском туалете. – Впервые с той минуты, как вошла в зал судебных заседаний она смерила гневным взглядом Майкла. – Кто-то запер меня там прямо перед судебным разбирательством.
Судья вскинул брови, Майкл был удивлен не меньше.
– У вас есть предположения, кто мог это сделать, мисс Левентайл? – Спросил председательствующий судья Хопкинс, переводя взгляд с Виктории на Майкла.
Вика молчала несколько секунд, которые, она была готова поклясться, показались Ориенту вечностью.
– Нет, уважаемый суд, у меня нет предположения, кто мог это сделать – произнесла девушка, не сводя взгляда с Майкла.
Судья кивнул.
– Что ж, представитель Ответчика – он обратился к Майклу, – полагаем мы можем продолжить процесс за явкой представителя Истца.
Майкл прочистил горло и кивнул, присаживаясь на свое место, в то время как Вика достала доказательства и предъявила их суду, произнося пламенную речь о застуканной сполично супружеской измене, не забыв при этом приобщить к делу копию договора о покупке коттеджа и подтверждение оплаты.
После этого судьи совещались всего пятнадцать минут и вынесли решение в пользу супруги политика Норвела.
В ходе всего процесса Майкл не сводил глаз с Виктории, как и она не сводила взгляда, наполненного гневом и превосходством с адвоката противной стороны.
Решение на сдавать Майкла родилось в голове спонтанно. Виктория хотела громкой победы и красивой. Ведь судебный процесс, по сути, красивая игра двух оппонентов, в которой нужно уметь выстраивать стратегии. Такая игра, по итогу, должна приносить удовлетворение и радость. А просто уличить адвоката в незаконных действиях и поведении, идущем вразрез с адвокатской деятельностью, Вика еще успеет. Главное – победа.
Анжелика радостно улыбалась и пожимала руку Виктории, произнося слова благодарности, мгновенно забыв об опоздании своего адвоката. Те немногочисленные журналисты, что прорвались в зал судебных заседаний, уже протискивались, толкая друг друга к адвокату выигравшей стороны.