Чтение онлайн

— В этом мире тоже живут потомки МакКоев? — спросила Марика и вновь огляделась по сторонам, словно выискивая затаившихся в траве сородичей.

— К сожалению, нет. Этот мир открыл Альпин Хиггс, чья мать была дочерью троюродной сестры прадеда Коннора МакКоя по мужской линии, — принялся рассказывать Смирнов. — Вначале Альпину повезло. Он попал сюда без всяких приключений, сохранив при себе и кольцо с Отворяющим Кристаллом, и необходимые для сооружения портала камни… Гм. Я полагаю, что у вашего предка всё прошло не настолько гладко, раз он не вернулся в Норвик. Ведь так?

— Да, — подтвердила Марика. — И кольцо, и камни он потерял.

— Возможно, в этом было его счастье. Бартоломео Колонна не учёл психологии МакКоев, которые привыкли полагаться на свои врождённые способности, а не на всяческие амулеты. Альпин Хиггс соорудил портал и настроил на него свободную грань Кристалла — но настроил немного не так, как следовало, а так, как ему самому было удобно. В результате, вернувшись домой и вновь оказавшись под действие Запрета, он не смог восстановить связь со своим новым порталом.

— А зачем он вообще разъединял порталы? Я бы этого не делала.

— Он хотел сообщить о своём открытии другим родственникам, — объяснил Смирнов. — Кристалл позволял ему открыть, кроме своего, ещё четыре портала МакКоев. А потом Альпин обнаружил, что не может открыть свой новый портал. Он отправился на поиски Колонны и пропал без вести. Его искали, но так и не нашли. Он исчез, как в воду канул, и вместе с ним исчезло кольцо. Мы по сей день не знаем, что случилось с Альпином Хиггсом; возможно, его кто-то убил и ограбил, а может, он просто заболел и умер в дороге. Мы нашли его кольцо лишь одиннадцать лет назад и смогли открыть портал, который Альпин построил в стене пещеры. Нам очень повезло, что он ещё работал. За тысячу лет в пещере произошли многочисленные обвалы, в частности, завалило оба входа, но участок стены с порталом уцелел.

— Тысяча лет? — переспросила Марика. — Здесь время идёт ещё быстрее, чем у вас?

— Приблизительно в одну целую и шесть десятых раза. Или в три раза быстрее, чем в вашем мире.

В этот момент из склада вышли мужчина и женщина в рабочих комбинезонах. Мужчина что-то громко крикнул им, а женщина помахала рукой. Затем они сели в джип и, объехав пригорок, направились в сторону пастбища.

— Это Бланш и Поль, — сказал Смирнов. — Супруги. Последние пять лет они живут здесь постоянно; в нашем мире их считают погибшими. Сейчас они поехали в рыбацкое селение, чтобы обменять пару железных ножей на корзину свежей рыбы. Пока что мы не нуждаемся в здешних продуктах — но надо поддерживать отношения с туземцами. Хотя, должен признать, рыба на Альпии выше всяких похвал.

— Здесь недалеко море?

— Здесь везде море. Это большой остров, находящийся в стороне от торговых путей; по площади он чуть меньше Корсики. Очень удобное для нас место. Здешние жители в основном мирные землепашцы, скотоводы и рыбаки, а население центральной части также промышляет охотой. Цивилизация на Альпии ещё не вышла из бронзового века, туземцы считают нас жрецами могущественных богов и всегда готовы услужить нам. С их помощью мы построили склад — это наша гордость.

«Было бы чем гордиться», — подумала Марика.

Смирнов будто подслушал её мысли. Секунд десять он молчал, глядя на склад, потом снова заговорил:

— Взгляды эволюционистов в той или иной мере разделяют около сотни Хранителей, но в нашей группе состоит лишь четырнадцать человек… — Он быстро взглянул на миссис Уолш и поправился: — С недавних пор нас стало пятнадцать. После обнаружения Альпии мы не рисковали вербовать новых сторонников и обходились собственными силами. Эти три дома и склад — всё, что мы сумели построить за семнадцать здешних лет.

— Это много для четырнадцати человек, — произнесла Марика с некоторым разочарованием, которое тщетно пыталась скрыть. Поначалу со слов Смирнова она решила, что эволюционисты — очень влиятельная группа внутри Хранителей.

Уловив перемену в её настроении, миссис Уолш заметила:

— Трое из нас, в том числе Алексей, члены Коллегии Мастеров. Они оказывают большое влияние на политику всей организации. Целый год они удерживали Хранителей от принятия жёстких мер в отношении вас. А почти четверть века назад эволюционистам удалось выторговать жизнь для Алисы.

— Чтобы впоследствии засадить её в подземную лабораторию?

— Нет, — сказал Смирнов. — Чтобы впоследствии переселить её вместе с другими потомками МакКоев на Патрию. До обнаружения Альпии у нас был иной план — захватить все порталы на Патрии, разорвать её связь с нашим миром и основать на ней новую цивилизацию. Мы понимали, что рано или поздно будет принято решение об уничтожении всех МакКоев. Мы не могли этого допустить и начали всерьёз готовиться к захвату Патрии. Это была очень рискованная затея: пропусти мы хоть один портал, существование которого держалось в строгом секрете, и весь наш план потерпел бы фиаско. Но другого выхода мы не видели — пока у нас не появилась Альпия.

— Так вот оно что! — наконец сообразила Марика. — Это и есть то самое безопасное место, куда вы собираетесь перевести всех МакКоев?

— Да. И мы сделали бы это давно, вот только всё упиралось в недостаток рабочих рук. Прежде мы должны были создать МакКоям стартовые условия, обеспечить их всем необходимым для жизни в этом мире. За эти годы мы успели сделать гораздо меньше, чем рассчитывали, но тем не менее остров уже готов принять новых колонистов.

— А как же жильё для них?

— На складе лежат готовые блоки пляжных домиков. Собрать их не проблема — но пусть их соберут сами МакКои. Это будет для них вроде боевого крещения.

— Наверное, вы правы, — согласилась Марика, поглядывая в сторону пастбища. — Здесь их ожидает трудная жизнь. Они должны понять это с самого начала.

С того момента, как джип отъехал от склада, Марика не переставала краем глаза следить за ним. Она видела, как машина остановилась возле ребятишек, и мужчина с женщиной подозвали к себе мальчика в штанишках и безрукавке. Они о чём-то переговорили с ним и поехали дальше, а мальчик, немного помявшись на месте, медленно, с явной неохотой поплёлся в направлении Смирнова, миссис Уолш и Марики. Остальные ребята что-то кричали ему вслед и красноречивыми жестами звали обратно; время от времени он оборачивался к ним, пожимал плечами и беспомощно разводил руками.