Чтение онлайн

— Не плюй в колодец? — Роберт призадумался, уловив, кажется, двусмысленность этой аналогии.

— Ну, примерно так. Я никогда не одобряла служебные романы.

— Почему?

— Как — почему? По-моему, это очевидно: они мешают работе.

— Разве? А не наоборот?

— Наоборот? Ты хочешь сказать, что это может как-то помочь?

— Конечно. Люди могут помогать друг другу, поддерживать, рекомендовать как-то... — Роберт не закончил фразу, взяв следующий тост.

— Это из серии «попасть под хорошего режиссера и работать, работать, работать»? Тогда мне стоило спать с кем-то из руководства. Ты-то мне вряд ли чем-то поможешь. Если только не начнешь выполнять норму по заказам.

— Пока не могу, — согласился Мастерков. — Но, может, скоро смогу. И потом, речь ведь не о нас конкретно, а вообще о любви и дружбе. Сейчас, скажем, ты можешь помочь мне, завтра — я тебе...

Ольга усмехнулась:

— Опять неудачный пример. Я тебе тоже ничем не помогу.

Роберт поднял на нее заговорщицкий взгляд.

— Неужели? А не ты разве решаешь, кто после испытательного срока остается, а кого увольняют? Кого куда распределить?

— Нет, конечно.

— Нет? А говорят, что ты имеешь право уволить менеджера в один день.

— Ну, примерно так. Я могу написать докладную, по которой он, вероятнее всего, будет уволен. Но это в самом клиническом случае, когда человек совсем деревянный, обе половины. И лишь теоретически: я пользовалась этим правом пару раз. Не уверена даже, что это сработает в третий раз. А насчет того, чтобы распределять, так мое слово вообще шестнадцатое. Я же не специалист, не начальник, не дочь хозяина. Я могу отпустить пораньше с работы и прикрыть, если что. Но я отпущу любого, если человеку очень нужно. Я, если честно, и в оборудовании-то не очень разбираюсь. Сначала интересовалась, читала даже что-то. А теперь уже и не слежу, что там привозят. Какой смысл? Не мое это дело. — Она достала из шкафа свежее полотенце. — Кассета перемоталась. Поставишь чайник, ладно? Я пойду помоюсь... Эй, что с тобой?

Роберт сидел на полу, глядя перед собой отсутствующим взглядом человека, который вспомнил вдруг, что вчера должен был вести под венец дочь кувейтского нефтемагната.

Ольга махнула рукой у него перед носом и, пожав плечами, удалилась в ванную.

Кассетник щелкнул, выталкивая клавишу. Молодой человек встрепенулся, выходя из ступора.

— Чайник. Да-да, конечно, чайник... Я сейчас...

Борис и в региональном отделе не задержался. Прошел месяц и еще два дня, как его вызвал Саня Кузнецов. Точнее, Александр Иванович Кузнецов, ибо вызван был Борис вполне официальным порядком.

— Заходь, седай. — Едва за Борисом закрылась дверь, как Александр Иванович вновь обратился в Саню. — Ты уж не кочевряжся. Приходится вызывать тебя через секретаршу, чтобы никто ничего. Ну, ты ж и сам все понимаешь, все в наших интересах. Конспиация, товаищи, и еще аз конспиация!

Он сам посмеялся над своей шуткой.

— Слушай, Борь, — Кузнецов уселся на край стола, — у меня к тебе сурьезный базар наметился. Ты ведь маркетолог?

— Дипломная работа у меня по маркетингу. — Борис не принял развязного тона. Общение с бывшим сокурсником не доставляло ему удовольствия. Почему? Причины можно сформулировать по-разному, но корень их один: пройдоха и неуч Саня Кузнецов сидит на столе из натурального дерева, а долбивший лбом гранит науки Борис сидит перед ним на стуле для посетителей и ожидает барской милости.

— Во-от! — Саня поднял указательный палец. — Это то, что нужно! На фирме скоро будет новое подразделение. Условно оно зовется «Дирекция маркетинга». Чуешь? Дирекция! В общем, она будет колбаситься вокруг да около маркетинга, но плюс к тому давать рекомендации, выискивать недостатки в работе и искать пути улучшения процесса, планировать...

Он задумался, склонив голову набок.

— Хотя... это, кажется, тоже относится к маркетингу. А?

— Есть такие функции у маркетинга, — подтвердил Борис.

— И отлично! Значит, мы не промахнемся и не покривим душой. — Саня сгреб со стола ворох бумаг и начал сортировать их, выбирая некоторые, а прочие роняя на пол. — В подразделении предусматривается штат пятьдесят два человека, девять отделов...

— Пятьдесят два?! — Борис решил, что ослышался.

— Пятьдесят два. Мало?

— Да в отделе продаж работает не больше тридцати, считая стажеров. В региональном — трое. Итого твоя дирекция получится в полтора раза больше, чем штат людей, зарабатывающих деньги! На всех генералов солдат не хватит!

— Ну-ну. Во-первых, всем генералам солдаты и не нужны. — Кузнецов осклабился. — Во-вторых, кто тебе сказал, что это плохо? В-третьих, что значит «людей, зарабатывающих деньги»? Маркетологи, как я понимаю, тоже люди полезные, не дармоеды. Если ты переживаешь за их фураж, то зря — в «Конторе» денег много, на всех хватит. И ты пойми...

Саня спрыгнул на пол, приземлившись на ворох документов. Он наклонился вперед, к самому лицу собеседника, и заговорил так тихо, что Борис почти читал по губам:

— Ты ведь не собираешься сидеть тут всю жизнь? Пойдешь в нормальную фирму, к буржуям. А они все помешаны на цифрах. Тут можешь мне поверить. Первый вопрос будет: сколько человек было у вас в подчинении? Десять — плохо, двадцать — удовлетворительно, тридцать — хорошо. А пятьдесят, старик, — полный улет! Тебя внесут в офис на руках! Особенно если придешь работать к япошкам. Они самые помешанные на показателях. Так что в твоих интересах, чтобы отдел под тобой вырос до краев. Смекаешь?

— Смекаю, — ответил Борис без энтузиазма. — Так я буду директором этой твоей дирекции маркетинга?

— Ну а кто еще? Кто, если не ты? На кой мне кто-то еще? Или ты против?

— Я не против, но я не очень хорошо представляю, чем будет заниматься такая толпа народа. Кроме того, где взять столько если не специалистов, то просто нормальных людей?

— Опять шутишь? Первый вопрос натекает на второй. Нормальных людей нужно минимум. Они же и будут работать. А остальные — балласт. Будут бегать по кругу с бумажками, карандашами и ластиками. Помнишь, как Райкин дурочку запускал?

— В общих чертах...