Чтение онлайн

Комиссар купил бутылку «Пеллегрино» в «Иль кафе» и глотнул воды, прежде чем садиться в нагретую машину. Руль раскалился, сиденье обжигало спину. Вместо того чтобы ехать в полицейскую школу, комиссар отправился в дом номер три по Санкт-Паульсгатан, в квартиру пропавшей Пенелопы Фернандес. Он думал о человеке, с которым там столкнулся. В движениях нападавшего были удивительная быстрота и точность, нож как будто жил собственной жизнью.

Перед дверью подъезда была натянута бело-синяя лента со словами «Полиция» и «Проход запрещен».

Йона предъявил удостоверение и пожал руку полицейскому в форме. Они иногда встречались, но вместе не работали.

— Жарко сегодня, — сказал Йона.

— Да уж.

— Сколько экспертов на месте? — Йона кивнул на лестницу.

— Один от наших и трое от Службы безопасности, — радостно сообщил дежурный. — Хотят поскорее собрать ДНК.

— Они ничего не найдут, — предсказал комиссар скорее самому себе и пошел вверх по лестнице.

Возле двери квартиры на третьем этаже стоял Мелькер Янос, немолодой полицейский. Йона помнил его еще по полицейской школе как человека нервного и высокомерного. Тогда карьера Мелькера шла в гору, но тяжелый развод и периодические запои сделали свое дело — Мелькер постепенно скатился до патрульного. Завидев комиссара, Мелькер сухо и раздраженно поздоровался и с ироническим поклоном открыл ему дверь. Йона сказал «спасибо», не ожидая ответа.

Почти на пороге он увидел Томми Кофоэда, координатора техников-криминалистов из Комиссии по расследованию убийств. Кофоэд, доходивший комиссару только до груди, сутулился и по обыкновению был чем-то недоволен. Когда их взгляды встретились, рот Кофоэда растянулся в радостной детской улыбке.

— Йона, как я рад тебя видеть! А я думал, ты поехал в полицейскую школу.

— Я перепутал поворот.

— Здорово.

— Нашли что-нибудь?

— Мы проверили отпечатки подошв в прихожей.

— И они совпадают со следами моих ботинок, — сказал комиссар, пожимая руку Кофоэду.

— И ботинок нападавшего. — Кофоэд улыбнулся еще шире. — Мы сняли несколько замечательных отпечатков. Он двигался невероятно ловко, правда?

— Правда, — коротко ответил Йона.

В прихожей лежали специальные метки, не дававшие спутать уже проверенные отпечатки с непроверенными. На штативе торчала камера с направленным в пол объективом. Мощная лампа с алюминиевым экраном лежала в углу, шнур был скручен. Эксперты искали невидимые отпечатки при помощи рассеянного света. Потом техники обрабатывали следы электростатическим съемником — это позволяло понять, как преступник передвигался по кухне и прихожей.

Йона подумал, что виртуозы-криминалисты работают зря. Скорее всего преступник уже сжег и обувь, и перчатки с одеждой.

— Как же он бегал? — спросил Кофоэд, указывая на отметки на полу. — Там, там… наискосок туда, потом ничего, а потом — здесь и здесь.

— Ты пропустил один след, — улыбнулся Йона.

— Голову даю на отсечение.

— Вон там, — показал комиссар.

— Где?

— На стене.

— Зараза.

Сантиметрах в семидесяти от пола на светло-серых обоях виднелся след подошвы. Томми Кофоэд позвал еще одного техника и попросил его снять желатиновый отпечаток.

— Теперь можно ходить по полу? — спросил Йона.

— Только по стенам не бегай, — фыркнул Кофоэд.

В кухне стоял какой-то человек в джинсах и светло-коричневом пиджаке с кожаными заплатами на локтях. Он время от времени поглаживал светлые усы и что-то громко говорил, указывая на микроволновую печь. Йона прошел в кухню и увидел, как техник-криминалист в респираторе и защитных перчатках кладет в бумажный пакет покореженный баллончик, складывает пакет вдвое, заклеивает скотчем и что-то пишет на нем.

— Вы Йона Линна, правильно? — сказал человек со светлыми усами. — Если вы и вправду такой гений, как говорят, то давайте к нам.

Они пожали друг другу руки.

— Йоран Стуне, Служба безопасности, — довольным голосом сообщил мужчина.

— Это вы руководите предварительным следствием?

— Да, я… хотя формально — Сага Бауэр… статистики ради, — криво улыбнулся Стуне.

— Я видел Сагу Бауэр, — сказал Йона. — Она производит впечатление способной…

— …на что? — Стуне захохотал и тут же зажал себе рот.

Йона выглянул в окно, подумал о дрейфующей яхте и попытался представить себе убийцу, которому могли отдать приказ о ликвидации. Он сознавал, что расследование еще только началось, что еще рано делать выводы, но восстановить ход событий было бы полезно. Скорее всего, единственной целью преступника была Пенелопа. Убивать же Виолу он наверняка не собирался, поскольку не знал, что она вообще может оказаться на яхте. Ее присутствие было для убийцы досадной случайностью, подумал комиссар и перешел в спальню.

Постель застелена, на сливочно-белом покрывале ни морщинки. На подоконнике комиссар увидел ноутбук; рядом стояла Сага Бауэр из Службы безопасности (это она распоряжалась компьютером) и говорила по телефону. Комиссар помнил ее по семинару по борьбе с терроризмом.

Йона сел на кровать и попробовал снова собраться с мыслями. Вызвал в воображении образы Виолы и Пенелопы, возле них поместил Бьёрна. Наверняка Пенелопы с Бьёрном не было на яхте, когда была убита Виола, иначе преступник не совершил бы ошибки. Он убил бы всех троих, рассадил бы трупы по правильным кроватям и потопил судно. Ошибка исключала присутствие Пенелопы на яхте. Значит, Пенелопа с приятелем должны были находиться в каком-то другом месте.

Йона поднялся и перешел в гостиную. Он скользнул взглядом по укрепленному на стене телевизору, дивану с красным пледом, по модному столику, заваленному журналами «Урдфронт» и газетами «Эксит». Подошел к книжному шкафу, занимавшему всю стену, вспомнил провода в машинном отделении яхты — через несколько минут от электрической дуги должна была вспыхнуть набивка сиденья, — и подтянутый поближе шланг топливного насоса. Но яхта не затонула. Видимо, мотор работал недостаточно долго.

Речь больше не шла о случайности.