Чтение онлайн

— Я справлюсь, мистер Ист. Я отлично сам справлюсь, — запротестовал Морган-Браун.

— Он терпеть не может, когда приходится беспокоить других людей, — объяснила его жена. — Поэтому обычно он предпочитает есть в своей каюте.

— Ты хотела сказать — когда другим людям приходится беспокоить меня? Они и сами помочь себе не могут, эти бедные дурачки. Кого мне жаль, так это мою Ингер. Она столько времени проводит со всеми этими перевозками и маневрами.

— Ты же знаешь, мне это нравится, мой милый. — Она села рядом с Льюисом. — А какие книги вы продаете, мистер Льюис?

Морган-Браун отхлебнул свой шерри.

— С другой стороны, это придает ее жизни определенную целенаправленность, не правда ли, мистер Ист? Вот чего не хватает современному поколению. У них нет цели в жизни.

— Это ваша первая поездка в Данию? — спросил Уайлд.

— О, совсем нет. Моя мать была датчанкой. У меня есть там бизнес, так же, как и в Гамбурге, в Хельсинки и в Стокгольме. Может быть, на вид я старая перечница, но голова у меня еще работает.

— Вы когда-нибудь читали стихи? — спросил Льюис у миссис Морган-Браун.

Она улыбнулась:

— Кто знает много, тот подобен Богу, мистер Льюис. Но у меня есть и другие любимые поэты, кроме Китса.

— Мне кажется, миссис Морган-Браун была бы не против, если бы вы ей подарили один экземпляр «Морали обезьяны», — сказал Уайлд. — А сейчас вы совершаете деловую поездку, мистер Морган-Браун?

Кристофер Морган-Браун пожал плечами, — этот жест казался более свойствен молодому субъекту, нежели человеку его возраста.

— Не совсем. На самом деле я вполне бы мог управлять своими делами и из Лондона, но мне нравится путешествовать. Правда заключается в том, что Скандинавия в феврале стимулирует мои силы, тогда как Лондон кажется мне просто унылым. Так что уик-энд в Копенгагене — это хорошее средство укоротить зиму. Мы вернемся назад во вторник.

— А что такое «Мораль обезьяны», мистер Льюис? — спросила Ингер Морган-Браун.

— Боюсь, мистер Ист просто отпускает шутки на мой счет, — ответил Льюис. — Я бы предпочел поговорить о Китсе.

— А я бы предпочла еще один «Дайкири», мистер Льюис.

— Вы когда-нибудь летали самолетом? — спросил Уайлд у мистера Моргана-Брауна.

— Нет, ненавижу летать.

— А где вы собираетесь остановиться в Копенгагене? Простите, если я излишне любопытен.

Морган-Браун улыбнулся:

— Вы действительно слишком любопытны, молодой человек. Но я не вижу в этом ничего плохого. Обычно мы останавливаемся в гостинице «Фредерик Христиан». Загляните к нам как-нибудь в воскресенье вечером, и мы угостим вас выпивкой. Ты ведь не будешь против, Ингер?

— Разумеется нет, мой милый. И вы тоже приходите, мистер Льюис.

— Вы очень любезны, — сказал Льюис.

— Так вы придете? — спросил Морган-Браун. — О, это замечательно. Мы будем ждать этой встречи. Всегда приятно пообщаться с англичанином, когда находишься в чужой стране.

— Спасибо, но я не думаю, что моему мужу следует пить еще шерри, мистер Льюис, — сказала Ингер Морган-Браун. — Сегодня прекрасная ночь, не правда ли? Но все почему-то считают, что в этом году выдалась ужасная зима.

— Вся Балтика промерзла до костей, — мрачно заметил Льюис. — А мне еще предстоит ехать в Хельсинки.

— Вас совсем не беспокоит холод, мистер Морган-Браун? — спросил Уайлд. — Мне кажется, если корабли начнут замерзать во льдах, а поезда будут повсеместно задерживаться, это может иметь очень серьезные последствия. По крайней мере, меня это выведет из себя. Впрочем, я всегда тороплюсь.

Кристофер Морган-Браун изобразил одну из своих натянутых улыбок.

— Меня это нисколько не беспокоит, мистер Ист. Я бывалый путешественник. Кроме того, я в очень хороших руках. Ингер заботится обо всем. Правда, Ингер?

— Разумеется, милый. Но мне кажется, с тебя уже довольно впечатлений на этот вечер. Стюард! Вы не поможете мне с коляской?

— Позвольте мне, — оживленно вскинулся Льюис.

— Мы справимся, не беспокойтесь.

Ингер Морган-Браун перекинула норку через руку.

— Еще совсем рано, — сказал Уайлд. — Может быть, вы позволите вашей жене присоединиться к нам чуть позже, чтобы пропустить стаканчик на ночь?

— С удовольствием, мистер Ист, — отозвалась, не скрывая радости, Ингер. — Как только уложу своего мужа.

— Очаровательная девушка, — сказал Льюис. — Не помню, когда я в последний раз встречал женщину, которая могла бы процитировать Китса.

— Вы считаете это большим достоинством? — спросил Уайлд. — Тогда, может быть, позволите и мне сегодня вечером немного повысить свой культурный уровень?

— Если для вас это так важно. — Льюис допил свой бокал. — Хотя вообще-то она замужем.

— О, я уверен, мистер Морган-Браун придерживается широких взглядов. Я советую вам предпринять что-нибудь в отношении нее, когда мы прибудем в Копенгаген. Например, сводить ее в оперу.

— Надеюсь, я не прерываю деловой беседы?

Ингер Морган-Браун оставила внизу накидку и головной убор, но по-прежнему была с сумочкой.

Они встали.

— К сожалению, мистер Льюис собирается нас покинуть.

— Вы уходите, мистер Льюис? Как жаль.

— Завтра утром в Эсбьерге у меня будут дела, поэтому мне надо как следует выспаться. Но я задержусь в городе и постараюсь воспользоваться вашим любезным приглашением.

— Буду очень рада. Кстати, может быть, вы оставите мне один экземпляр этой книги… «Мораль обезьяны», если не ошибаюсь?

Она села рядом с Уайлдом:

— Вы не говорили, чем вы занимаетесь, истер Ист…

— Пляжные костюмы, — ответил он и испытующе взглянул на Ингер.