Король и Шут
Шрифт:
Тут некоторые горожане побледнели от страха и стали икать. Кое-где даже завопили дети. Мамаши стояли, как вкопанные, и боялись пошевелиться. Особо впечатлительные упали в обморок. Казалось, что все происходит не в песне, а прямо тут, на дворцовой площади! Кое-кто даже стал озираться, вдруг безумный староста появится в толпе.
Старуху его отыскали, она от страха вся побледнела: - Дед, мол, черта увидел. Тот ему, сволочь, мозги запудрил — мол, нынче помрешь! Беда! Паника в селе! С ума спятил дед! В одних он трусах, И ужас в его глазах! Бедного старика черт попутал. Такого ему наговорил! Много ли старому дураку надо, Чтоб рассудок потерять?! К тому же он бьёт, как бык! К тому же он бьёт, как бык! К тому же он бьёт, как бык!Едва стих последний аккорд, толпа взревела, восхваляя музыкантов за песню, а шута за подвиг. Люди чуть ли не на сцену лезли, чтобы поблагодарить артистов за выступление. Не каждый день дают представление, а послушать балаган в таверне удается не многим. Места хватает не всем. Вновь возник глашатай.
— Всем спасибо, все свободны! Гуляй честной народ, но не забывайте: делу время, потехе час! Завтра снова на работу! Хвала королю Генриху!
— Хвала! Хвала! — подхватили люди и стали разбредаться, кто куда. Площадь опустела в считанные минуты.
Тем временем на балконе Главной башни король с супругой сидели, округлив глаза и вцепившись в подлокотники позолоченных кресел. Прохор нарочито громко откашлялся в кулак, привлекая их внимание.
— Государь, с тобой все в порядке?
Король сглотнул, а королева наконец-таки начала дышать.
— Ужас какой! — выдохнул сюзерен. — Ну и нагнали эти певуны на меня жути! Неужто на самом деле все так и происходило? — шут кивнул. — Кошмар! Не знаю, будь я на твоем месте, наверное, умер бы от страха!
— Ну, умереть бы не умер, а портки бы испачкал, — усмехнулся Прохор.
Королева аж воздухом подавилась от этих слов.
— Фи, что за моветон?! Тут, вообще-то, дама!
Шут низко поклонился, и бубенцы на его колпаке зазвенели.
— Прошу прощения, Ваше Высочество. Дурак, манерам не обучен…
— Хватит вам уже лаяться, как собаки, ей-ей! — остановил словесную перепалку король. — А что случилось со стариком, чего он взбесился?
— Да опоил его проныра один. Но не беспокойся, виновник наказан по всей строгости. Сидит в подземелье под моим личным наблюдением, — Прохор отвесил поклон.
Генрих почесал живот, что выглядывал из-под королевских одеяний.
— Ну и ладненько. Пора обедать. Я со страху проголодался. Пойдем, дорогая, — сюзерен помог своей драгоценной супруге подняться и покинуть смотровой балкон. Прохор за спиной правителей скорчил обоим ржи и поплелся следом…
Как всегда, после обеда, в Тронной зале состоялось каждодневное совещание титулованных особ Королевства Серединных Земель.
Первая леди со своей свитой стояла на своем излюбленном месте, возле окна, и вела непринужденную беседу. Фрейлины в пышных платьях перешептывались, поглядывали на мужчин, и хихикали, прикрываясь веерами. Франты же то подмигивали дамам, то поднимали брови и еле заметно помахивали пальцами. Так они и обменивались знаками внимания, пока входящие в высший совет власти решали судьбу королевства.
Главный Министр, как всегда затянутый ремнями форменного мундира, стоял перед государем, что по обыкновению своему восседал на большом позолоченном троне и разглядывал лепнину на потолке. Преданный шут развалился у ног хозяина, на ступеньке под королевским седалищем, и чесал за ухом у одной из громадных черных псин.
— На границе все спокойно! — отрапортовал Генерал. — Налоги собираются исправно, урожай зреет.
— Это, конечно, замечательно, — Генрих убрал за спину державу и скипетр. — Ты мне скажи вот чего: почему мне на завтрак не подали чернику с молоком, а на обед к картофельным котлетам грибную подливу?
Министр вновь стянул с головы треуголку, промокнул батистовым платком лоб и прокашлялся.
— Так ить, — и он стал мять головной убор.
Шут оторвался от своего занятия и подозрительно посмотрел на бравого офицера.
— Что, в лесах закончились ягоды и грибы? Сдается мне, Генрих, — Прохор посмотрел на короля, — творится что-то неладное.
Сюзерен кивнул в знак согласия и щелкнул пальцами по бубенчику на колпаке придворного дурака. Легкий звон разлетелся по Зале, привлекая всеобщее внимание.
— Говорите, Министр, мы все слушаем, — король откинулся на спинку трона и с трудом закинул ногу на ногу, запутавшись в горностаевой мантии.
— Я не знаю подробностей… — начал Генерал, но его тут же перебил шут.
— А вот даже не удивительно. Однако продолжайте, любезный.
— Хм, — офицер одернул мундир. — Лесная снедь отсутствует по причине отсутствия королевского сборщика ягод. Он куда-то подевался несколько дней назад. А грибы… Пропал королевский сборщик грибов. Уже неделю его никто не видел. Кстати, пасечник тоже исчез. Странно все это как-то…
— Да уж конечно! — воскликнул Прохор. — Подданные пропадают, а у тебя все спокойно! Генрих, ты никогда не думал соорудить в темнице камеру для очень важных персон? У меня есть одна кандидатура, чтоб ее там поселить.
— Действительно, — хмыкнул Король, и Министр пошел пятнами. — Люди пропадают, а ты и ухом не ведешь. Скоро в королевстве народу не останется. Сам прислуживать будешь? Где мой Советник?!
Вновь придворные вытолкнули в центр зала мужчину в зеленом камзоле и в длинном белом парике. Тот встал рядом с Генералом и поклонился Государю.
— Ну, что скажите? — спросил его сюзерен.
— Полностью согласен с вами, Ваше Величество, — и вновь согнулся до пола.
Король покачал головой. Отодвинув в сторону шута, он встал и не спеша подошел к Советнику и Генералу, сделал несколько кругов вокруг них, внимательно осмотрел и встал напротив.
— С чем ты постоянно соглашаешься? — спросил Генрих, склонив голову на бок, придержав рукой корону, чтобы та не свалилась.
— С вами, Ваше Величество, — сглотнул Советник.
— Так я же ничего сказать не успеваю. Это я должен соглашаться или нет с тобою, а не наоборот. Прав дурак: надо вас в темнице подержать денек-другой, для просветления, а то и вовсе на галеры отправить, камень мраморный добывать. Другой советник мне нужен. От моего шута и то толку больше…