Чтение онлайн

Так нежданно-негаданно Вит сделался обладателем целого состояния, что довершило его счастье… Он больше не сердился на брата за то, что тот вызвал его сюда, а наоборот, был ему от души благодарен. «Вот повезло, так повезло!» – повторял про себя Вит. Еще бы: он возвращается рыцарем и вдобавок с добычей, так что теперь ему не зазорно будет явиться к господину де Сен-Круа и попросить руки Люции. В рыцарское достоинство его возвели от имени самого короля, за участие в величайшей виктории из всех, какие знало Иерусалимское королевство. И всем этим он обязан брату.

– Да уж езжай, езжай себе, – говорил на это Амальрик, подавляя зевоту.

С тех пор как ему удалось возместить понесенные расходы, он повеселел, но все же с нетерпением ждал отплытия брата, опасаясь, как бы легковерный молокосос не проболтался кому-нибудь об истинных причинах его приезда.

– Послезавтра мы простимся, – объявил Вит брату, когда тот собирался на охоту. – В четверг отплывают галеры из Яффы.

– К этому времени я вернусь, – бросил в воротах Амальрик, – так что еще увидимся. Да хранит Господь Святую землю!

Вит повторил последнюю фразу и, весело напевая, отправился укладывать трофеи. Приятное это было дело! Приехал ни с чем, не считая того, что на себе, а теперь вот сколько у него богатств! Не стыдно дома показаться. Больше всего восхищали его переливающиеся всеми цветами радуги стеклянные флаконы, секрет изготовления которых был совершенно неизвестен в Европе. Их он укладывал особенно тщательно, представляя себе восторг Люции. О любимая! Через месяц, даст Бог, они снова будут вместе. А если добавить сюда те три с половиной месяца, которые прошли со времени его отъезда, то получится неполных пять. Нет, она еще не могла забыть его! Ей он подарит эти флаконы и дорогую пряжку. А перед матушкой наденет вот этот тюрбан с алмазным аграфом и скажет: «Я – султан! Это даже больше, чем король!» То-то будет смеха… Только бы флаконы не разбились. И какими такими чарами эти язычники засунули в стекло радугу? Вот обрадуется Люция! Вот удивится!

Занятый этими мыслями, Вит не слышал, как вошел Ренальд из Сидона, и вздрогнул от неожиданности, когда тот положил руку ему на плечо.

– Я пришел просить вас оказать мне услугу, – начал Ренальд, не теряя времени на приветствия.

Вит сердечно улыбнулся.

– Рад был бы служить вам, благородный рыцарь, всем, чем только пожелаете, но послезавтра я уезжаю…

– Послезавтра? Так посвятите мне завтрашний день! – сказал Ренальд, а про себя подумал: «Тем лучше, что он уезжает. Не успеет никому проговориться».

– Располагайте мною, – без колебаний ответил Вит. Он сам был так рад и счастлив, что готов был осчастливить каждого. – Что, кстати, у вас за дело?

Ренальд смущенно погладил свою роскошную бороду. Даже такому закоренелому насмешнику, как он, нелегко обманывать честного рыцаря. Проклятые бабы! Хорошо еще, что молодой Лузиньян уедет, так и не узнав, что его водили за нос.

– Дело-то пустячное, – махнул он рукой, – даже сказать смешно. Две мои родственницы, совершающие паломничество, хотят осмотреть развалины на Горе Соблазна. Слышали о ней?

Вит не слышал.

– Неважно, расскажу по дороге. Туда никто не ездит: считается, что там нечисто. И совсем бы уж ни к чему совать туда нос женщинам: говорят, в старину там творились гнусные непристойности. Но бабы и есть бабы. Заладили, что не уедут, пока не увидят этих развалин. Пришлось мне пообещать, что завтра я их туда сопровожу.

Вит был заинтригован, но все не мог взять в толк, при чем же тут он. Ренальд поспешил объяснить:

– Один с двумя девицами я туда ехать побаиваюсь. Мне должен был составить компанию Онуфрий де Торон, но он заболел, а родственницы на меня наседают…

– Вы хотите, чтобы я заменил Онуфрия? – догадался Вит. – С радостью! Я-то думал, что все повидал в Иерусалиме, а тут еще кое-что новенькое…

– Спасибо, что согласились, только… – нерешительно протянул Ренальд, – я попросил бы еще сохранить нашу поездку в тайне. А то, знаете, пойдут разговоры о моих родственницах, что, мол, неприлично дамам ездить на эту гору и все такое.

– Я никому не скажу: слово рыцаря! – воскликнул с чувством Вит, наслаждаясь тем, как прекрасно это прозвучало. Впервые после своего посвящения он дал эту клятву. Про себя он, правда, недоумевал, к чему такие предосторожности. Прожив в Иерусалиме совсем недолго, он уже успел заметить, что здешние женщины не отличались чрезмерной робостью и не слишком боялись пересудов. Впрочем, это его не касается.

– Даю слово рыцаря, что не выдам тайны, – повторил Вит, протягивая Ренальду руку.

– Весьма вам обязан, рыцарь, – пожимая ее, отозвался тот. – С женщинами, когда они заупрямятся, ох как трудно сладить!

Конские копыта цокали по камням. Час был еще ранний, поэтому жара пока не особенно ощущалась. Всадники ехали парами – Изабелла с Ренальдом впереди, Сибилла и Лузиньян сзади. Гора Соблазна была уже совсем близко. Изабелла разочарованно смотрела перед собой: обычный, не слишком высокий холм, усеянный какими-то глыбами. Соседние горы ничем не отличались от этой, и издалека трудно было разобрать, громоздятся ли на них развалины построек, возведенных здесь некогда рукой человека, или это валуны, которые во времена сотворения мира сбросили на землю мятежные ангелы.

– Уверяю вас, принцесса, что и вблизи это выглядит ничуть не лучше, – ворчал Ренальд.

Сибилла не обращала внимания на возгласы сестры, да и вообще не замечала Горы Соблазна. Словно завороженная смотрела она на едущего рядом Лузиньяна. Катрин де Ла Хей была права: красив как ангел! Интересно, о чем думает ее молчаливый спутник?

Она задала этот вопрос вслух. Вит ответил ей обворожительной молодой улыбкой.

– Завтра я возвращаюсь домой, и, признаться, все мои мысли сейчас – только об этом, – проговорил он, смущенно отводя глаза.

Впервые в жизни очутился он в обществе такой женщины. Эти родственницы Ренальда, должно быть, знатные дамы: надушены, нарумянены, холеные ногти накрашены! Та, что впереди, еще совсем ребенок – зато старшая… Какой необычный взгляд, какая волнующая плавность в движениях! Трудно даже сказать, красивая она или нет. Пожалуй, красивая, но прежде всего – она другая. Не такая, как матушка, как Люция, не такая, как все те девушки, которых он бывало целовал. Никто с ней не сравнится!

Они молча ехали друг подле друга. Впереди, не переставая, болтала и шутила со своим спутником Изабелла. Хотя Гора Соблазна обманула ее ожидания, она все-таки была довольна прогулкой. Особенно веселило ее то, что все во дворце думают, будто они сейчас благоговейно молятся в монастыре за счастливое замужество Сибиллы.