Чтение онлайн

Он замолчал. Я понимал, что от меня требуется, но, боги, как же мне не хотелось этого делать! Однако солдат обязан принимать тяготы службы с такой же готовностью, как и ее радости, поэтому я вытянулся в струнку, отсалютовал, ударив кулаком в грудь, развернулся на каблуках и строевым шагом вышел из зала в сопровождении Йонга и Карьяна.

Я направился в свои комнаты в настроении, которое один из наших лицейских инструкторов называл «дерьмо с сахаром». Но дерьма все-таки было больше. Однако в коридоре стражник остановил меня и сказал, что я должен дождаться полномочного посла Тенедоса.

Примерно через полчаса появился сам Тенедос, с напряженной улыбкой на лице.

– У нас есть все основания для благодарности, – произнес он громким, отчетливым голосом. – Совет Десяти щедро наградил нас, и теперь нам остается лишь вернуть долг.

Когда мы с Тенедосом остались наедине и его Заклятье Молчания было установлено по всем правилам, он начал было что-то мне объяснять, но замолчал, увидев выражение моего лица.

– Неужели так плохо? – спросил он.

Я начал подыскивать какую-нибудь вежливую армейскую ложь, но передумал.

– Не очень-то хорошо, сэр. Мне предстоит полировать доспехи, маршировать взад-вперед по плацу и придерживать двери для толстожопых дипломатов... прошу прощения, сэр. Пройдет год, а может быть, и больше, прежде чем я смогу обратиться с просьбой о переводе в настоящую армейскую часть, где знают, с какого конца заточен клинок. Проклятье, я даже не знаю, захочет ли мой полк взять меня обратно!

– Капитан, – произнес Тенедос. – Когда я сказал, что мы получили награду, я говорил не только для невидимых ушей. Я очень рад, что ты остаешься здесь, в Никее, по чисто эгоистическим соображениям. Я заключу с тобой сделку. Через год... нет, скорее через два года мне понадобятся твои услуги, и отнюдь не для того, чтобы открывать передо мной дверь.

– Что вы имеете в виду?

– Время ответит на этот вопрос, – сказал он. – А я лучше промолчу, поскольку пока не знаю, как будут развиваться события. Зато я знаю, что нынешнее положение вещей долго продолжаться не может.

В тот момент мне не было дела до его теорий о том, что дни нумантийского правления сочтены, и я ничего не сказал. Но затем мое природное любопытство взяло верх.

– А какую награду заслужили вы, сэр? Надеюсь, она принесла вам большее удовлетворение, чем мне.

– Ты не ошибся. Скопас расхвалил меня до небес, а затем заявил, что я могу либо остаться на государственной службе, либо вернуться к гражданской жизни. На тот случай, если я выберу первое, он подготовил список из восьми постов, которые я мог бы занять.

Я быстро изучил список и обнаружил именно то, чего ожидал: мне предлагались места, где я не смогу привлечь к себе внимание общественности и буду несчастлив ровно настолько, что вскоре захочу выйти в отставку.

Поэтому я выбрал наихудшее... по их разумению. Поздравь меня, капитан: отныне я возглавляю отдел Военного Чародейства в Командном лицее.

Это военное заведение выпускало «ручных» домициусов, кандидатов на самые высокие посты в штабе армии. Офицер, направленный туда, гарантированно получал генеральский чин до выхода в отставку, если не совершал какого-нибудь невообразимого проступка.

– Еще до знакомства с тобой я хорошо знал, какого невысокого мнения о магии придерживаются в армии, – продолжал Тенедос. – Таким образом, они надеются, что армейский монстр пропустит меня через свои кишки и вытолкнет во тьму забвения, а мои радикальные теории останутся пустым звуком.

Однако именно там, в Командном Лицее, я собираюсь доказать свои идеи и найти последователей, в которых нуждаюсь. Если задача окажется мне не по плечу... что ж, значит, Сайонджи выбрала недостойное орудие для воплощения своих замыслов. Но я в этом сомневаюсь.

В его глазах появился странный блеск.

– О да, – произнес он. – О да, Совету Десяти предстоит горько раскаяться в своем сегодняшнем решении!

Я был рад, что хотя бы один из нас остался доволен.

Что касается меня, то, несмотря на заверения Тенедоса, я ощущал себя зверем, пойманным в ловушку.

Я решил больше не оставаться во дворце. Быстро собрав свои пожитки, я подготовился к переезду в казармы Золотых Шлемов. Тенедос обещал позаботиться о Йонге и уберечь его от неприятностей, зачислив его в свой штат. «В наши беспокойные времена человеку всегда могут пригодиться услуги профессионального головореза», – заметил он.

– Дамастес, друг мой, – сказал он на прощание. – Надеюсь, в следующий раз мы встретимся в более счастливое время и при более благоприятных обстоятельствах. Разумеется, если ты тоже этого хочешь.

После короткого раздумья я улыбнулся. Я выбрал своим уделом жизнь солдата и искателя приключений, а общество Провидца до сих пор обеспечивало их в полной мере. Я был крепок духом и телом и узнал бесчисленное множество вещей за тот год, который мы провели вместе.

– Провидец Тенедос, – проговорил я официальным тоном, – вам нужно только позвать меня, и я снова последую за вами.

Так я принес свою первую клятву верности Лейшу Тенедосу. Она была наименее торжественной из всех, но наиболее важной, если помнить о нашем семейном кредо: «Мы служим верно».

Я попрощался с Тенедосом и пообещал навестить его в лицее сразу же после того, как займу свой новый пост.

Я спросил Карьяна, хочет ли он остаться моим слугой (я знал, что получу на это разрешение) или же вернуться в 17-й Уланский полк. Он глубоко задумался, затем хмыкнул и произнес:

– Посмотрим, как тут у них поставлена служба. По крайней мере, на первое время... сэр.

Нам предложили карету, однако в ней не было надобности: все наши пожитки уместились в седельных сумах Лукана и Кролика. Кролик уже привык носить других всадников, поэтому лишь коротко заржал, когда Карьян уселся в седло, и мы отправились в расположение Золотых Шлемов.

Члены Совета Десяти могли казаться самодовольными болванами, но то, как они разместили армейские части в Никее, свидетельствовало о крайней осторожности. Главные армейские корпуса располагались через квартал к северу от дворца Совета, как и две другие полковые штаб-квартиры, в пяти минутах марш-броска. Я невольно задавался вопросом: насколько же Совет Десяти доверяет собственным гражданам?