Чтение онлайн

У меня было чувство, что он лжёт, но я никак не могла расчесать узлы, а ожидание возвращения Айви только усугубит состояние волос. Немного смущенная и очень неуверенная, я протянула ему расчёску.

Он взял её так быстро, что я даже не заметила, как он пошевелился.

— Я сяду сзади тебя, но я посажу тебя так, чтобы это не тревожило твои рёбра.

Я кивнула, и тогда Кайден сделал так, как он сказал, каким-то образом пересадив меня и подушки так, что он оказался позади меня, а одна его длинная нога свисала с кровати, а я… Я сидела между его бёдер, опираясь на одну из подушек, прижимая её к своей груди.

Это было так странно.

Но я ничего не сказала, когда Кайден начал разделять мои волосы на три части. Он не заметил дрожи, которая снова поднялась в моём теле.

— Моя сестра была младшей в семье, — сказал он, начиная расчёсывать колтуны и узлы со средней части. — Она родилась на двести лет позже нас с Фабианом.

Боже.

Легко было забыть, сколько лет Кайдену и его брату.

— Скорча была… Она была самой доброй и самой прекрасной душой, — сказал он, нежно потянув за птичье гнездо, которое было моими волосами. — Намного лучше, чем мы с Фабианом могли бы надеяться, за исключением тех случаев, когда дело доходило до того, чтобы расчесать её спутанные волосы. Видишь ли, у неё были длинные, густые волосы, и она постоянно бегала за мной и Фабианом. Это была постоянная борьба между нашей матерью и ей, чтобы заставить её сидеть спокойно достаточно долго, но она всегда делала это для меня. Несмотря ни на что.

Я обняла подушку.

— Похоже, она хотела привлечь твоё внимание.

— Она так и делала. Она хотела и моего внимания, и Фабиана, но у нас только что наступило половое созревание, и мы были озабочены другими вещами, — сказал он. — Забавно, когда ты думаешь, что научился понимать, что время может быть мимолётным, даже для нашего вида, и понимаешь, что, как бы непостоянно время не было, оно также заставляет тебя забывать.

Я не знала, как на это реагировать.

— Что с ней случилось?

Он молчал, и какая-то часть меня пожалела, что я спросила.

— Мы не страдаем от многих болезней, но есть несколько, которые похожи на рак или… Сердечную недостаточность. Некоторые из старших Фейри считают, что эти болезни являются проклятиями, в то время как другие считают, что есть генетические причины. Так или иначе, Скорча заболела, так называемым, Долгим Сном. Это… Изнурительная болезнь. Теряются аппетит и выносливость, и в конце концов человек погружается в сон, от которого не просыпается. Ей было всего десять лет, очень мало, даже по человеческим меркам.

— Это так рано. Извини.

— Спасибо. — Закончив со средней частью, Кайден двинулся вправо. — Ты спросила, как я получил перелом рёбер. Я был Принцем, но прежде всего — воином. Перед большой войной случались стычки, и я часто оказывался втянутым в драку в таверне… Или около неё.

— Это я легко могу представить.

— Что? Драку в таверне?

Мои губы дрогнули.

— Ну, да, но также и воинскую часть. Я не думала, что ты просто валяешься тут целый день и… — Что-то толкнулось в мои воспоминания, но я не могла до этого дотянуться. Мои глаза медленно закрылись. Было что-то невероятно расслабляющее в том, что кто-то расчёсывал волосы.

— Я мог быть ленивым и снисходительным, но я всегда выполнял свой долг, — сказал он через несколько мгновений. — Мои родители считали, что это одна из моих замечательных черт. Однако я понял, что это недостаток.

— Как так?

— Долг никогда не должен заменять то, что правильно, — сказал он. — Не важно, какой ценой.

Раньше я бы сказала, что долг всегда превыше всего. Это было так для тех, кто вырос в Ордене, но это было до того, как я узнала, кто такая Айви, до встречи с Летними Фейри и знания, что не все из Фейри были злыми существами, одержимыми разрушением. Это было до встречи и… И влюбленности в Кайдена.

Теперь я знала, что долг часто диктует мне что-то неправильное. Долг был слишком чёрно-белым, с небольшой серостью.

Кайден замолчал, продолжая возиться с моими волосами и переходя на левую сторону головуы. Это было не только невероятно успокаивающим, но и… Добрым и таким милым. И если я поверила ему, поверила тому, что он сказал о том, почему он здесь, тогда почему он?..

Я прервала поток мыслей. У меня не было причин идти по этой дороге. В горле у меня всё равно застрял комок.

Его рука замерла.

— О чём ты думаешь, солнышко?

— Не называй меня так. — Мой голос сорвался.

— Почему нет? — Расчёска снова начала двигаться.

Почему? Я чуть не рассмеялась, но ничего смешного в этом не было, а учитывая то, что он был связан клятвой с другой, это прозвище было в некотором смысле жестоким.

— Ты не должен этого делать, — прошептала я, смаргивая слёзы.

— В том, что я делаю, нет ничего плохого. Тебе нужна помощь, а я здесь, где и должен быть.

— Но…

— Позволь мне помочь тебе. Вот и всё, — уговаривал он. — Тогда ты сможешь отдохнуть. Позже, если ты будешь в состоянии, мы с тобой поговорим.

Я повернула голову в сторону.

— Нам не о чем говорить. Я уже говорила тебе об этом.

— И я уже говорил тебе, что нам о многом надо поговорить.

— Тогда поговори со мной сейчас.

Его смешок каким-то образом пронёсся сквозь меня, будоража те мои части, которые я предпочла бы игнорировать.

— Сейчас не время, Брайтон. Не для такого разговора, как этот.

Сколько бы я ни настаивала, он не говорил мне, что, по его мнению, нам нужно обсудить, отклоняя каждый вопрос, меняя тему. Он рассказал мне о драках в таверне, которые всегда сопровождались каким-нибудь оскорблением, а потом рассказал о девичьих играх, в которые его сестра заставляла играть его и Фабиана. Всё это казалось таким… человеческим. Я представляла, что если бы у меня были старшие братья, я бы заставила их играть в куклы и есть притворную еду. Я бы погналась за ними, как Скорча за Фабианом и Кайденом.