Королева Летних Сумерек
Шрифт:
– На случай, если ты не заметил: я больше не ребенок. В прошлом месяце мне исполнилось восемнадцать. Или забыл? Я могу водить машину… в смысле, раньше могла. Могу пить в пабах, если захочу. Не нуждаюсь больше в твоих разрешениях, чтобы ходить на свидания. И клянусь, если ты будешь, как раньше, помыкать каждой секундой моей жизни, я изыщу какой-нибудь способ сбежать из твоей чертовой тюрьмы, как бы ты мне ни мешал, и ты меня больше никогда не увидишь. Слышишь? Никогда!
Джанет удивил внезапнй страх, отразившийся в глубине глаз отца, а его ответ ее просто потряс:
– Я… я всего лишь делаю то, что было бы лучше для тебя… и так было всегда. Я знаю, иногда тебе в этом видится что-то не то, но я в самом деле люблю тебя, Джанет.
Его широкие плечи неуклюже вздрогнули, после чего он продолжил:
– Все бы только выиграли, если бы ты просто следовала некоторым элементарным правилам.
Не обращая внимания на тревожную заботливость в его тоне, она будто сплюнула:
– В смысле, от этого выиграл бы ты? Конечно, было бы чертовски нехорошо, если бы дочь Джона Рэйвенскрофта нашли пьяной на полу сортира в каком-нибудь фешенебельном клубе; как неприлично, на публике-то… Мы бы попали на все новостные каналы, выставив тебя полным идиотом!
Яд в словах дочери на мгновение, казалось, лишил Рэйвенскрофта дара речи. Он виновато опустил взгляд на стол как раз в тот момент, когда Джанет желчно спросила:
– Ладно. Ты разрешаешь мне уйти прямо сейчас?
Куцым кивком выразив согласие, Рэйвенскрофт ответил:
– Да, конечно. Но только помни, что твое благополучие я могу обеспечить только в этих стенах. А вот за его воротами опасностей таится куда больше, чем, я надеюсь, ты когда-либо узнаешь. Я просто не могу позволить тебе уйти просто так, без моей защиты.
На прощание он сказал:
– Будь рада хоть тому, что у тебя есть водитель. Так при тебе всегда будет кто-то, кто сможет таскать твои пакеты с покупками.
7
Спустя два дня Джанет сидела на одной из скамеек треугольного скверика на пересечении двух улиц в центре Инвернесса. Сквер пестрел яркими, цветастыми детскими площадками, которые бойко и безудержно пользовала стайка шумливой ребятни. Скамейки вокруг занимали взрослые опекуны, чинно наблюдая за шалостями своих подопечных.
Рядом с Джанет громоздилась куча магазинных пакетов, которую она небрежно удерживала своей изящной рукой, чтобы покупки не опрокинулись на тротуар. Она улыбнулась и приветливо помахала двоим мужчинам, стоявшим метрах в шести от нее (отец наказал им следовать за ней всякий раз, когда она покидала поместье). Даже на таком расстоянии на их лицах явно читалась унылая тоска от беспрестанного мотания из магазина в магазин на протяжении долгого, занудного дня. Руки у них были отягощены еще большим количеством коробок и мешков. Оба выглядели настолько затюканными этой явно не мужской работой, что Джанет едва не рассмеялась, но вовремя себя одернула.
Идея выбраться из дома и в процессе изрядно обновить свою комнату казалась хорошей, но то, что поначалу выглядело гневным протестом на самодурство отца, теперь как-то сдулось и совсем не приносило удовлетворения.
«Самозабвенная трата денег на кучу барахла сейчас смотрится явно по-детски. Но в одном он был прав: мне в самом деле нужна помощь, чтобы дотащить все это домой. Интересно, как бы мог сложиться день, если бы я разделила его с кем-нибудь из друзей, а не с этими двумя битюгами?»
Где-то сзади, по ту сторону скверика, гомон играющей ребятни перекрыло тявканье мелкой собачонки. Не оборачиваясь, Джанет задумалась, не завести ли и ей домашнего питомца.
«Кого бы лучше, собаку или кошку?»
Терзая слух, пронзительное тявканье неуклонно увеличивалось по громкости.
«Почему больше всего шума исходит от мелких шавок?
Наверное, какая-то моська полагает, что защищает свою хозяйку».
Джанет со вздохом поглядела на приставленных к ней телохранителей.
«Они здесь больше для того, чтобы не дать мне сбежать.
Свою работу они делают исправно, только хоть раз бы улыбнулись».
Яростный лай все усиливался, и Джанет мельком оглянулась через плечо, поглядеть, в чем причина. Сбоку от качелей на негнущихся ногах уперся короткошерстный пуделек и лаял во всю свою мохнатую голову. Поперхнувшись ругательством, застывшим на кончике языка, Джанет вытаращила глаза в ужасе. Там, припав брюхом к земле, к скверу подбиралась огромная неуклюжая тварь, определенно не из этого мира.
Гибко поводя хвостом, черная, похожая на кошку бестия пробиралась вперед, сосредоточенная всецело на своей добыче. Кто это, сомнений быть не могло. Глазом не моргнув, хищная нежить смахнула собачонку в сторону и продолжала двигаться прямиком в сторону Джанет.
«Черт побери!»
Между тем никто в парке будто и не подозревал об этом грозном существе. Никто, кроме той собачки. От слова «вообще». Джанет взглянула на телохранителей, которые продолжали поглядывать вокруг со скучливым безразличием.
«Они ничего не видят!»
Когда зверь был уже всего в нескольких метрах, Джанет за долю секунды определилась с решением.
«Нельзя допустить, чтобы те люди погибли только потому, что мне вздумалось прошвырнуться по магазинам».
Краем глаза она видела, как рычащая бестия собиралась с силами, готовясь перекинуть свою мускулистую тушу через кованую ограду сквера.
«Но куда же бежать?»
В этот момент Джанет услышала, как ее окликнули по имени. Обернувшись, она изумленно увидела Томаса. Он балансировал возле ближнего бордюра верхом на своем «лайтнинге». Облегчение нахлынуло, наполняя веселой легкой силой.