Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Внимание Адама Кэйзелла привлекла многочисленная группа местных ребятишек, вошедшая в фойе, — довольно странное явление для такого роскошного отеля, как «Ле Рояль», туристической Мекки Пномпеня, особенно в час коктейля. Адам как раз направлялся в знаменитый «Элефант-бар», где его уже ждали коллеги, но остановился, чтобы посмотреть на живописную группу — все дети, одетые в одинаковые черные штаны и белые блузы независимо от пола, были оживлены и чем-то взволнованы.
А потом он увидел сопровождавшую их девушку и застыл как вкопанный. От ее изысканной экзотической красоты у него перехватило дыхание, сердце норовило выскочить из груди, а в голове не осталось ни единой мысли.
Ее бледная гладкая кожа светилась, как жемчужная раковина.
Длинные блестящие черные волосы струились по спине до самой талии.
Черные бархатные глаза в обрамлении длинных густых ресниц имели миндалевидную форму с чуть приподнятыми вверх уголками.
Прямой элегантный носик с идеально вырезанными ноздрями и самый чувственный из всех виденных Адамом рот — полные розовые губы без признаков помады — завершали совершенную картину. Насколько Адам мог видеть, на лице девушки вообще не было косметики — природное произведение искусства.
Она не была камбоджийкой, как дети.
Она была высокой и стройной, обладала врожденной грацией, и какую бы страну она ни называла своей родиной, было видно, что в ней смешались гены самых различных рас. Адам не сомневался в том, что раньше не видел этой девушки. Она не имела себе равных по красоте даже среди того легиона неизменно красивых женщин, которые прошли через жизнь Адама.
Сконцентрировав все свое внимание, Адам мысленно приказал ей посмотреть на него.
Она не посмотрела.
Она была полностью поглощена детьми, которые смотрели на нее, как на богиню, сошедшую с небес на землю.
— Кого я вижу! — Удивленный возглас исходил от его нынешней любовницы Талии Лимэн. — Вот уж кого не ожидала тут встретить, так это Розали Джеймс! — Собственническим жестом она взяла Адама под руку.
Когда он покидал их номер, Талия сушила феном свои длинные белокурые волосы — занятие, всегда навевающее на Адама скуку, переходящую в раздражение. Он бросил быстрый взгляд на свою спутницу, чтобы убедиться, что она говорит именно о заинтересовавшей его девушке.
Сомнений не было, поскольку взгляд Талии был направлен именно на нее. Она подняла руку и крикнула:
— Розали! Привет!
Незнакомка нахмурилась, затем подняла голову и осмотрелась. Взгляд блестящих темных глаз скользнул по Адаму и остановился на Талии — извиняющаяся улыбка, приветственный кивок, и снова все ее внимание сосредоточилось на детях.
— Должно быть, ее очередная благотворительная акция, — прокомментировала Талия. — Пойдем, дорогой. Все уже наверняка ждут нас в баре.
То, что незнакомка не заметила его, задело Адама. Это было по меньшей мере непривычно, — при росте метр восемьдесят пять, широких плечах, мускулистой фигуре и лице, которое большинство женщин находило красивым, Адам выделялся в любой толпе. К тридцати восьми годам в его темно-русых волосах появились первые седые нити, но это лишь придавало ему шарма.
— Кто такая Розали Джеймс? — требовательно спросил он у Талии.
Ответом ему был недоверчивый взгляд.
— А ты не знаешь?
— Если бы знал, не спрашивал, — резко ответил он. Ему была нужна информация, а не бессмысленные пререкания.
Розали — королева подиума. Самые знаменитые европейские и американские модельеры считают большой удачей, если она соглашается представлять на показе их творения. В случае ее согласия все остальные модели для них просто не существуют.
— Мне послышался цинизм?
Талия криво усмехнулась.
— Это чистая правда — ей первой делаются все выгодные предложения. Но на нее даже злиться невозможно. Знаешь, когда она не занята, то все свое время посвящает детям-сиротам. Могу поспорить, что Розали отдает на благотворительность все свои баснословные гонорары. В свете она появляется очень редко, на вечеринках и прочих тусовках не бывает вовсе. — Талия бросила на Адама понимающий взгляд. — Розали — не твой тип, дорогой.
— Не мой, — согласился он, и они прошествовали в бар.
Но Розали Джеймс не шла из его головы, ее образ отпечатался в его сознании, интригуя и раздражая одновременно. Почему такая красивая и известная девушка тратит на благотворительность все свое свободное время, не говоря уже о деньгах? Что ею движет?
Адам любил вызов. Эйфория от очередного успеха в бизнесе быстро проходила, поэтому, наладив дело, он немедленно брался за следующее. Его очередной задумкой было наладить регулярные авиаперелеты в Юго-Восточную Азию, но не по традиционным туристическим маршрутам, а по еще мало освоенным. Именно поэтому он и находился сейчас в Камбодже.
По мнению Адама, в Камбодже есть много что посмотреть и чему удивиться. Здесь, в Пномпене, — Королевский дворец и Серебряная пагода с потрясающими фигурами Будды, одна из которых инкрустирована девятью тысячами бриллиантов, другая выполнена из хрусталя баккара. А Ангкор-Ват — потрясающий комплекс храмов, построенных в двенадцатом столетии? Его по праву можно считать одним из чудес света, достойным внимания и восхищения.
Адам привез с собой нескольких ответственных работников компании, разрешив им взять в поездку своих женщин, и когда они с Талией вошли в «Элефант-бар», все они уже были там, бурно делясь впечатлениями от посещения Ангкор-Ват. Оставив Талию с ними, Адам отошел к стойке, чтобы заказать напитки.
— Я видел, как в отель вошла группа местных детей, — сказал он, обращаясь к бармену. — Что они здесь делают?
— Они пришли спеть перед группой туристов, которые согласились участвовать в лотерее, весь сбор от которой будет перечислен в их приют. Такое благодарственное выступление. Это мисс Джеймс все организовала.
— Вы знаете мисс Джеймс?
Бармен кивнул и улыбнулся.
— Дети называют ее ангелом. Она и поет как ангел. Она очень много делает для здешних сирот.
Адам нахмурился. Ангел? Она вовсе не показалась ему бестелесным существом. Ее воздействие на него было весьма и весьма физическим. Чувственным. Сексуальным. Тем более его задело полное невнимание к его персоне. Даже отвечая на приветствие Талии, она полностью проигнорировала ее спутника, как будто ей совсем не было интересно, кто сопровождает ее коллегу по подиуму.