Чтение онлайн

— Верно.

Папа улыбнулся, но нельзя было не заметить вспышку грусти в его глазах. Его главной задачей было обеспечить безопасность семье, но в корне всего этого был ребёнок, которого у него украли. Как же он мучается. Чтобы защитить других членов семьи, он вынужден притворяться, что не знает о своём сыне.

Он прочистил горло.

— Я собираюсь в кабинет, мне надо позвонить.

— Я приготовлю нам кофе, — чересчур воодушевленно сказала я. — Если ты не израсходовал все мои запасы.

— Я бы не посмел.

Папа усмехнулся, и от звука его смеха мне стало теплее на душе.

Как только он вышел из гостиной, груз всего, что я узнала, снова обрушился на меня. Двигаясь на автопилоте, я поставила вариться кофе и вытащила две большие чашки. Всю прошлую неделю я тонула в своих страданиях, размышляя о том, что я потеряла. И это не шло ни в какое сравнение с тем, что пережили родители и потерями нашей семьи.

Калеб жив. Интересно, сколько раз мне придётся повторить себе эти слова, прежде чем они осмыслятся. Я вспомнила, как вместе с родителями все эти годы посещала его могилу, смотрела на крошечное белое надгробие и представляла какой бы была жизнь, если бы брат был жив. Я в жизни не могла себе представить сценарий, в котором он был украден фейри и выращен как коронованный принц Благих. Или что если я обмолвлюсь лишь словом об том с кем-нибудь, монстр, которого он зовёт матерью, убьёт всю мою семью.

Кофе сварился, и я вдохнула богатый аромат, разливая его по чашкам. По крайней мере, хоть что-то не изменилось. Я приготовила папе кофе именно так, как он любил, а потом приготовила для себя. Всю неделю я была в жуткой депрессии, что даже не могла думать о еде, и запах кофе помог мне понять, как сильно я по нему скучала.

Я поднесла чашку к губам и закрыла глаза, желая насладиться первым глотком.

А потом я выплюнул кофе, забрызгав всю кухню.

Я поставила чашку на стол и побежала к раковине. Склонив голову над краном, я прополоскала рот от ужасного привкуса. Вкус был горьким и зольным. В голов полезли мысли, что, наверное, именно так на вкус ощущается жжёная земля. Неважно сколько раз я полоскала рот, я не могла избавиться от привкуса.

Подняв голову, я вытерла рот рукавом и уставилась на остатки кофе в кофейнике. Кто-то меня разыграл. Подменил мой кофе на эту жуткую субстанцию и…

Осознание стало холодным душем, и я взревела так, что банши позавидовала бы. В кухню вбежал папа. Глаза широко распахнуты, словно он ожидал увидеть тут Благую стражу, напавшую на меня.

— Что случилось? — запыхавшись, спросил он.

— Я ненавижу кофе, — взвыла я.

Он в замешательстве уставился на меня, и вскоре понимание отразилось на его лице.

— Прости, дорогая. Это должно было случиться.

Я склонила голову, чтобы он не смог увидеть стоявшие в глазах слёзы.

— Джесси, — произнёс папа одновременно со звонком в дверь.

Я схватила бумажное полотенце и вытерла учинённый беспорядок, пока он ходил узнать, кто нанёс нам визит. Учитывая, каким был сегодняшний день, вероятно за дверью стояла Королева Анвин.

Я не стала смотреть кто пришёл, но услышала бормотание мужских голосов. Через несколько секунд послышались шаги, и я подняла глаза на хмурое лицо Фаолина. Я бы предпочла, чтобы это была Благая королева.

— Ты плачешь? — бесцеремонно спросил он.

Я бросила влажное полотенце в мусорку.

— Я просто очень рада видеть тебя.

Он нахмурился, но я уловила проблеск веселья в его глазах, что ещё больше взбесило меня. Его острый взгляд скользнул мимо меня к кофемашине и двум чашкам на столе. Он быстро сложил дважды два, и в классической манере Фаолина, он сказал:

— Ты плачешь потому что больше не можешь пить эту фигню?

Я злобно зыркнула на него.

— Это не из-за кофе.

Мне не надо было добавлять слова «ты бездушный придурок», потому что мой тон и так говорил об этом.

— Тогда в чём дело?

— Ни в чём.

Он был последним человеком, с кем я собиралась откровенничать. Я даже с папой об этом не разговаривала. С того дня как я очнулась фейри, я пыталась найти утешение в том, что я всё ещё выглядела и чувствовала себя человеком. У меня не было ни магии, ни силы фейри, и железо не влияло на меня благодаря камню богини. И пока ничто из этого не изменилось, я могла притворяться, что была всё той же прежней Джесси.

Я скрестила руки.

— Зачем пришёл, Фаолин?

— Я принёс тебе немного еды.

Он поставил пухлую матерчатую сумку на стол.

Я подозрительно покосилась на сумку.

— У нас достаточно еды.

— Человеческой еды.

Он развязал шнурок на сумке и вытащил различные фрукты, некоторые из которых я узнала. Также там оказалась бутылка зелёного сока и две небольшие круглые буханки тёмного хлеба. Сок очень напоминал тот, что Фарис пил во время своего выздоровления.

Фаолин закончил выкладывать продукты и посмотрел на меня.

— Твой отец сказал, что ты почти ничего не ешь с момента возвращения домой.

— Да?

Я бросила на папу укоризненный взгляд. Он пробыл у двери не так долго, чтобы обсудить мои пищевые предпочтения, а это означает, что он переговорил с Фаолином до его внезапного визита.

Папа прислонился плечом к стене, выглядя при этом ничуть не раскаявшимся.

— У тебя особые пищевые потребности, которых раньше не было, а я не знал, что именно надо купить.

— Фейри могут есть человеческую пищу, — напомнила я им.

— Да, но нам также требуется питательная ценность своей еды, — Фаолин поднял фрукт, чем-то напоминающий удлинённую розовую грушу. — Тебе проще всего будет переварить фрукты и сок, пока твоё тело не приспособится к переменам. Можешь поесть фейского хлеба, но только маленькими порциями поначалу.

— Что? И никакого стейка из крукка? — съязвила я.

Крукки были главным источником мяса в мире фейри. Они выглядели как сморщенная версия мохнатого мамонта и их выращивали как домашних, прямо как у нас скот.