Чтение онлайн

Она все поняла по его глазам, почувствовала летящее в ее спину заклинание. Время замедлилось до предела, но она знала, что не успеет, а если успеет, то на линии огня окажется он. Она бы никогда не простила себе этого, Ксаниэль не мог погибнуть из-за ее нерешительности, из-за ее неверия. Она не ошиблась, они тоже пытались противостоять совету магов, вывести их на чистую воду. Кэриен никогда бы никому бы не позволил влиять на короля с помощью магии или как-то иначе. Для понимания хватило мгновения, а уже в следующее боль разорвала ее тело, королева не успела даже крикнуть, как провалилась в спасительную темноту. И тело любимой обмякло в руках короля, что в последний момент успел подхватить ее за плечи. Лишь одинокая мысль пронеслась в этот момент в голове Эллис, - он станет достойным приемником, и доведет ее дела до конца, ну а она…, она, зато узнает, что же бывает после смерти.

Но Ксаниэль не мог позволить ей умереть. Только не сейчас, когда они были в шаге от решения всех проблем, когда не осталось смысла в дурацкой сделке, когда больше ничего не стояло между ними. Он с нечеловеческой скоростью уложил ее на землю, и запел. Сильнейшая эльфийская магия построена на темпе, ритме, размере строфы и, конечно же, интонации голоса. Он знает заклинание способное остановить разрушительную деятельность того, что поразило его любимую, и его голос не дрогнет. И не важно, что заклинание находится за пределом его сил и способностей, у него их хватит, непременно, иначе и быть не может. Первые не позволят уйти своей избраннице так быстро. Он верил, что и она справится, что жизненно важные органы еще не задеты, что она сильная, она выкарабкается, потому что тут у нее осталось еще много неоконченных дел, потому что тут остался народ, которому она очень нужна, со всеми ее невероятными идеями и представлениями. Он пел и вкладывал эту веру в заклинание, а мир пел вместе с ним, потому что не мог отпустить ту, что так любила с ним поболтать. Ту, что спрашивала совета, но и не забывала делиться радостью. Мир очень любил, когда ему радовались чисто и искренне, несмотря на проблемы и неудачи, просто потому, что жизнь достойна того, чтобы ей радовались. Голос оборвался на последней самой высокой ноте, не доступной большинству смертных. Черты лица королевы разгладились, заклинание больше не рвало ее тело изнутри, и она все еще дышала, пусть едва заметно, но дышала, и сердце продолжало биться, пока еще робко, неуверенно, как бы не понимая, что за напасть приключилась. А дальше она справится сама, потому что она сильная и никогда не сдается, даже на пороге смерти.

Король утер выступивший пот, и позволил себе облегченный вздох. Сейчас, когда боль не искажала ее лицо, он заметил на нем улыбку, ту улыбку ее последней мысли, и понял, что больше никому и никогда не позволит причинить ей боль. Аккуратно взяв супругу на руки, Ксаниэль стремительным и в то же время плавным шагом направился во дворец, теперь ей нужны совсем другие лекари.

Герцогиня со скорбным выражением лица, полным искренней тревоги и печали пребывала в женской комнате вместе с фрейлинами королевы и прочими придворными дамами. Они собрались здесь, едва весть о несчастье, приключившемся с королевой, облетела дворец. Она устроилась в неприметном углу комнаты, пока еще не время привлекать к себе внимание, да и лучшего места для наблюдения тоже сложно придумать. Сейчас самое время окончательно понять кто и как относится, к вне всякого сомнения покойной королеве, ведь ей очень скоро придется озаботиться созданием своей собственной свиты. И в этом ее и только ее заслуга, без ее вмешательства маги оказались неспособны даже на такую малость как устранить ее величество. А стоило всего-то, разглядев нестерпимое желание короля поговорить с супругой, невзначай, естественно через дур придворных натолкнуть того на мысль сделать это в любимом месте королевы, там, где уже установлена ловушка. И ловушка сработала. Дважды. Ведь королю у которого на глазах погибла "любимая" непременно понадобится утешение, да и чувство вины, можно будет так интересно использовать…

Темнота…

Эллис поняла, что вновь способна мыслить. "Мыслю, значит, существую", мгновенно всплыло в памяти изречение древнего философа. И королеве стало интересно, это ли, то самое существование бессмертной души после смерти бренного тела, и почему, собственно говоря, так темно.

–  Может, попробуешь открыть глаза, - произнес ее собственный голос в ее же сознании.

–  А они у меня разве закрыты?
– спросил в ответ брат близнец первого.

–  Похоже, у меня шизофрения, разговариваю сама с собой, - тут же вмешался третий.

Немного подумав, теперь уже, наверное, бывшая королева решила последовать совету своего первого гласа, и попыталась открыть глаза. Словно отозвавшись на ее мысли, пришло ощущение тела, пусть чувствовалось оно плохо, пусть оно почти ее не слушалось, но она его ощущала. Веки сотворенные, словно из свинца, никак не желали подниматься, и лишь после десятого усилия ей удалось их разомкнуть. Все вокруг мгновенно залили свет и где-то на грани слуха, она уловила удивленные вздохи. От яркого и непривычного света на глазах выступили слезы, и сквозь их пелену стало прорисовываться знакомое лицо.

–  Откуда тут быть Эссси?
– неподдельно удивился очередной ее голос.

–  Это рай, дорогуша и теперь мы будем вместе навсегда, - подколол ее другой голос, так и лучащийся оптимизмом.

–  Ага, размечталась, а может, я еще жива?
– озвучил мысли еще более оптимистично настроенный.

–  Точно прогрессирующая шизофрения, - безапелляционно изрек в ответ еще один скептически настроенный голос.

–  Слава Первым, она пришла в себя!
– а вот этот голос явно прозвучал не в ее голове, и так же несомненно принадлежал дракону, чье сияющее лицо она недоуменно наблюдала. Чувства возвращались стремительно, сметая все на своем пути, подобно горной лавине. Сейчас она уже ощущала сильную сухость во рту, а про то, что там, словно коты нагадили и упоминать не стоит. Краем еще не до конца вернувшегося в норму зрения королева уловила еще пару счастливых лиц, герцог и король сияли, ничуть не меньше дракона.

Эллис попыталась сказать, что хочет пить, но уста извлекли лишь едва уловимый сиплый хрип.

–  Воды, она хочет пить, - голос Эссси все еще звучал, как не в этой реальности.

Интересно как он понял, - подумала королева, а потом вспомнила о его эмпатических способностях, и с удовольствием почувствовала, как живительная влага наполняет ее рот. Теперь Эллис ощущала себя на порядок лучше, и была крайне благодарна Первым за то что у нее ничего не болит. Отголоски той дикой боли еще не выветрились из ее памяти, и испытывать вновь нечто подобное совершенно не хотелось.

–  А теперь по порядку, все, что я пропустила!
– королева едва шептала и голос ее дрожал, но, тем не менее, она смогла вложить в него властные нотки. Трое мужчин недоуменно переглянулись. В качестве первых слов спасенной девушки, они явно ожидали услышать нечто другое. Но спорить никто и не подумал.

–  Ну, ваши с его величеством Шссаришнаэссси планы, думаю, тебе известны лучше, чем мне. А наши, пожалуй, лучше расскажу я, а то твой супруг от переживаний за тебя еще в себя не пришел.

Сам Кэриен тоже едва пережил тот миг, когда увидел почти безжизненное тело на руках короля. Но он не имел права терять от этого голову, поэтому дурные мысли и переживания отогнал привычной бурной деятельностью.

–  Я и сам испугался, когда увидел Ксана с тобой на руках. Но мой рассказ стоит начать с твоей памятной речи на всю страну. Вскоре после нее в летней резиденции появился маркиз Даберен и начал всячески обихаживать нашего короля и его ближайшее окружение. Вовремя вставленное слово, фраза, предложение, а кое-где и легкая магия разума. Действовал он конечно тонко и аккуратно, но чтобы повлиять, таким образом, на меня либо Ксана этого недостаточно. Это даже обидно, что маги так недооценивают наши способности и возможности, впрочем, это же говорит о том, что предпринятые меры по дезинформированнию в свое время прекрасно удались. Даже контроль над нами они осуществляли через использование прослушки, заклинания которое совершенно бесполезно ставить на магов, особенно с эльфийской кровью. Но именно благодаря этим просчетам противника, оказалось возможно, начать нашу игру. Поэтому поиски возглавивших заговор и свидетельств против них я передал своему заму и позволил СБ поработать автономно, лишь регулярно получая и читая отчеты о проделанной работе. Мы же с Ксаниэлем сосредоточились на игре в сторонников маркиза. Кроме того, я надеялся, что ты не останешься в стороне, и стоит сказать, не ошибся, хотя решись я скоординировать наши действия раньше, и возможно результат получился другим… Но в тот момент почти невменяемый король с едва живой королевой на руках оказался именно тем, что нужно. Никто из нас никогда бы не смог сыграть подобного, а так в стенания короля, в его желание вызвать непременно совет магов в полном составе для выявления виновных в твоей смерти все поверили безоговорочно и главное сами маги тоже. Но это произошло немногим позже, а пока лучшие лекари стабилизировали твое состояние, мы с Ксаном в соседней комнате пытались придумать, как воспользоваться сложившейся ситуацией и как оперативно выйти на твоих друзей. Но эту проблему они решили за нас. До сих пор не могу спокойно вспоминать как посреди комнаты во дворце, в который просто невозможно телепортироваться извне, кроме как в несколько специально предназначенных для этого местах, появляются повелитель демонов и повелитель драконов. И первый из них просто мечет гром и молнии, с порога обвиняет нас во всех смертных грехах, и пока мы приходим в себя от этого шоу, умудряется сцепиться с твоим мужем. Его величеству Шссаришнаэссси пришлось приложить немало сил, дабы разнять драчунов, поскольку Ксан тоже завелся и драку прекращать совершенно не желал, не особо стесняясь в выражениях высказывая все, что он думает о нелюди похищающей и соблазняющей его законную супругу. Но самое удивительное они даже синяков друг другу не наставили, так только особо помятый вид приобрели.

–  У нас постоянная связь с твоим амулетом, - неожиданно вступил Эссси, - и мы сразу почувствовали, что ты на пороге, а при условии, что это был день покушения, мы сразу же связались с Тришем, чтобы как можно быстрее попасть во дворец. И, к сожалению, мы были не слишком многословны, вот он и завелся, накрутил себя со свойственной демонам беспечностью.

–  Но мы потом все выяснили и помирились, - слишком уж печально сказал король, присутствие соперников его совершенно не устраивало, но без них они бы просто не справились.