Чтение онлайн

— Не знала, что ты поклонник баскетбола.

— Я и не был.

— Неудивительно, что у нас не складываются отношения, — она должна была знать. — Кроме того, я не слышала, чтобы ты женился?

— Слухи о моей помолвке были сильно преувеличены.

— Трудно представить, особенно при подкупающей особенности твоего характера.

Слева Вероника/Саванна дернулась в своем кресле, ее поддельные ресницы заколыхались, вилка громко упала на тарелку. Ее цветные линзы полыхнули на Самуэля Ти., ублюдок небрежно вытер рот дамасской салфеткой.

Самуэль Ти. даже не смотрел на свою подругу. Нет, он смотрел на букет роз, а вернее прямиком на Джин.

Сукин сын.

Специально Джин повернулась к Ричарду и улыбнулась.

— Ну, я рада твоей компании.

Ричард кивнул и возобновил отрезать филе миньон.

— Это уже больше похоже на правду. Пожалуйста, не останавливайтесь.

Джин сладко говорила, хотя понятия не имела, о чем лепетала. Но Ричард периодически кивал и отвечал ей, поэтому видно она делала свою работу хорошо, в области ведения разговор за столом… поскольку, совершенно не была заинтересована в этом разговоре, так же как и в оргазмах, от мужчины, который ее совершенно не интересовал, поскольку во всем этом у нее было предостаточно практики, в чертовом притворстве.

И все же она ненавязчиво следила, что делал Сэмюэль Ти. И для нее это оказалось болезненным.

Его глаза горели, когда он смотрел на нее. И все время, как он и обещал, девица рядом с ним боролась, сохранитьяя свое самообладание.

— …берегу себя для тебя, — заявил Ричард.

Джин нахмурилась, эта определенная комбинация слов, ее насторожила, несмотря на ее озабоченность другим.

— Что ты сказал?

— Я собирался жениться, но потом смирился с твоим отцом, вот почему я разорвал помолвку.

— Смирился с моим о… о чем ты говоришь?

 Ричард холодно улыбнулся.

— Твой отец и я пришли к соглашению о нашем будущем. В обмен на женитьбе на тебе, я готов предоставить определенные условия поставок компании «Брэдфорд Бурбон», — он специально подчеркнул слова «определенные условия».

Джин моргнула, затем покачала головой.

— Я не верю своим ушам.

— Да, ты не веришь. Я даже купил кольцо с бриллиантом.

— Нет, нет, нет… подожди минутку, — она отбросила салфетку, хотя и не поела, словно за столом не сидело еще тридцать одного человека. — Я не выйду за тебя замуж или еще за кого-нибудь.

— На самом деле...

— Я совершенно уверена, что ты «купил» себе место за этим столом. Но никто не заставит меня, черт побери, это сделать, даже включая моего отца.

Она, хотя в это трудно было поверить, не сомневалась, что ее дорогой отец мог продать ее, как привилегию, по семейному курсу акций.

Ричард пожал плечами под дорогим костюмом.

— Это ты так говоришь.

Джин посмотрела через стол на Уильяма Бодвейна, который сидел во главе стола, словно восседая на троне, охраняющего его от падения в окружении своих подданных.

Он не чувствовал на себе ее свирепого взгляда и не подозревал, что бомба уже была сброшена… или, возможно, он специально все так и спланировал, понимая, что Ричард не сможет не проболтаться, а она не сможет закатить сцену при свидетелях.

И, черт возьми, ее отец был прав. Насколько она хотела вскочить и начать орать, настолько же она не могла унизить имя Брэдфордов при всем высшем свете… конечно, не с Саттон Смайт и ее отцом, Рейнольдсом, в этом зале.

Слева, раздавшийся стон был прикрыт деликатным покашливанием.

Джин перевела свирепый взгляд от отца к Самуэлю Ти, который незамедлительно кивнул ей... и послал воздушный поцелуй.

— Да, вы можете забрать ее тарелку, — услышала она, как Ричард сказал официанту. — Она закончила…

— Прости? — Джин повернулась к Ричарду. — Но ты не имеешь права…

— Я одобряю твое отсутствие аппетита, но позволь судьбе получить шанс? — Ричард кивнул официанту. — И она не будет десерт.

Джин наклонилась к мужчине и улыбнулась. Шепотом, она сказала:

— Не беги впереди паровоза. Я помню дни, когда ты набивал свои трусы носками — двумя парами, потому что одной было слишком мало.

Ричард столь же тихим голосом, ответил:

— Не притворяйся, что ты можешь что-то об этом знать.

— Посмотри на меня.

— Еще больше ожидаю тебя, — он прислонился к спинке стула и взглянул на нее с самодовольным выражением мужчины, который имеет в рукаве флеш-роял. — Осталось не слишком долго. Вес каратов на твоем пальце идет на часы.

«Я убью тебя, — подумала она про себя, посмотрев на отца. — Да поможет мне Бог, я убью тебя».

Лиззи свернула на проселочную дорогу, срезая путь через простирающиеся кукурузные поля, которые едва подходили для ее Yaris. Деревья стояли на страже по обе стороны дороги, посаженные в разнобой, а не по аккуратной линии, поэтому одной машины было вполне достаточно на этой узкой проселочной дороге, поскольку здесь явно не присутствовала рука ландшафтного дизайнера. Кроны деревьев, переплетаясь ветками, формировали навес, который был весной ярко-зеленым, изумрудным летом, желто-оранжевым осенью и оголенным зимой.

Как правило, этот путь был началом ее отдыха, четверть мили от ее дома, декомпрессионной камеры, и она часто ловила себя на мысли, что это было единственное место, где она была в состоянии спать после целого дня решения всевозможных вопросов в Истерли.

Но не сегодня.

Потому что сегодня, ей хотелось оглянуться через плечо и убедиться, что никого нет у нее за спиной, на заднем сиденье автомобиля. Хотя на заднее сиденье мог уместиться только двенадцатилетний ребенок, но все же. Она чувствовала, будто ее преследовали. Гнались за ней. Хотели ограбить... хотя ее кошелек лежал в сумочке, и она, по сути, была единственной взвинченной в автомобиле.