Чтение онлайн

С регенерацией у одаренных полный швах. Поэтому кланы предпочитают иметь собственных целителей, а по всей стране разбросаны частные клиники. Не все рождены, чтобы стать бойцами. Талантливые врачи-стихийники ценятся на вес золота неспроста. Многие аристократы сумели выжить после дуэлей и родовых войн исключительно благодаря частным клиникам.

Волхвы — другое дело.

Я преобразую эфир в жизненную энергию и наспех заштопываю пострадавшую конечность. Безо всяких водных техник и медицинских дипломов.

Штаны пропитались кровью.

Характерное бурое пятно ни с чем не спутаешь, так что придется обновлять гардеробчик.

Если выживу.

Боль сменяется жаром и покалыванием. Верный признак ускоренной регенерации тканей. Завтра утром останется белый шрам, потом и его уберу. Радует, что попадание не прямое.

Нагнувшись, подбираю пистолет.

Огнестрельное оружие известно в большинстве миров, которые мне удалось посетить. Есть реальности технологичные, без малейших признаков магии. Там всё ограничено пороховыми газами, калибровкой и нарезкой стволов. В моем прежнем мире, чтобы успешно бороться с тварями, государевы конструкторы научились усиливать пули эфиром. Здесь на службу оружейникам встали четыре стихии.

Верчу странную игрушку в руках.

Ствол у пистолета короткий, но оснащенный компактным глушителем. Именно компактным — по длине не больше спичечного коробка. Вижу затвор и флажок предохранителя. Спусковой крючок тоже на месте, как и скоба.

Удерживая рукоять правой рукой, я отвел защелку магазина большим пальцем левой, оттянул крышку указательным и извлек емкость с патронами. Магазин оказался прозрачным. Внутри — два закругленных цилиндрика. Упокоенный охотник расстрелял почти весь боезапас.

Что я могу сказать?

Девять миллиметров.

Классика.

Но меня поразил другой факт. Оба патрона светились. Рубиново-красная линия залегла в канавке между гильзой и капсюлем. А еще на поверхности патрона присутствовал некий замысловатый узор, подсвеченный голубым.

Подозреваю, что пистолет рассчитан на бой с одаренными. А еще интуиция подсказывает, что игрушка дорогая и эксклюзивная. Прихвачу-ка я трофей и разберусь с его начинкой попозже.

Магазин — обратно в рукоять.

Обыскав мертвого Мастера, нахожу подмышечную кобуру с двумя запасными магазинами в гнездах. Снимаю хабар с трупа и вместе с тонфами упаковываю в рюкзак.

На войне как на войне.

Принюхиваюсь к окружающей реальности на трех планах. Во дворе безлюдно, жильцы боятся нос высунуть. Ветер врывается в переулок и шумит кронами уцелевших деревьев. Мирно догорает водитель мусоровоза. Канализационный люк, если его повесить на ветку, вполне может вдохновить какого-нибудь художника-сюрреалиста на написание картины.

Эфир спокоен.

Куда исчез корректировщик?

Или не исчез, а притаился…

— Стоять на месте.

Голос раздается прямо за моей спиной. «Чутье» об опасности не предупредило. Значит, обладатель голоса очень крут. И пользуется приемами, о которых я даже не слышал.

Уверенный и спокойный голос.

Не предвещающий ничего хорошего.

— Применишь одну из своих техник — умрешь, — добавил голос. — Не трогай рюкзак, мой тебе совет.

Жду.

Я не чувствую нового противника — и это напрягает. Либо за мной прислали Архимага, либо обладатель тусклого, но властного баритона по уши обвешался артефактами. Причем, церковными.

Второе, что меня смутило, — арка. Вход во двор отлично просматривается с моей позиции, но это не помогло. Некто пробрался в каменный мешок незамеченным.

Или подъезды сквозные?

— Повернись.

Исполняю приказ.

Их двое.

Не могу сконцентрироваться на лицах и очертаниях фигур. Значит, мимикрия. И «отвод глаз» — хороший, уверенный. Даже рост незнакомцев представляется некой ускользающей переменной.

— Не имею чести вас знать, — сверлю взглядом нехороших пришельцев. Параллельно «щупаю» их в астрале, но там всё глухо. От слова «совсем».

— Экспедитор первого класса Витольд Домбровский, — представился человек справа. — Приказ тайных дел Его Императорского Величества.

Таки добрались.

— Помощник экспедитора Василий Тьма, — отрекомендовался спутник Домбровского.

Я подавил улыбку.

Интересная фамилия.

— Чем могу служить, господин Домбровский?

Лихорадочно просчитываю варианты бегства. О противостоянии и речи идти не может — способности моих оппонентов покрыты мраком неизвестности, а слухи о Приказе среди дворян ходят жутковатые. Тамошние оперативники именуют себя экспедиторами по стародавней традиции, а их классификация зависит от мощи и боевого опыта. Так вот, со мной вполне мог бы совладать и четвертый класс, учитывая их уровень подготовки, артефакторику и применяемые технологии. А уж на первоклассного экспедитора, да еще с помощником, точно рыпаться не стоит. Оружия в руках незваных гостей, кстати, не видно.

Побег?

Думаю, такой сценарий ими предусмотрен. Поэтому разумнее выяснить, чего эти ребята хотят. Собрать информацию. И принять единственно верное решение.

— Мы хотим поговорить, — Домбровский подпустил немного доброжелательности, — в более спокойной обстановке.

— В мой адрес выдвинуты обвинения? — гну свою линию.

— Пока — нет, — экспедитор делает акцент на слове «пока». — Есть подозрения, которые мы всеми силами стремимся развеять, Ваше Сиятельство.

Ага.

Сразу дали понять, что легенда Кена Мори шита белыми нитками.

— О каких подозрениях идет речь? — ментальная защита упырей непрошибаема. Прямо стена железобетонная, а не защита. Что укрепляет меня в мыслях о засекреченной артефакторике.

— Причастность Сергея Друцкого к международному Клану Когтей, — выдает Домбровский. — Также есть основания полагать, что вы, Сергей, успешно применяете в бою все четыре стихии. Подобные… хм… таланты всегда привлекают внимание госслужб.

— Уверен, вы ошибаетесь.