Кот кричит
Шрифт:
Что бы это значило? Понятия не имею!
Я наспех причесалась и поспешила навстречу своему другу Райану Энгелю.
Райан поджидал меня на подъездной дорожке. Сидя на велосипеде, он расчесывал свои волнистые каштановые волосы. Райан очень заботится о своих волосах. При виде меня, он убрал расческу в карман и одарил меня белозубой улыбкой.
Райан красавчик, и ему это известно. Но у него, к тому же, отличное чувство юмора, а еще он умный и добрый.
— Та-да-а-а! — пропел он, когда я вытаскивала свой велик из гаража. — А вот и она — великолепная Элисон Мур! Кланяйтесь!
— Хорош уже, — буркнула я, перекидывая ногу через седло. Велосипед у меня новенький. Мне его подарили на двенадцатый день рождения несколько недель назад. Он имеет что-то около ста миллионов переключателей скорости, с которыми я до сих пор не успела толком разобраться. На старом-то велике никаких переключателей скорости не было.
— Помнишь свои реплики? — спросила я, когда мы с Райаном покатили вниз с холма. Я переключала скорости с одной на другую. Сказать по правде, я плохо понимала, что делаю.
— Некоторые, — ответил он. — А с остальными тебе придется мне подсобить.
— Что?! Как я, по-твоему, могу запомнить твои слова? — возмутилась я. — Я и свои-то еле помню! — Я сбавила скорость, когда холм резко пошел вниз под уклон.
Мы с Райаном получили главные роли в школьном спектакле. Это мюзикл, который наш учитель музыки, мистер Кинс, сочинил сам.
Я играю принцессу, живущую в вымышленном королевстве. А Райан — воришку, который пробрался в замок под видом принца. Он тырит королевские сокровища, но я все равно в него влюбляюсь.
Пьеса называется «Принцесса и похититель сокровищ». Она очень веселая. Но там та-а-а-ак много реплик, и все нужно знать назубок! Плюс не менее дюжины песен.
Мы с Райаном все свободное время проводим в попытках выучить свои роли. Мы всегда репетируем песни по дороге в школу — а дотуда восемь кварталов.
Вот и теперь, выехав на середину Брод-Стрит и постепенно набирая скорость, мы затянули песню. Улица эта идет под гору, так что медленно ехать по ней никак не возможно.
— Ра-а-ады вас пр-р-риветствовать мы в замке кор-р-роле-е-евском! — пропели мы. — И знайте, что вас примут там всегда по-кор-р-роле-е-евски!
Я открыла рот, собираясь перейти к следующему куплету. Но спеть его мне было не суждено.
Сначала я увидела красный микроавтобус, с ревом несущийся нам навстречу.
А потом — какое-то серое пятно, метнувшееся перед моим велосипедом.
Кошка?
Да.
Сворачивать в сторону не было времени.
Я пыталась затормозить, но рука соскользнула с руля.
Нет! Кошка выбежала прямо передо мной!
Я почувствовала, как переднее колесо резко подскочило. И услышала отчаянный вопль боли.
Все произошло молниеносно. Но каждое мгновение намертво запечатлелось в моей памяти.
Вот кошка оказалась под велосипедом. Кошачье тело угодило под колесо.
Скрежет. ЧАВКАНЬЕ.
И голова… кошкина голова… отлетела от туловища…
Я увидела широко раскрытые глаза… перекошенный в изумлении рот…
Увидела, как голова кошки взлетает в воздух…
А потом я сама перелетела через руль. Грохнулась на асфальт. Приземлилась боком. Расшибла локоть. По ушам ударил оглушительный вой клаксона. Завизжали тормоза.
Слишком поздно.
Слишком поздно.
Слишком поздно.
2
Я зажмурилась. Все тело пронзила острая боль.
А потом — тишина. Мертвая тишина.
Я все еще дышу, поняла я. Я все еще жива.
Я осторожно приоткрыла глаза. И несколько раз моргнула.
Я лежала на асфальте, придавленная велосипедом.
Микроавтобус замер в нескольких футах от меня, наполовину выехав на тротуар. Распахнулась дверь. Из салона выскочила молодая женщина в сером свитере и бросилась ко мне.
— Элисон, ты цела? — спросил Райан. Он снял велосипед с моих ног. Переднее колесо было, как говорится, всмятку.
— В… вроде бы, — неуверенно ответила я. Села, заморгала, помотала головой, пытаясь избавиться от головокружения.
— Я видела, как ты упала с велосипеда! — задыхаясь, крикнула женщина. — Слава Богу, успела затормозить. — Она наклонилась ко мне. — Ты не ранена? Давай я тебя отвезу куда-нибудь? Отвезти тебя домой? Может, «скорую» вызовем?
— Кажется, я в порядке, — простонала я и с трудом поднялась на ноги.
— А что случилось-то? — спросил Райан, не выпуская из рук мой бедный велосипед.
— Кошка! — воскликнула я. — Я на кошку наехала и…
Я содрогнулась, вспомнив, как колесо подскочило на ней. И выражение крайнего изумления, застывшее на кошачьей морде, когда голова отделилась от тела.
— Я убила ее! — зарыдала я. — Я оторвала ей голову! Кошка…
— Ты про вон того кота? — спросила женщина, показав пальцем. И там, мучительно вытянувшись, действительно лежало тело огромного серого кота.
Головы его видно не было.
Охнув от ужаса, я бросилась через дорогу. Упала рядом с ним на колени. Голова оказалась на месте. В смысле, на плечах.
За ухом у кота красовался треугольник белой шерсти. Желтые глаза были широко раскрыты. Они таращились на меня невидящим взглядом.
— Он дышит? — крикнул Райан.
Я положила ладонь на грудь животного. Нет. И сердце не бьется.
У меня свело живот. Я судорожно сглотнула, перебарывая тошноту.
Подошел Райан и опустился на колени рядом со мной. Осторожно приподнял изувеченное тело кота.