Чтение онлайн

Оба мужчины улыбнулись.

– Итак, вы не ожидаете встретить серьезной оппозиции вашим предложениям на завтрашнем совете? Никто ничего не заподозрил?

Маршан покачал головой.

– Нет. Все необходимые голоса уже практически у меня в кармане.

Десо выглядел довольным. Он одобрил "специальную акцию" майора Дюрока как способ решить сразу две весьма серьезные задачи с помощью одного небольшого взрыва. А Никола Десо был человеком, который, оказавшись прав, в полной мере наслаждался ситуацией.

Несмотря на льготы по налогообложению и ставкам рабочих, предоставленные милитаристским правительством Венгрии, завод "Еврокоптер" в Шопроне по-прежнему приносил Франции одни убытки. Поддержка правительства обеспечивала неизменный спрос на роторы "Еврокоптера" со стороны авиационных предприятий Европы. Совсем по-другому обстояли дела с заокеанскими поставками. Суровая конкуренция с американским "Боингом" и японскими компаниями вела к тому, что заводу требовалось все больше и больше субсидий, распределяемых правительством. Сейчас, когда мир пребывал в непроходимом болоте казавшегося вечным экономического застоя, французские компании вроде "Еврокоптера" были вынуждены искать все новые и новые возможности сокращать свои расходы. И урезать заработную плату своим рабочим в Восточной Европе было в политическом смысле гораздо более приемлемо, чем добиваться субсидии у себя дома.

К сожалению, венгерские рабочие шопронского завода выказывали в последнее время все более активное недовольство французскими способами контроля производства. Напряженность, царившая у линий, на которых собирали роторы, уже несколько раз проявлялась в виде остановки конвейера, массовых прогулов под предлогом болезни, а угрозы забастовок стали чуть ли не постоянными.

Попытки дальнейшего снижения заработной платы наверняка встретили бы активное сопротивление, которое выразилось бы, по меньшей мере, в простоях и неподчинении приказам начальства. Другие компании, разместившие свои производства в Венгрии, Хорватии и Словении, уже столкнулись с подобными проявлениями недовольства рабочих.

Это была первая проблема, которую необходимо было решить с помощью "специальной акции".

Вторая проблема также имела отношение к иностранцам. Точнее говоря, к иностранцам, проживающим во Франции. За последние четыре десятилетия сотни тысяч рабочих и их семьи переселились во Францию из Алжира, Туниса, Турции, Португалии и других нищих государств. Однако теперь, после колоссальных сокращений рабочих мест в пятидесятые и семидесятые годы, в рабочих-иностранцах не было больше необходимости. В то время как по улицам слонялись в поисках работы миллионы французов, "арабы", как собирательно называли всех безработных иностранцев, казались нанимателям грязными, опасными, неуправляемыми. Они были той частью населения, от которой можно было ожидать столкновений на социальной почве, ведущих к политическим конфликтам. Общественное мнение обвиняло их в любом всплеске уровня преступности, а также в распространении таких болезней, как СПИД. Все более частым явлением становились кровавые рейды "бритоголовых" по нищим, обшарпанным кварталам, которые занимали "арабы".

Чтобы утихомирить страсти, кипящие вокруг этого вопроса, Франции больше всего хотелось избавиться от безработных иностранцев.

И вот Никола Десо посетила блестящая идея, как помочь своей нации, облагодетельствовать ее мощные правительственные конгломераты, а также поспособствовать успеху собственной политической карьеры – и все это одним ударом.

Если заменить беспокойных европейских рабочих на низкооплачиваемых "арабов", это поможет "Еврокоптеру" и другим французским компаниям снизить производственные затраты. Это также позволит сократить правительственные субсидии, которые использовались до сих пор, чтобы держать цены на продукцию этих компаний ниже рыночного уровня. И, что еще лучше, поскольку новые фабричные рабочие по документам будут иностранцами с разрешением на работу, выданным Францией, они будут платить налоги напрямую в изрядно оскудевшую без новых вливаний парижскую казну. К тому же, они будут жить далеко от французской земли под жестким контролем в охраняемых, огороженных забором и изолированных поселениях.

На бумаге решение выглядело совершенно безукоризненно и акция в Шопроне была первым шагом к его воплощению.

Другие производители, напуганные явными признаками кампании "терроризма" против предприятий, находящихся в собственности французских компаний, наверняка довольно быстро присоединятся к программе перемещения рабочей силы, предложенной "Еврокоптером". Маршан думал, что и немцы, возможно, тоже последуют их примеру. У бошей были свои проблемы с нежелательными иммигрантами.

Венгерское и другие правительства, разместившие их заводы на своей территории, конечно, будут протестовать против подобных шагов, но их протесты не имеют абсолютно никакого значения. Они нуждаются в долгосрочной финансовой помощи Франции и Германии, их экономической поддержке и стабильности в международных отношениях гораздо больше, чем Франция и Германия нуждались в них. И малейшей угрозы прекращения этой помощи или же закрытия заводов будет достаточно, чтобы мгновенно усмирить их. По крайней мере, Маршан очень на это надеялся.

Он прочистил горло.

– Меня беспокоит одна единственная вещь.

Десо слегка нахмурился.

– И что же это?

– Тот венгерский полицейский, о котором упомянул Дюрок. Храд... – Маршан запнулся, не в силах справиться с труднопроизносимой фамилией полковника.

– Ах, он, – шеф разведки поморщился и помахал рукой, как бы желая прогнать назойливую муху. – Его опасаться не надо. Провинциал без малейшего влияния в Будапеште. Не стоит тратить время на беспокойство по поводу этого парня, Александр. Если он попытается поднять слишком большой шум, придется его укротить.

Маршан понимающе кивнул. Французские службы безопасности вложили огромное количество времени, денег и сил в подготовку своих венгерских коллег. И в результате они как явно, так и косвенно контролировали события, происходящие в Венгрии. Те, кто стоял сейчас у власти в стране, были обязаны этим Франции, а Десо и его коллеги ни на секунду не давали им забыть об этом. И офицер, который попытался обидеть главных спонсоров милитаристского правительства, вряд ли долго продержится на своей работе.

Маршан встал, как всегда удивившись тому, каких усилий стоило ему поднять из кресла собственное тело.

– В таком случае я покидаю вас, директор. Уверен что и без того уже отнял слишком много вашего драгоценного времени.

Десо тоже поднялся с легкой дружеской улыбкой на губах.

– Вовсе нет, Александр. Совсем даже нет. Моя дверь всегда открыта для вас. Помните это.

Генеральный директор "Еврокоптера" поднял глаза на более высокого шефа разведки.

– Большое спасибо, месье. От меня и от всех остальных.