Чтение онлайн

Она судорожно вцепилась в обтянутые кожей подлокотники, но Кэдмон резко остановил кресло-каталку в каких-то дюймах от сурового святого.

— Гром и молния! — Он покрутил головой из стороны в сторону. — В конце коридора должен быть лифт… ах да, вот он, по правому борту, — и быстро подкатил кресло к лифту, спрятавшемуся за святым.

Протянув руку, Эди нажала кнопку вызова. Металлические двери тотчас же открылись. Поскольку развернуть кресло в тесной кабине не удалось, ей пришлось ехать лицом к задней стенке. Через мгновение они покинут музей через выход на Седьмую улицу, расположенный на нижнем этаже.

Приготовившись к последней кавалерийской атаке, Эди раскрыла хозяйственную сумку и, быстро порывшись в ней, нащупала раскисший картон коробки с растаявшим шпинатом.

— Что ты делаешь? — спросил удивленный Кэдмон.

— Ищу ключи от машины.

— Настоятельно не рекомендую пользоваться своей машиной.

Положив руку на спинку кресла, Эди развернулась так, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Ты шутишь, правда? Машина — наша единственная надежда бежать.

— Как ты думаешь, каким образом убийца тебя нашел? Готов поспорить, это была не случайная догадка.

— Ну, может быть, догадка, но только основанная на фактах. Не будем забывать про старину случай, — возразила Эди. И тотчас же, осознав, какую глупость сказала, добавила: — Ну, хорошо, он проследил за мной до музея. Но я обещаю, что, когда мы уедем отсюда, он уже не будет за нами следить. Я знаю город как свои пять пальцев. Поверь мне, Кэдмон, я смогу ускользнуть. Отсюда в квартале есть один переулок. Если за нами будет погоня, это идеальное место, чтобы избавиться от хвоста.

Двери лифта с мелодичным звоном открылись. Кэдмон выкатил задом кресло из кабины и развернул его в направлении вестибюля выхода на Седьмую улицу, где царила картина, идентичная той, которую они наблюдали в ротонде.

Увидев суматоху и толчею, массовое смятение, абсолютный хаос, охвативший пространство в мраморных стенах, Эди облегченно вздохнула.

Конец уже виден.

Держа в руках план музея, Бойд Бракстон во второй раз проверял все выходы.

Он поставил Санчеса у дверей в торговый центр, Харлисс занял место на Конститьюшен-авеню, Напьер устроился в Восточном крыле, расположенном на противоположной стороне улицы, Эйджи наблюдал за Четвертой улицей, а Риггинс дежурил у выхода на Седьмую. Все до одного опытные бойцы, у каждого были армейский нож и по две фотографии с документов: темноволосая кудрявая сучка и высокий рыжеволосый ублюдок. И все в полицейской форме. Если учесть, что Национальная галерея искусств кишела сотрудниками правоохранительных служб города, на появление дополнительных «коллег» никто не обратит внимание.

Бойд вставил в правое ухо устройство связи, позволяющее общаться со всеми пятерыми подчиненными.

— Приказ ясен: ликвидировать обе цели. Только холодное оружие. Дело нужно сделать быстро, бесшумно и наверняка.

— Мы все поняли, босс, — ответил за всех Риггинс.

Мастер ближнего боя, Риггинс прекрасно обращался с ножом. Что еще лучше, он получал наслаждение, орудуя острым лезвием. Для ближнего боя требуется определенный характер: бойцу нравится смотреть в глаза жертве, которую он убивает.

— Отлично, мальчики и девочки, давайте немного повеселимся, — ухмыльнулся Бойд, уверенный в том, что на этот раз промашки не будет. — И не забывайте… с нами Бог.

— Аминь, братья. — Это сказал Санчес, бывший боец спецназа, прошедший Афганистан и поднаторевший в безжалостной расправе над безбожниками.

Направляясь к выходу на Четвертую улицу, Бойд бросил взгляд на кольцо на правой руке: скопление крестов служило постоянным напоминанием о том, что он и его люди были солдатами в армии Господа, святыми воинами, в чем-то похожими на древних крестоносцев. Полковник часто упоминал тех, кто тысячу лет назад отправился покорять Святую землю, — Юг де Пайен, Годфрид Бульонский, Ив де Файон. Бойд ощущал неразрывную связь с этими древними рыцарями, которые сражались, держа в одной руке меч, а в другой — Библию. Прослужив пятнадцать лет в морской пехоте, он имел большой опыт обращения с мечом. Но Библия была для него чем-то новым. Его собственный отец не слишком-то высоко ценил Священное Писание; больше того, Джо Дон Бакстон высоко ценил одно только виски, которому воздавал должное почти каждый вечер. По слухам, в тот день, когда Джо Дон въехал на своем пикапе прямо в рощу тополей, у него между коленями была зажата недопитая бутылка бурбона.

Приблизившись к вестибюлю музея, Бойд дернул подбородком в сторону человека из «Розмонта», дежурившего у гардероба, — Эйджи можно было доверить самое ответственное дело. Ответом на молчаливое приветствие стал незаметный кивок.

Не собираясь стоять в очереди, Бойд сунул руку в карман куртки и извлек кожаный бумажник. Раскрыв его, ткнул полицейский значок тому же охраннику, с которым разговаривал, заходя в музей.

— Детектив Вильсон, на нас с вами свалилась та еще заварушка, да? — заметил охранник.

— Что поделать, еще один день в Городе греха. Кто-нибудь успел рассмотреть того ублюдка, который устроил стрельбу?

— К счастью, один из посетителей музея успел заснять происходящее на свой сотовый телефон.

Услышав это, Бойд застыл. Через считаные часы его лицо появится во всех выпусках новостей и в Интернете.

— Рад это слышать, — ответил он, растягивая лицо в фальшивую улыбку. — Продолжайте дежурство… — Он взглянул на бирку с фамилией: —…детектив Миллиган.

Бойд понятия не имел, обращаются ли к охранникам словом «детектив», но сейчас ему было все равно. Сменив фальшивую улыбку на гримасу, он направился к стеклянным дверям, оттолкнув с дороги пару замешкавшихся посетителей.

Выйдя на улицу, Бойд остановился на брусчатой дорожке, ведущей ко входу. Не обращая внимания на плотный поток человеческих тел, движущихся в двух направлениях, — полицейские значки спешили в музей, посетители покидали его, — Бойд поднял взор к серому небу. И помолился. С чувством.