Чтение онлайн

— Я нашёл пробоину. Нужна помощь.

Я схватил микрофон.

— Георгич, мы сейчас придём. — Переключил на громкое оповещение по всему кораблю: — Внимание, все мужчины, кто стоит на ногах. В борту пробоина. Вода поступает в грузовой отсек. Если затопит отсек с двигателями, все погибнем. Там ещё наша техника, боеприпасы и скот. Все, кто может вниз.

— Вы тоже все идите. — Велел своим помощникам и рулевому Колосов. — Я сам тут справлюсь. Марк, там внизу есть всё для заделки пробоины. Специальные пластыри и распорки. Главное заткнуть пробоину. Я сейчас включу насосы для откачки воды.

Ольга хотела со мной, даже заревела. Но я в приказном тоне велел ей остаться.

— Оля, надень спасжилет. Если у нас ничего не получится, будешь спасаться вплавь. Постарайся остаться живой, очень тебя прошу. Ради меня, ради нашего малыша.

Выскочил из рубки и кинулся в грузовой трюм по внутренним переходам. По лестницам уже бежали люди вниз. Ко мне присоединился Антон. У него голова была в крови.

— Ерунда, — махнул он рукой, — ударился, когда мы на камни наскочили.

Так же увидел Илью, Павла, Колю, Артёма. Вниз бежали и Стас с Василием. Их люди. Даже Киру увидел и Раду.

— А вы куда? — Крикнул им.

— Мы с вами. — Крикнула в ответ Кира.

— И даже не пытайся нас отправить наверх. — Добавила Рада.

В грузовой отсек прибежали и наши космонавты, без Марии.

Один из помощников Колосова, указал, где пластыри и распорки. Распорки были металлические, винтовые. Тут же лежали, брусья, кувалды и ещё что-то из инструментов. Народ хватал и тащил к пробоинам. Воды было по пояс.

— Сюда! — Кричал Георгич. — Две пробоины. Одна меньше, полметра в длину и сантиметров сорок в ширину. Вторая больше. Метра полтора в длину. И сантиметров восемьдесят в ширину. Быстрее.

Мы разделились. Нам досталась та, которая больше. Напор был такой, что сбивал с ног. Благо воды по пояс, и она продолжала прибывать. Кое-как подошли к ней, стали пытаться наложить пластырь. Из чего он был, я так и не понял, но помощник капитана крикнул, что именно он подходит хорошо, для наложения на пробоину с острыми и неровными краями. Мне было наплевать из чего он, главное закрыть дыру. Края, как раз были рваные, загнутые внутрь. Сумели наложить вчетвером один пластырь. Кто-то крикнул:

— Ещё один, кольчужный. — Наложили второй. Правда их хватило на чуть больше половины.

— Распорку в шпангоут упирай. — Кричал помощник капитана. Рядом с нашим пластырем, пытались установить второй пластырь Илья, Пашка Артём и кто-то из парней Василия, впритык к нашему. Вода поднялась до груди.

— Шевелись, быстрее, а то утонем на хрен! — Кричал кто-то. Услышал девичий визг и матерщину. Девчонки матерились, как сапожники. Я такого от Киры раньше не слышал. Работа была адова. На пределе возможностей. Кое-как установили второй пластырь. Поверх него кольчужный. Поставили распорки. Артём крутил ключом, расширяя сначала одну, потом вторую. Подошли парни с брусьями. Тоже упёрли в пластыри. Прижав пластырь к борту, стали долбить кувалдами по брусу, загоняя его между пластырем и шпангоутом.

Вторую пробоину тоже закрыли. Вода перестала прибывать. А потом стала убывать. Всё, насосы уже справлялись. Мы не закрыли всё полностью. Вода, правда, бежала из-под пластырей. Но это было уже не смертельно. Насосы с таким справлялись нормально.

— Это из-за загнутых внутрь краёв. — Пояснил помощник капитана. — Их бы срезать болгаркой, тогда пластыри бы плотно легли. Но ничего, главное удержались на плаву и двигатели не заглушили. А когда шторм закончится. Подведём ещё один пластырь с наружи на пробоины. Он закроет более плотно. Тогда можно будет и цементный пластырь поставить.

— Как это цементный? — Удивлённо спросил я.

— Обыкновенно. Деревянная коробка-каркас. Туда заливается быстро твердеющий бетон. И всё. Здесь есть такое. Главное, это сейчас закрыли.

В этот момент услышали вой и визг. Потом металлический лязг и грохот. Звук двигателей стал тише.

— Писец северный подкрался к какому-то двигателю. — Выдохнул помощник капитана. — Один остался. Значит работает только один винт. Это жопа какая-то.

Мы кинулись в машинное отделение. В грузовом отсеке стол ор из коровьего мычания, конского ржания и остальных звуков животных.

— Бедные животные. — Произнесла Кира. Воды было уже по колено. Подбежали к машинному отделению. Забарабанили в металлическую дверь. Она открылась. При входе стоял бледный механик.

— Что случилось? — Спросил я его.

— Пиздец пришёл правому дизелю. Двигатель заклинило. Там один из шатунов сорвало. Толи поршень разлетелся толи ещё что. Но в корпусе дыра. Движок только на выброс. Не знаю, как меня не убило только. Сука такая. Работает только левый.

Мы прошли. Двигателя были большими, длинными. Я даже не знаю сколько там поршней. И в одном месте была реально большая дыра, обнажив внутренности. Из дыры торчал кусок шатуна.

— Мать моя. Этого нам ещё не хватало! — Выругался помощник капитана. Мы поднялись на верх. Я прошёл в рубку. Большинство народа тоже. Ольга в спасжилете кинулась ко мне. Обнял её и прижал к себе.

— Юрий Николаевич, что происходит? — Спросил я его.

— Вода стала уходить. Девятый вал прошёл давно уже. Нас чуть на скалы не кинуло. Что с правым двигателем?

— Нет больше правого двигателя, капитан. — Ответил помощник. — Заклинило. Шатун сорвало. Всё, только левый остался. Ковчег отходился.

— Пробоину заделали?

— Да, но надо подводить внешний пластырь. И ставить внутри цементный. Только так, больше никак. Дока нет, заварить пробоину не получится. Так что, Ковчег отсюда больше не выйдет никуда и никогда.

— Понял. Главное, мы выжили. Здесь в заливе спокойно. Скалы защищают нас. Переждём шторм. Это главное. — Сказал капитан.

Я смотрел в окно. Балкер и корвет стояли рядом друг с другом. На якорях. Мы тоже, чуть в стороне. Волнение здесь было, но не такое, как в океане. Мы почти его не ощущали. Только дождь шёл сплошной стеной. Грохотал оглушительно гром и сверкали молнии. Я посмотрел на часы. Борьба за живучесть корабля шла больше трёх часов. Люди были уставшими до предела.