Чтение онлайн

– Решать тебе, но… Тогда я бы отдал тебе череп куда охотнее, – Рафаэль произнес это так ненавязчиво, будто это был вовсе не ультиматум. – Ты ведь понимаешь, что значит встретиться с самим князем смерти? Это возможность расспросить его о том, в чем он сведущ лучше всего, – о черной магии. Лоа – не боги, но они думают и видят, как они. Призыв состоится в полночь на кладбище Метейри. У вас есть время передохнуть. Кстати, могу предложить уютную гостиницу прямо за углом. Разожги камин, и, как для друзей ковена, вам сделают пятидесятипроцентную скидку!

Последнее Рафаэль отчеканил с таким официозом, что сомнений не осталось: вести бизнес – действительно его стезя. Продажи здесь наверняка идут полным ходом.

Мы с Коулом переглянулись и вышли из магазина, как только он оплатил на кассе все, что успел нахватать с полок за время нашей беседы. Поглядывая на курильницу и нож-атаме в его руках, чтобы понять, зачем они ему сдались, я спросила, как только колокольчик над нашими головами снова звякнул, прощаясь:

– Зачем ты рассказал ему про Зои?! Выложил все как на духу! А если бы он только разозлился от этого?

Коул сложил покупки в бумажный пакет, стоя на каменной лестнице, и пожал плечами.

– Но не разозлился же…

– А мог! И что бы мы тогда делали?

– Быть честным – это нормально, Одри.

– Быть честным – это опасно! – воскликнула я.

– А как собиралась поступить ты? – Коул нахмурился и поравнялся со мной, когда я, раздраженная, уже неслась по пешеходной улице в сторону машины. – Снова соврать и обокрасть его? Тебе мало врагов, и ты захотела нажить себе еще одного в лице Верховного колдуна Вуду?! Иногда достаточно просто попросить, Одри. Большинство людей понимают по-хорошему.

– Ты слишком наивен для детектива убойного отдела.

– Может быть, но у меня есть чутье, забыла? Я же охотник. С Рафаэлем по-другому бы не сработало, поверь. Не злись, – голос Коула вдруг прозвучал так мягко и смятенно, что мой гнев укололо нежностью, и тот сдулся, как воздушный шар. – Лучше расскажи, что мы будем делать с приглашением на ритуал.

– Ты правда думаешь, что у нас есть выбор? – буркнула я. – Это не приглашение, а условие сделки, Коул. К тому же, помнится, ты как раз хотел побывать на кладбище Метейри…

– То есть мы идем? – улыбнулся Коул, и сложно было не заметить, что в глубине души он надеялся услышать это. – Не то чтобы я одобрял твое участие в призыве какого-то духа, но… Это любопытно. Вдруг он расскажет что-нибудь полезное?

Мы с Коулом достигли машины и забрались внутрь, чтобы доехать до гостиницы, которую рекомендовал Рафаэль. Ванна и несколько часов сна – это сейчас было в приоритете, особенно для Коула, который морщился от боли в плече каждые три минуты.

– Если честно, я не верю, что лоа Вуду вообще появляются на их ритуалах, – призналась я, когда Коул парковался под вывеской «Cornstalk» возле двухэтажного коттеджа, выкрашенного в бледно-розовый цвет. – Обычно духи поощряют тех, кто взвывает к ним, одержимостью. Не более того.

– Что-что? – переспросил Коул, переменившись в лице и едва не выронив в лужу чемодан, который доставал из багажника.

Я наклонилась, помогая ему с вещами.

– Когда дух посещает ритуал, ты невольно начинаешь копировать его поведение. Конкретно Барон Суббота – это… Секунду. – Я достала барахлящий смартфон Коула и, открыв первый попавшийся сайт в интернете, промычала: – Ты много танцуешь, пьешь и пошло шутишь. Если сможешь осушить залпом бутылку рома, настоянного на двадцати одном перце чили, – значит, ты и впрямь одержим Бароном Самеди.

– Хм, а он веселый парень, – натянуто улыбнулся Коул, уже поднимаясь по ступенькам гостиницы. – И это называется дух мертвых?

– Несмотря на то что Барон Суббота – проводник душ в загробный мир, он обожает жизнь. Да, магическая традиция вуду очень… своеобразная. Она учит не бояться смерти. Это мне, кстати, нравится. Традиция Шамплейн куда более пессимистичная.

Я спрятала телефон обратно в карман, а затем вошла следом за Коулом на территорию маленькой гостиницы, огороженную кованым заборчиком.

Стоило переступить ее порог, как я будто очутилась в двадцатых годах прошлого века. Все здесь напоминало о тех временах, о которых мне с упоением рассказывала перед сном мама: бежевые обои с геральдическими лилиями, громоздкая хрустальная люстра, винтовая лестница из темного дерева и антикварная мебель, обшитая бирюзовым жаккардом. Это место очень походило на жилой дом, в который мы вторглись, перепутав его с отелем. Каждый угол хранил историю, исчисляющуюся десятилетиями.

Пока я осматривалась, смея только догадываться, сколько ведьм побывало здесь до меня, Коул нашел портье и попросил для нас номер. Точнее, два. Раздельных. Это резануло слух так же болезненно, как и мысль, что эта ночь станет первой за долгое время, которую мы проведем порознь. Похоже, Коул был готов даже переплатить уйму денег, лишь бы не оставаться со мной наедине.

– Fehu, – шепнула я, глядя на пирамидку углей в камине. Огонь вмиг затрещал, принявшись пожирать ее.

Портье, пересчитывая сумму на калькуляторе, сощурился.

– Друзья Рафаэля, я полагаю, – сказал он, глядя в камин. – Скидка, да.

Выдав нам по старомодному бронзовому ключу, портье сопроводил нас наверх. Остановившись перед своим номером, я замялась, смотря на дверь комнаты Коула, которая была следующей.

– Постарайся выспаться. Встретимся в холле в половину одиннадцатого, – сказал он, поворачивая замок.

– Хорошо. Ты взял с собой аптечку? Может, зайти к тебе позже и помочь с твоей… – Я замолкла, не успев договорить: Коул уже зашел внутрь и оставил меня в коридоре одну. – Ладно, как скажешь.

Наши комнаты разделяла одна-единственная стена. Я невольно провела по ней пальцами, ощупывая салатовые обои, и прислушалась, как Коул за ней разбирает вещи. Осмотрев широкую кровать с балдахином, я включила телевизор и открыла свой гримуар.

Руки так и чесались залезть под заднюю обложку, где, по словам Авроры, был спрятан ключ, способный перевести ее Шепчущую главу. Память о той магии была еще свежа: бархатная, она окутывала, как теплый плед, и превращалась в кокон, не желающий отпускать. Тьма, которая показалась мне сладкой, как сливки для кошки.