Краденая магия. Часть 1

в котором обо мне, собственно, речи и не идет — ну, почти

— Эка ж нас все-таки угораздило, — привычным движением огладив холеную, черную с легкой проседью бороду, в рассеянной задумчивости пророкотал своим раскатистым басом Савва Иосифович Адамов. — Поди ж ты: мир без магии!

— Поверить не могу — мир без магии, — вторил ему, потерянно качая головой, племянник Ефрем, бледный нескладный юноша семнадцати лет от роду, второй месяц как состоявший при дядюшке, купце второй гильдии, в малодоходной, но ответственной должности младшего приказчика. — Рассказать кому — на смех поднимут!

— Ужо я тебе расскажу! — словно очнувшись от полудремы, сурово сдвинул брови Савва Иосифович. — Совсем дурной?!

— Да я ж так… Фигурально выражаясь! — поспешил заверить Ефрем. — Не понимаю, что ли?..

— Д'yхи тебя разберут, — буркнул купец — все еще недовольно, но уже не столь грозно.

— Ох, дядюшка, не поминали бы вы всуе сих злыдней бестелесных! — поежился приказчик.

— Поучи тут меня еще! — цыкнул на племянника Савва Иосифович.

— Я что, я ничего… — вовсе уж сжался Ефрем, для верности прикусив язык — дабы снова не сболтнуть чего лишнего.

Умолк и купец, снова погружаясь в тягучую трясину своих невеселых дум.

Планида торговца переменчива. Бывают сделки успешные, случаются менее удачные, иногда и вовсе сработаешь в убыток, но такого сокрушительного удара, как нынче, Савва Иосифович не получал от судьбы давненько. И ничто ведь не предвещало столь лютой напасти! Рутинная деловая поездка в Китай (ну, как рутинная — иному купчине, даже и первой гильдии, ходу в Поднебесную нет, хоть ты в лепешку расшибись, но Адамовы свою тропку туда проторили еще во времена легендарного прадеда Саввы Иосифовича — тоже Саввы, по прозвищу Уйгур). Вот и на сей раз поначалу все шло своим чередом. До Шанхая добрались практически напрямик — в каких-то три портала. По хорошей цене сдали товар надежному перекупщику из местных, достопочтенному Ляо, взамен у него же с немалой скидкой приобрели редкие восточные диковины для перепродажи в России и Европе. Ничего такого уж запрещенного (ну, почти), но возвращаться все же пришлось кружным путем, благоразумно избегая таможенных и карантинных застав. Собственно, как всегда…

Но внезапно все переменилось. Очередной их портал был грубо свернут извне — судя по силе и точности наскока, не иначе, работали удальцы из пресловутого III Отделения, земской полиции такое явно не по плечу. Кого другого на месте Адамова так бы и взяли тепленьким, но Савва Иосифович не лыком шит — заранее предусмотрел путь отхода, даже на такой почти невероятный случай. Вот только проклятущие жандармы — или кто там устроил сию дерзкую засаду — оказались еще расторопнее: тут же схлопнули каравану и новый портал. Здесь уже пришлось импровизировать, дергаться наобум, петлять испуганным зайцем… В итоге, от преследования они кое-как оторвались, но вывалились вместе с товаром в этот странный, невесть откуда взявшийся невозможный мир — мир без магии.

Или, правильнее сказать: мир, в котором не бьет Ключ.

Но нет Ключа — не сработает и магия, каким бы одаренным ты ни был и каким бы запасом маны ни располагал — хоть в целую тысячу мерлинов (столько в наш век ни у кого, конечно, не бывает — ну да речь не о том).

Машинально снова огладив любимую бороду, Савва Иосифович коротко окинул невеселым взглядом окрестности. Местное время, похоже, близилось к полудню — слепящее солнце неспешно карабкалось по голубому небосклону в зенит. Погода стояла, вроде бы, летняя — ну да кто ж знает, какой тут у них климат. Купец с племянником сидели на деревянной лавочке на краю тенистого городского сквера. В десятке саженей перед ними, за редкой серо-зеленой стеной чахлого колючего кустарника кипела чужая, варварская жизнь. По покрытой чем-то вроде застывшей горной смолы (кажется, эллины называют такую «асфальтос») дороге сплошным потоком тянулись причудливого вида крытые повозки. Большая их часть нещадно чадила выхлопными трубами — за неимением элементарной магии, аборигены, похоже, поголовно вынуждены были жечь какое-то химическое топливо — но попадались экземпляры и бездымные, не иначе — электрические. Не менее, впрочем, примитивные. Как есть транспорт для черни!

За дорогой поднимались достаточно высокие, в десяток этажей, каменные дома, несколько подкопченные — в такой-то гари! — и архитектурно довольно убогие. По выложенному скучной серой плиткой широкому тротуару вдоль них спешили по своим варварским делам пешеходы, одетые, к слову, не столь уж и экстравагантно — многие из них не привлекли бы к себе особого внимания на улицах Первопрестольной или Петрополиса. Попадались, правда, и сущие оборванцы (в основном, почему-то, молодые женщины) в изодранных в клочья штанах — таких, конечно, в родном Адамову мире в чистый район полиция нипочем бы не пустила.

Сюда, в сквер, прохожие тоже забредали — впрочем, добросовестно обходя по широкой дуге облюбованную купцом и его племянником лавочку. Ни Саввы Иосифовича с Ефремом, ни их скособоченной грузовой платформы с товаром, ни корпящего в ее тени над расчетом координат спасительного портала усача — старшего приказчика Наума Елисеевича — видеть аборигены, конечно же, не могли — взгляды им отводила прочь простейшая магическая техника, она же побуждала ноги шагать стороной.

Простейшая-то она простейшая, но, чтобы сотворить оную без доступа к Ключу, Адамову пришлось запустить руку в товар и, поборов естественную скаредность, расчехлить один из дорогущих китайских артефактов — Слепок духа. Обычное его предназначение было, разумеется, совершенно иным, куда более изысканным, но годился он и на роль этакой импровизированной магической батарейки: д'yхи или, как называл их впечатлительный Ефрем, злыдни бестелесные — они же, по сути, сами себе бьющий Ключ. Безумное, конечно, расточительство, все равно что дорогой коньяк из императорских подвалов газированным квасом разводить — ну да делать нечего…

Признаться, сам бы до такого кунштюка Савва Иосифович нипочем не додумался — Наум Елисеевич, светлая головушка, сообразил. На него, Наума, теперь, собственно, была вся их надежда: сумеет старший приказчик открыть портал из сей пропащей дыры — вернется заплутавший караван домой. Ну а коли не сумеет…

Нет уж, прочь подобные мысли к духам в Америку — конечно же, Наум сумеет. Иначе за что ему такие деньжищи ежемесячно платятся, да еще и — невиданное дело — в конце года с прибылей процент капает?

Свое немалое жалование Наум всегда отрабатывал с лихвой — не подведет и теперь! Возвращение, конечно, всяко встанет в копеечку — один Слепок Духа чего стоит! — ну да, как говаривал старый контрабандист Савва Уйгур, если твою проблему можно решить деньгами, то это называется не «проблема», а «расходы»…

Тем временем старший приказчик как раз поднялся из-за грузовой платформы и степенно направился вокруг оной к купцу с племянником.

— Ну? — невольно подавшись вперед, поинтересовался Адамов. Ефрем так и вовсе, не усидев, вскочил в нетерпении на ноги.

— Посчитал я, — сипло сообщил Наум Елисеевич, приблизившись.

— Не томи, — скривился, словно от зубной боли, Савва Иосифович. — Чего насчитал-то?

— Так-то портал открыть можно… — заявил старший приказчик, потеребив пышный ус. Купец шумно выдохнул. Юный Ефрем разве что не взвизгнул от радости. — Можно — теоретически, — продолжил между тем Наум Елисеевич. — Но не имея доступа к Ключу…

— Что за беда — используй Слепок, — пожал плечами Адамов. — Все равно уже расчехлили — теперь его за нормальную цену нипочем не продашь.