Чтение онлайн

Он мрачно кивает.

— Понял.

Я хлопаю его по шлему.

— Давай, парень.

Бесполезно. Происходящее с Дексом распространяется по линии как зараза. И вскоре налажали уже все. Джейк и Ролондо оба пропускают мяч. Норт, мой тайт-энд не может набрать ярдов. Ранингбэк Мурхаус получает травму, и его утаскивают для осмотра раздевалку.

Что касается меня, то я избит, как проклятая пиньята. Пытаюсь сосредоточиться, собраться с мыслями, но с тем же успехом можно пытаться удержать воду в руках. Все это время тренер и координаторы в бешенстве. Их голоса без конца звенят у меня в ушах через микрофон в шлеме.

Это выездная игра, и толпа в полном восторге от нашего поражения, что совсем не помогает.

Отчетливый крик: «Жри дерн, слюнтяй Мэннус!» пробивается сквозь шум толпы. Замечательно.

Как сказала бы Чесс, не игра, а настоящий пирог с дерьмом.

На тот момент, когда мы ковыляем с поля, побежденные и опустошенные, я готов погрузиться в горячую ванну и набить рот обезболивающим. Но не это мне предстоит. Мне предстоит получить разнос от тренера, и затем от прессы.

Я должен стоять на подиуме, подставив лицо прожекторам и отвечать на проницательные вопросы репортеров, вроде: «как думаете, вы могли сделать что-то еще?» Да, блять, выиграть например. Или «считаете ли вы, что проиграли из-за того, что не смогли забить во втором тайме?» Учитывая, что в эту игру выигрывают, набирая очки, я бы сказал, что наш проигрыш как-то связан с тем, что мы не забили.

В сыром, гулком коридоре, ведущем в раздевалку, поворачиваюсь к Джейку, который устало идет рядом.

— Напомни, зачем я это делаю.

Поскольку я задаю этот вопрос каждый раз, когда у нас дерьмовый день, он отвечает, не задумываясь.

— Подписной бонус (Единовременая премиальная выплата игроку при подписании контракта.) в пятнадцать миллионов.

— Отложу денег и куплю новые бедренные суставы, когда мне стукнет сорок.

— Когда стукнет тридцать пять, — легко возражает он. — Надеюсь, они будут из чистого золота?

Я смеюсь.

— Превращусь в киборга. Подумай еще.

Джейк ухмыляется.

— Доступные цыпочки на каждом шагу.

— Я слишком устал, чтобы трахаться.

Он бросает быстрый взгляд.

— Мужик, ты сегодня какой-то унылый отстой.

Так и есть. Моя вечеринка жалости в самом разгаре.

— Сам себя угнетаю, — говорю я.

— Вот почему тебе нужно выпустить пар. Я собираюсь пойти развеяться, как только вернемся. Хочешь присоединиться?

Качаю головой.

— Пойду домой, приму ванну и немного посплю.

— Господи, да ты и правда как дедуля.

Может быть. Но перспектива тащиться куда-то в поисках быстрого перепиха совершенно непривлекательна. Я лучше позвоню Чесс и узнаю, придет ли она на ужин. И именно это делает меня на самом деле унылым отстоем.

Мы подходим к раздевалке и больше некогда зацикливаться на этом, реальность сразу ставит все на свои места.

Я мрачно шагаю внутрь и готовлюсь отстаивать свою игру и парней.

ЧЕСС

Я ХАНДРЮ. Финн играет на выезде, а Джеймс снова в Нью-Йорке с Джейми. Это его второй визит, и полагаю, между ними все становится серьезно.

Джеймс прислал мне два сообщения. Первое — их с Джейми селфи в Центральном парке у фонтана Бетесда. Во втором фото их поцелуя на Таймс-сквер. В этот вечер они были на мюзикле «Гамильтон» — везучие засранцы. При взгляде на снимки меня захлестнула волна тоски по дому.

Теперь мой дом Новый Орлеан. Но иногда я скучаю по сумасшедшему ритму Нью-Йорка. Услышав автомобильный гудок, закрываю глаза и представляю такси, легковые автомобили и грузовики, соперничающие за место на дороге, вспоминаю крики, шум и грохот, пульсацию города вокруг.

Но затем я оказываюсь на своем балконе, вдыхаю теплый воздух, благоухающий разросшимся за лето базиликом, и чувствую себя обновленной.

Что не мешает ощущать одиночество.

У меня есть друзья, которым можно позвонить, подруги, с которыми давно не встречалась.

Но они не те, кого я действительно хочу увидеть.

Несмотря на то, что Финн довольно часто звонит и пишет, это не то же самое. Если он в городе, мы находим время чтобы встретиться, даже просто по-быстрому перекусить вместе. Когда же он уезжает...

Я чувствую это.

Сегодня он прислал мне коробку джелато. Двенадцать разных вкусов, упакованные в лед и доставленные курьером. Самый лучший подарок, который я когда-либо получала.

Чувствую легкий прилив радости, осматривая свой запас мороженого. Здесь есть сорт под названием Амарена, оказавшийся сочетанием сладких сливок и кисло-терпкой вишни, закрученной в блестящие малиновые ленты соуса.

Я ем ложкой прямо из коробки, медленно смакуя на языке. Люблю джелато, но это? На вкус как секс. Облизываю холодный металлический изгиб ложки и думаю о вишневом мороженом, стекающем по упругому накаченному прессу.

— Господи, — нервно бормочу, покраснев. — Мне нужно потрахаться.

Из общего коридора доносятся безумные звуки Майлза Дэвиса, включенного на полную громкость. Мой сосед Фред — любитель джаза. И, судя по всему, он глухой. Бросаю взгляд в сторону двери и успокаиваю себя еще одной ложкой холодного сливочного греха.

Крик и дуновение озона едва уловимы. Но внезапно умолкший Майлз Дэвис и рев пожарной сигнализации заставляют меня встрепенуться.

Вопли Фреда эхом разносятся по его лофту.

Я встаю посмотреть, что случилось, когда на кухне раздается серия громких хлопков. Внезапно из нескольких розеток вылетают искры, словно я оказалась в центре фейерверка. Наружу вырывается пламя, огонь вспыхивает на проводах и несется вверх по стенам и потолку.

На одну ужасную секунду застываю в шоке. Возгорание проводки, и тебе конец, проносится в голове, прежде чем я прихожу в себя. Сердце колотится в груди, хватаю ноутбук со стойки рядом, сжимая ложку в руке.

Сигнализация верещит. Я бегу к двери и натыкаюсь на стену черного дыма. Дверь лофта Фреда открыта, все пространство поглощено огнём.