Чтение онлайн

— У нас еще как минимум пятнадцать минут в запасе. — Поскольку бутылка уже у меня в руке, открываю её и делаю глоток. Не скажу, что люблю зеленый напиток здоровья, потому что мои вкусовые рецепторы все еще работают, но он действительно посылает хороший заряд энергии в организм.

— Поехали, проведем их на стадионе, — говорит Чарли.

Чарли не любит ходить по краю. Вздохнув, я поднимаюсь на ноги.

— Отлично. Давай выиграем этот матч.

Чарли тоже встает и пультом выключает телевизор.

— По пути поработаем над уровнем твоего энтузиазма.

ХОТЕЛОСЬ бы думать, что я хороший актер. Но, похоже, сегодня моей игры недостаточно. Невзирая на то, что я выворачиваюсь наизнанку и показываю весь энтузиазм, на какой способен, как только наступает перерыв, и мы выслушиваем все возможные инструкции, Джейк плюхается на скамейку рядом и толкает локтем в ребра.

Защитные накладки не дают почувствовать много, но это привлекает внимание.

— Что?

Он берет бутылку у проходящего мимо мальчика, подающего мячи, и брызгает водой себе на голову, прежде чем взглянуть на меня.

— Ты играешь лучше, чем когда-либо.

Он прав, я в своей лучшей форме. Каждый раз, выходя на поле, превращаюсь в машину, работающую так, словно мне нужно что-то доказать. Печальная правда в том, что я действительно пытаюсь что-то доказать. Не себе. Ей. Всегда только ей.

Но, по странному стечению обстоятельств, с каждой победой чувствую себя все хуже, расстояние между мной и Чесс увеличивается. Потому что, черт возьми, что я пытаюсь доказать? Что они с Нортом были правы? Что она всего лишь отвлекающий фактор? Что она мне не нужна?

Именно так. Это я, блядь, и делаю.

— Спасибо, что просветил, — говорю я Джейку, словно мне все равно. — Благодарю за ободряющую речь.

Он бросает на меня косой взгляд, но продолжает улыбаться. Может мы и находимся в относительном уединении раздевалки, но рядом всегда есть кто-то, кто наблюдает, когда мы в игровом режиме, и ни один из нас не хочет волновать команду.

— Умник. Ты отлично играешь. Но у тебя пустой взгляд.

— Мне перестает нравиться направление этой речи, Райдер. — Достаю бутылку из корзины рядом и делаю большой глоток.

— Тебя Чарли подговорил?

— Он тоже заметил?

Окидываю раздевалку взглядом, словно нахожусь на вершине мира.

— Сейчас не время.

— Твоя игра в избегание убивает. Время всегда не подходящее.

Уголки моих губ болят от улыбки.

— Ну, уж точно, блин, не сейчас.

Парни слоняются вокруг, некоторые растягиваются с тренерами, другие поглощают воду. Мы все пытаемся сохранить боевой настрой, отсчитывая минуты до возвращения на поле.

Норт опускает свою задницу по другую сторону от меня.

— О чем болтаем? О победе? Потому что я люблю побеждать. Это лучше, чем проигрывать, понимаешь?

— Полегче, ядерный Лалуш, — бормочу я.

Он подмигивает.

— Так что?

Джейк наклоняется ко мне.

— Девушка Мэнни сбежала в Нью-Йорк, и у него депрессия. Но он не хочет говорить о своих чувствах.

— Убейте меня, — стону я, наклоняя голову под предлогом того, что ставлю бутылку, пытаясь скрыть гримасу.

— Тебя бросила девушка? — удивляется Норт.

Не знаю зачем, но он практически умолял меня прозреть и сосредоточиться на карьере. И так как я реально не хочу слышать это снова, то просто промокаю лицо полотенцем и произношу мимо него.

— Мы решили поразмыслить обо всем, пока она работает.

Любой мужчина знает, что если женщине необходимо что-то обдумать, то это нехорошо. Норт — не исключение.

— Жаль это слышать, приятель.

— Тебе? — недоверчиво фыркаю. — Серьезно?

Он шлепает меня по бедру, прежде чем встать,

— Если это причина твоего тусклого взгляда, тогда да.

— Я же говорил! — выдает Джейк. — Пустой взгляд.

Норт качает головой, словно разочарован во мне.

— Разве я говорил что-нибудь о том, чтобы быть несчастным? Если она делает тебя счастливым, тогда позаботься об остальном. — с этими словами Норт сваливает.

Я тоже поднимаюсь на ноги, желая пройтись. Нет, правда, я хочу догнать Норта и ударить по голове. Но не стану этого делать. Опускаю руки на бедра и делаю вид, что наблюдаю за обратным отсчетом часов.

— Этот ублюдок читает мне лекцию о приоритетах, а теперь ему жаль.

Джейк встает и копирует мою позу, улыбается с «мы чертовы хозяева этой игры» выражением лица. Затем поворачивается, его наплечники загораживают остальную часть комнаты. Пот и вода каплями стекают по лицу, под глазом чернеет краска.

— К черту Норта. Он ни хрена тебя не знает. И ты прав, я тоже не хочу об этом говорить. Предпочел бы обменяться гребаными «дай пять» или изрыгнуть речь в духе «Выиграй одну для Гиппа». Потому что, мы здесь. В плей-офф.

Он наклоняется, его голос низкий и напряженный.

— Гребаном плей-офф.

Он не обязан объяснять, что это значит. Каждый футболист понимает, куда ведет этот путь. Я открываю рот, чтобы заговорить, но он не позволяет.

— Ты должен быть в восторге. А вместо этого — ходячий мешок страданий.

Его слова почти физически ударяют в живот. Стискиваю зубы, чтобы не закричать. Не просто кричать, а орать и ругаться, потому что к черту. Я сделал все, что мог, чтобы достичь этого момента. В том числе отпустил Чесс, и это все, что он может сказать?

Джейк встречает мой гнев, не дрогнув.

— Я не пытаюсь усложнить тебе жизнь.

Свирепо смотрю на него, не в силах сохранить счастливую маску на лице. Не думаю, что могу обсуждать это сейчас.

— Позвони ей, — говорит он. — Проси, умоляй, делай, черт возьми, все что в твоих силах, но верни её, чтобы ты мог вырваться из этого ада.