Красобор
Шрифт:
От радости, что он так хитро придумал, изобретатель галопом помчался по берегу, дважды кувыркнувшись через голову. Потом решил посмотреть, успевают ли рыбаки вытаскивать рыбу.
Сперва подошел к Миколе.
Тот возился с наживкой.
— Ну как?
— Да никак.
«Рыба еще до него не дошла. Ничего, подожду, сейчас начнется», — подумал Федос.
Но время шло, а все оставалось по-прежнему. Федос помчался туда, где были воткнуты удилища бухгалтера.
Антон Филиппович совсем не ловил. Ходил по берегу и что-то искал.
— Эй, Микола! — закричал он наконец. — Ты не брал моей амуниции?
— Нет. А что?
— Пропала.
— Украли? Не может быть. — Микола вылез из-под обрыва. — Я там вон раздевался, а вы — там. Видите, майка ваша на месте. А вот и мой комбинезон, рубашка. Погодите… Где же мои штаны?
— Первый раз со мною такой баланс, счеты без костяшек!
— Наверно, кто-то пошутил.
— За такие шутки я два раза его окуну в омут и один раз вытащу!
— Федос, где ты? Здесь никто чужой не шатался?
— Не волнуйтесь, — спокойно ответил Федос. — Пойдемте, покажу, где ваша одежда.
И он побежал туда, где река делала крутой поворот и где он соорудил приспособление для ускоренного лова рыбы.
Но… ни рогатины, ни одежды не было. Они исчезли. И только столбом стоял на том месте над берегом комариный рой.
Наверно, если бы земля лопнула или речка поднялась и потекла бы на небо, Федос не так удивился бы. Он просто-напросто не поверил своим глазам и подумал, что перепутал место.
Но нет… место все-таки то, то самое… Вот и ямка на песке, оставшаяся от рогатины. Так что же?.. Неужели…
— Это что — прятки на современный лад или новая, секретная форма учета? — спросил бухгалтер.
— Погодите, Антон Филиппович, разберемся по порядку. Федос, где одежда?
— Она… наверно… утонула…
— Как утонула?!
— Я хотел тень сделать… чтобы рыба на вас… — Федос горько всхлипнул.
Бухгалтер хлопнул себя ладонью по лбу:
— Ах ты, счеты без костяшек! Все я, я виноват! Сам же мальчишку научил! У него-то ума, как у пескаря… Вот и остались мы с тобой, Николай Петрович, без штанов… Ты-то еще в комбинезоне до дому доехать можешь. Ну, а я? Каково мне в трусах и майке появиться? Так засмеют, что хоть в другой сельсовет перебирайся.
— Ничего, что-нибудь придумаем.
— Вот ведь удружил нам этот фокусник! Такое нарочно не придумаешь. Ну, вот что, рыбак-конструктор, — бухгалтер нахмурил косматые брови, — за такое изобретательство знаешь что полагается? Счастье твое, что крапива здесь не растет, а ремень уплыл вместе с штанами… Да перестань ты реветь, а то речка из берегов выйдет!
— Пройдем вдоль берега по течению, пока не стемнело, — предложил Микола. — Может быть, и выловим…
— Как же! Жди петрова дня — сыру наешься… Времени-то сколько прошло. А впрочем, делать нечего, пошли…
Миколины штаны нашли метров через сто: они зацепились за торчавшую из воды корягу и качались на волнах.
Пошли да дыне. Но костюма бухгалтера отыскать не удалось.
— Завтра поищем, — сказал Микола. — Сегодня уже темновато. А сейчас давайте поужинаем и ляжем спать.
Наверно, комары тоже решили поужинать. Потому что с заходом солнца они, как голодные волки, набросились на рыбаков. Больше всех досталось бухгалтеру. И он сидел теперь, закутавшись в одеяло, которое тетя Настя дала для Федоса, мрачный и сердитый. Время от времени он хлопал себя огромной ладонью то по шее, то по лбу, то по уху.
Микола развел костерок, приготовил чай. Дым немного отпугнул комаров. В другой обстановке Федос услышал бы у такого огня много необыкновенных рыбацких историй. Но здесь было не до того. Ужинали молча.
Вскоре ночь охватила всю округу, застрекотали в траве беспокойные сверчки. Изредка слышалось плескание рыбы в реке.
— Что бы ни было, а спать надо. — Микола встал: — Пойду нащипаю из стога немного сена для постели. Вам, Антон Филиппович, одеяло. Федосу — мой комбинезон. А я в сено зароюсь. И спать будем, как ни один король не мечтал.
Федос лежал и думал: «Спим, как ни один король не мечтал… Так хорошо начался сегодняшний день и так плохо кончился…»
Кандидат в рыбаки смотрел на огонь, который вяло догорал в темноте, и думал, думал, думал, пока не уснул.
Тени у костра
Проснулся Федос от яркого света, падавшего на его лицо. Раскрыл глаза. Огонь, который почти погас перед сном, сейчас полыхал вовсю. И возле него сновали какие-то люди.
Федос протянул руку вправо — бухгалтер оказался на своем месте, влево — Микола тоже спал рядом. Значит, у костра — чужие… Кто они и что им нужно?
Федос принялся расталкивать взрослых:
— Микола! Дядя Антон! Проснитесь!
Спустя несколько секунд, всклокоченные головы поднялись и с тревогой повернулись к выходу из шалаша, освещенному яркими отблесками.
— Кто это там в темноте? — проворчал бухгалтер.
— Не разбойники? — прошептал Федос.
— Если так, то плохи наши дела, — притворно вздохнул Микола.
— Да не зубоскаль ты! — оборвал его Антон Филиппович. — Прав хлопец: кто знает, что это за люди…
— Смотрите, смотрите, дядя Антон, как они оглядываются, переговариваются.
— А что вам, Антон Филиппович, беспокоиться? Костюма они с вас не снимут. Потому что его нет. А пожалеть могут. Всякие ведь разбойники бывают, и добрые тоже. Кто знает, юбку еще подарят!
— Да перестань болтать, соль тебе на язык! «Костюм, костюм»… Про мотоциклы забыл?
— Мотоциклы — дело другое, — посерьезнел Микола. — В таком случае уточним обстановку. Ага… У костра их четверо. Надо думать, они все тут. Договоримся на крайний случай. Я беру на себя двоих сильнейших — способом самбо. Вам, Антон Филиппович, одного. И одного оставим Федосу. Как только я справлюсь со своими двоими, приду на помощь вам обоим.