Чтение онлайн

– В горкомбинате. Модельером.

– Можете идти. Позвоните мне завтра утром.

Осмотр заканчивался. Притомившиеся понятые, заглядывая в спальню и распахнутые настежь шкафы, потянулись к выходу. Петухов захлопнул дверь квартиры и тщательно опечатал ее.

На улице по-прежнему моросил дождь, но в милицейском «рафике» было тепло. Шофер и кинолог слушали «Маяк». В машине, отгороженная сеткой, положив морду на лапы, дремала собака.

Откинувшись на спинку сиденья, Солдатов повернулся к кинологу:

– Ну как сработал?

– По погоде – ничего. Собака с километр вела. Все больше вдоль заводского забора.

– А где след потеряла?

– Там и потеряла. Дождь…

– Где там? У калитки, у лаза в заборе, возле перекрестка? – настаивал Солдатов.

– До калитки не дошла, и до перекрестка еще было прилично… Бац – и пропал след. Дождь, – уныло повторил кинолог.

Утром, наскоро позавтракав, Солдатов выскочил на улицу. От вчерашнего дождя не осталось и следа. Ярко светило солнце, шуршала опавшая листва. Открыв тяжелую дверь управления и козырнув постовому, Солдатов быстро пересек широкий вестибюль. Слева на стене две белых мраморных плиты с фамилиями погибших работников милиции. На одной – в боях с фашистами, на другой – от рук бандитов. Дальше – гарнизонная доска Почета. Солдатов скользнул взглядом по цветной фотографии Петухова. Тот получился слегка улыбающимся, с добрым прищуром глаз. Слева за колоннами стойка гардероба. На вешалках десятка два офицерских шинелей – собрались работники ГАИ. В городе начинался месячник безопасности движения. Лифт поднял Солдатова на третий этаж. В коридоре по-утреннему пустынно. Лишь у открытого кабинета, поставив ведра и щетки, о чем-то тихо разговаривали две уборщицы. Поравнявшись с ними, Солдатов почувствовал запах валерьяновых капель. У той, что помоложе, заплаканные глаза. Спрашивать было неудобно. Мало ли что бывает у людей…

Толкнув широкую застекленную дверь, он прошел в дактилоскопическую лабораторию. Маленький Муромцев в белом длинноватом халате, сдвинув очки на лоб, расставлял банки с реактивами в стеклянном шкафу.

– Колдуешь, профессор?

– Отколдовался, – сказал Муромцев. – Ты из дома, а я только домой собираюсь. Спать, ох, спать хочу. Единственное мое желание, единственная мечта!

– Ну а дело-то как?

– Подкинул ты мне дельце. – Муромцев быстрым движением руки водрузил очки на нос и взбил густые каштановые волосы. – Век не забуду.

– Не было выбора – что подвернулось, то и дал.

– Ладно, идем покажу кое-что. – Муромцев откинул тяжелую драпировку и пропустил Солдатова в темную комнату. – Смотри! – щелкнула кнопка, и на стене засветилось несколько больших фотопленок. Муромцев начал тыкать в них пальцем. – Вот! Вот! Видишь?

Виднелось с десяток тонких, коротеньких белых линий.

– Не буду вдаваться в технические подробности, скажу просто – это свежие, сильно увеличенные следы царапин в замке, – пояснил Муромцев.

– Выходит, с подбором кража-то?

– Окончательного заключения, сам понимаешь, еще нет.

– А может быть, отмычки в ходу были? – осторожно спросил Солдатов.

– Исключено. Замок сложный, а царапины не характерны для отмычек, – твердо сказал Муромцев. – Открыли ключом, судя по всему, его копией…

– Маловато, – не скрывал досады Солдатов.

– Чем богаты, тем и рады! – Сердито ответил Муромцев. – Совести у тебя нет. Я с этим замком всю ночь… – И, подобрев, добавил: – Ладно, я с ним еще поработаю.

Отосплюсь и поработаю. Попытаюсь выяснить, чем слепок с ключа брали. По микрочастицам в замке. – Он опять нырнул за занавеску. – Послушай, таких краж в городе за последние годы не было. Это запомни. А если прибавить хрустальные страсти, то совсем ново. Уникальная кража.

– А что с отпечатками?

Муромцев молча протянул ему несколько фототаблиц.

– Вот здесь, по-моему, следы Боровика…

– Почему ты решил?

– Мне кажется, я их отыскал.

– Шутишь? Каким образом?

– На лезвии бритвы, пузырьке от кардиамина, тарелке, ложке… В общем, посмотрел то, что ворам трогать было не обязательно.

– Удачный прием, – одобрил Солдатов.

– Прием не мой, столетней давности…

– Все равно молодец.

– Отдохни! На другие похвалы слов не останется!

– Что еще?

– Вот любуйся. – Муромцев протянул две фототаблицы с четкими красными кругами. – Узкие пучки линий – это часть следов. Но и они пригодны для идентификации. Они помогут вывести на преступника…

Солдатов обрадованно разглядывал таблицы.

– Спасибо!

Муромцев засмеялся и добавил:

– Только таких следов в нашей картотеке нет.

– Ишь ты! – сказал Солдатов. – Выходит, не судимые? Пополнение прибыло, новички пожаловали?

– Тебе виднее.

Солдатов понимал, сколько пришлось поработать в эту ночь Муромцеву, но не удержался:

– И все-таки плохи дела, профессор. Я будто в жмурки играю… Хожу с завязанными глазами, хватаю руками воздух и чувствую, что рядом кто-то посмеивается. А хотелось бы знать…

Муромцев сложил фототаблицы и запер их в тумбочку стола.

– Не так уж все плохо, – уверенно сказал он. – Преступник мог быть и несудимым. Это один вариант. Второй – он не наш, иногородний. Поэтому и следы не учтены в картотеке.

Солдатов озабоченно посмотрел на Муромцева:

– Это усложняет дело.

– А ты хотел, чтобы вор свой домашний телефон тебе оставил? Или адрес? – съехидничал Муромцев. – По такому делу приятно поработать. Потом будет чем похвастаться.

– Да уж похвастаюсь, – задумчиво протянул Солдатов.

В десятом часу утра Солдатов уже был в райотделе. По заведенному порядку на оперативку собрались в его кабинете. Инспектора, усевшись на новенькие стулья с желтой матерчатой обивкой, о чем-то возбужденно переговаривались. Молоденький инспектор Тибиркин пожал ему руку с какой-то стеснительностью. Солдатов и сам, когда пришел работать в уголовный розыск, здоровался с начальником вот так же и смотрел на старика с почтительным благоговением. Невыспавшийся, но выбритый и надушенный Петухов пристроился рядом с Ивкиным. Острый на язык, он успел уже что-то ему рассказать, и тот еле сдерживал смех. Закинув ногу на ногу, невозмутимо сидел старший инспектор Мухин. С неделю назад он вернулся с отпуска. Загорелый, в модном синем пиджаке с желтыми металлическими пуговицами, он выглядел весьма внушительно. Оперативку Солдатов начал со сводки происшествий за сутки. Сводка была небольшая, и он быстро расписал задания.