Чтение онлайн

Лоб Семёна Геннадьевича покрылся испариной.

– Ну так… Командировка. Да… По делу… Да…

– Так… – Людмила наклонила голову сначала в одну сторону, потом в другую. – Похоже, по-хорошему ты не хочешь.

Спустя полчаса с Сёмкой Гранатой, бывшим братком, да и вообще настоящим кремнем едва не случился сердечный приступ, а разъярённая женщина продолжала ходить взад-вперёд по мужниному кабинету и орать:

– Да как ты только додумался, дурак старый, на такое дело ребёнка отправить! Самому, понимаете ли, страшно до усрачки, а бедный мальчик должен за тебя отдуваться! Чтобы завтра же сам туда поехал и всё уладил! Ты меня понял?

Семён Геннадьевич обречённо кивнул.

Всю ночь он проворочался на кровати, а утром решился – надо ехать. Да вот незадача – пасынок трубку не берёт.

Настоящее время

– Как-то так… – развёл руками Семён Геннадьевич.

Пока он рассказывал, Ирка успела заварить чай и разрезать «Ленинградский» на кусочки.

– Погодите-ка! – ужаснулась вдруг Алиса Витольдовна. – То есть, про котика вы тоже соврали?

Ирка закатила глаза и положила маме тортик.

[1] Аджума – обращение к женщине, которая намного старше по возрасту. Аналог наших «тётенек».

Семён Геннадьевич с завистью смотрел на то, как исчезает «Ленинградский». А ведь он тоже очень любил этот тортик! Да вот слово дал жене… Нет, она вряд ли бы узнала, если бы он съел немного. Вот только кусок в горло не лез под пристальным взглядом Алисы Витольдовны.

– Ещё чайку? – предложила она. Вроде бы с улыбкой, а мурашки по спине ой как побежали.

– Спасибо, – Семён Геннадьевич сглотнул, – я ещё этот не допил.

– Как знаешь, как знаешь…

Ирка и Валера держались за руки, но по понятным причинам ладони пришлось прятать под столом. В другое время Алиса Витольдовна непременно бы это заметила – опыт поиска шпаргалок не пропьёшь, однако сейчас она была занята другим «двоечником».

– Чай. Допил? – Женщина склонила голову на бок и высунула кончик языка. Семёну Геннадьевичу почудилось, что тот раздвоен.

– Допил.

– Тогда… – она слегка придвинулась к незваному гостю, заставив того вжаться в стеночку – бежать было некуда. – Вон из моего дома! – рявкнула она. – Вон из Серёжкиного дома! Чтобы ноги твоей здесь больше не было! Нам ничего от тебя не нужно!

– Я понял, Алиса. Прости ещё раз. – Ни жив ни мёртв, Семён Геннадьевич встал из-за стола, аккуратно задвинул стул и побрёл к выходу.

А хозяйка квартиры плеснула себе ещё чаю и выпила его залпом.

– Алиса Витольдовна? – Валера вопросительно посмотрел на неё.

– Что? – хмыкнула та. – Не бойтесь, мой милый мальчик, к Вам это не относится. Но о Вашем наказании я всё-таки подумаю. Это же надо! О котике мне соврать!

Ирка выдохнула – всё это время она почти не дышала.

– Я провожу его, – сказал «милый мальчик», вставая.

– Хорошо. – Женщина кивнула и глазами показала Ирке, что пора бы ещё чайку заварить. – Только недолго – мы ещё не весь торт доели.

Выйдя за дверь, Семён Геннадьевич наконец смог перевести дух. Так напряжён он не был ни на одной разборке. Тут гранатой не припугнёшь.

– Дядя Семён? Ты как? Может, таблетку?

– Ай ну! – возмутился отчим. – Чтобы я из-за какой-то бабы таблетки глотал!

Валера предпочёл оставить это заявление без комментариев.

– Ты скажи лучше, почему трубку не брал, а? – Семён Геннадьевич промокнул носовым платочком. – Я тебе полдня тарабанил!

– Телефон отключил.

– Фигли?

– Я Ирке пообещал.

– Так… Сынок, я чего-то не знаю? А-ну выкладывай!

До этой секунды мысли бродили в голове Валеры и никак не могли «назначить стрелку». И именно в это мгновение всё встало на свои места.

– Дядя Семён, я, кажется, влюбился.

– Дела…

Семён Геннадьевич грузно опустился на свежеметёные ступеньки, похлопал себя по нагрудному карману и вздохнул. И ведь уже лет десять как бросил, а рука всё равно тянется.

– Есть закурить? – Он с надеждой посмотрел на пасынка.

– Нет. Ты же знаешь – я даже не пробовал.

– Ну, я так. А вдруг.

– Дядя Семён… – Валера хотел было присесть рядышком с отчимом, но понял, что попросту не поместится.

– Чего?

– Я хочу быть с ней.

– Так будь! – Семён Геннадьевич пожал плечами. – Я тут при чём?

– Ты не против? – Валера никак не ожидал такого ответа.

– Я? – в свою очередь удивился отчим. – Это не меня спрашивать надо. Вон, – он кивнул в сторону двери в квартиру Самойловых, – ты лучше у той мегеры спрашивай. Ты это…, сынок, прости меня. Она ж из-за меня и тебя теперь на порог не пустит.

– Знаешь, дядя Семён, – на лице молодого мужчины заиграла хитрая улыбка, – что-то мне подсказывает, что в наших с ней отношениях всё не так плохо.

– Что, уже придумал, как подмазать будущую тёщу? – хмыкнул отчим. – Это ты молодец! Только это… Ты и про мамку свою не забывай.

– А что с ней? Думаешь, она будет что-то иметь против Ирки? Это из-за разницы в возрасте?

– Та не! – отмахнулся Семён Геннадьевич. – Ты скажи-ка мне, сынок, сколько ты за всё это время домой девок привёл?

Валера задумался. Ни к чему не обязывающих отношений у него было пруд пруди – монахом он никогда не числился, а вот чтобы девушку с родителями познакомить…

– Ни одной.

– Так а я про что! Мать твоя спит и видит, как тебя женить! Вот приведёшь ты эту девчулю, а мамка твоя как вцепится в неё, так не выпустит. Зуб даю!

– С мамой я уж как-нибудь разберусь.

– Это ты так думаешь, – пробурчал себе под нос Семён Геннадьевич.

Валера сделал вид, что не расслышал.

А в квартире тем временем проходили полевые учения по воспитанию силы воли и терпения.