Чтение онлайн

Один из танков двигался в том направлении, где находился Пуказов. Мужественно наблюдал он, как все ближе и ближе подходила к нему машина. Казалось, он собирал свои силы, точно готовился к какому-то необычному прыжку, чтобы преодолеть необыкновенно сложный барьер.

В предыдущих боях у Малой Россошки взвод автоматчиков понес большие потери. В самый разгар боя, когда выбивали из хутора только что ворвавшегося туда противника, пал и командир взвода лейтенант Гущин. В этот критический момент, когда взвод остался без командира, Дмитрий Пуказов крикнул:

— Принимаю командование на себя!

Бойцы знали Пуказова как мужественного воина и приняли эти его слова как должное. Ввиду больших потерь бойцы взвода были сведены в отделение, командиром которого Пуказов назначил старшего сержанта сибиряка Петра Почиталкина — человека твердого характера и ясного ума…

И вот теперь Пуказов ждал танк, что шел прямо на его окоп. Когда он приблизился, Дмитрий бросил в него противотанковую гранату, а вслед за ней бутылку с горючей смесью. Грохнул взрыв, вспыхнуло пламя на башне машины. Вздрогнув, она остановилась.

Второй танк, что шел рядом, таким же метким ударом сокрушил Фахрий Гайнудинов. Третья машина свернула в сторону. Вражеских танкистов, выскочивших из машин, тут же истребили автоматчики.

Вскоре бой замер. Восемь бронированных машин было уничтожено разведчиками и автоматчиками. Остальные откатились назад, в район ржаного поля. Отдельные из них пятились задом. Три или четыре танка подбили из противотанкового ружья связисты.

В вечерней тишине был хорошо слышен рокот моторов и лязг гусениц отходящих танков. Вместе с ними уходили и остатки вражеской пехоты. На поле боя осталось много трупов гитлеровцев. Вопреки правилам фашисты их даже не подобрали.

Сразу после боя командиры отделений собрались вместе и стали думать, что предпринять дальше. Все сошлись на том, что следует использовать вечернее время и отойти с высоты, чтобы соединиться со своим полком или найти штаб дивизии. Ждать из штаба отошедшего полка каких-либо распоряжений в той обстановке, в которой оказались защитники высоты, было безнадежно.

Исходили из того, что по вечерам, а тем более в ночное время фашисты боевых действий не вели. Сидеть до утра и ждать нового их нападения не имело смысла. Люди находились без пищи, без воды. Таял и запас боеприпасов.

Пока шел разговор, делались выводы и люди искали выход из положения, прошло около часа. Командиры отделений сообщили свои предложения Ковалеву. Тот, подумав немного, согласился с их доводами, назначил час времени для сбора и отхода.

Но… не суждено было осуществиться этому.

Таежные слухачи Семен Калита и Николай Пьяночкин, несшие службу наблюдения, сообщили о приближении танков.

Все притихли и услышали гул моторов и лязг гусениц. Танки двигались широкой полосой из ржаного поля, что находилось за соломенными стогами.

Немецкие подразделения с наступлением темноты боевых действий обычно не вели. А тут нарушили правило. Очевидно, старшее командование потребовало новой атаки, чтобы во что бы то ни стало пробиться по намеченному маршруту к Сталинграду. Ведь отсюда до города оставалось каких-нибудь тридцать километров. Остановка не входила в планы и расчеты гитлеровского командования. И вот к высоте шла новая группа танков. Третья атака! Вернее, вторая.

Ведь первый выход танков к высоте, собственно, не был атакой. Это было обычное движение машин в колонне по заранее намеченному маршруту. Днем в этом районе летал вражеский разведчик «Фокке-Вульф», прозванный воинами «рамой». Видимо, он и помог определить маршрут, по которому должны пройти танковые колонны. Неожиданно танковая колонна, двигавшаяся к Малой Россошке для выхода на дорогу в Сталинград, напоролась у высоты на ожесточенное сопротивление. Гитлеровцы вынуждены были вступить в «незапланированный» бой.

Целеустремленный же штурм высоты начался со второй атаки. Об этом свидетельствует усиление танков десантами и пехотинцами.

После неудачи противник мог пойти в обход высоты по другой дороге. Но, вероятно, трасса не была изучена и враг не решался идти иным путем, чтобы не подвергать себя излишнему риску. Но об этом мы не знаем. Можем лишь предполагать исходя из хода событий.

…Итак, началась новая атака. Когда танки выдвинулись на рубеж, защитники высоты заметили некоторые изменения в боевом порядке подразделений противника. Если раньше машины шли в группе, концентрированно, то теперь они двигались развернутым строем. За танками шла пехота, на этот раз мелкими группами, более сгущенными на флангах. Это означало, что противник намерен захватить высоту в клещи или, сковав один фланг, прорваться на другом.

Ковалев и Пуказов решили вновь сосредоточить усилия на отсечении пехоты от танков. Защитники высоты не знали, что в новой группировке было уже несколько огнеметов.

Когда противник приблизился, автоматчики и разведчики вновь открыли огонь по пехоте и дружными усилиями отсекли ее от танков.

Стало уже темно, когда первые машины подошли к окопам. Ковалев и Пуказов зорко наблюдали за действиями танкистов.

Заметив, что передние машины движутся к центру окопов разведчиков, Ковалев переместился во второе отделение к Пасхальному. На ходу предупредил бойцов:

— Из окопов не высовываться. Пусть танки проходят. Гранаты и бутылки бросать в заднюю часть. Так вернее. И экономнее. Бутылки надо беречь.

Это решение замполита основывалось на боевом опыте. Выяснилось, что больше всего поражено танков за тыльным бруствером.

…Первый танк, приблизившись к окопам разведчиков метров на пятьдесят, круто повернул в сторону и направился на левый фланг, к окопам автоматчиков. Туда двигались и другие машины. Враг обходил высоту с левого фланга. Почему? Отсюда ближе и удобнее выход на дорогу, ведущую в Сталинград.